Страница 58 из 96
Глава девятая
Вы недооцениваете Сибирь. Тринадцатилетняя вертихвостка. Получить ценный приз
Андрею за ворот словно уголек задуло.
– Вот как?!
Он оживился, повел подбородком. Затем будто бы невзначай повернулся в указанном направлении и почти разглядел отмеченную товарищем цель… но тут совсем рядом материализовался дородный купец.
Плотного сложения, с извечно красным лицом и бородой густой настолько, что о нее, казалось, можно сломать гребень. Одет мужчина был прилично, но сидело на нем все колом, будто бы с чужого плеча.
Вот он только что шел через скопление народа, но вот будто бы совершенно непреднамеренно остановился подле Протасова перевести дух и глотнуть вина. Отряхнул с манжеты невидимую соринку, кивнул графу, с которым теперь стоял почти плечом к плечу, и без промедления поделился:
– Вот же напасть с этой глиной питерской, ну, – в голосе купчины звучала неподдельная горечь. – Никакого спа`су от нее! У дочки аллергия стр-рашная, а уж как лето настает, дышать невмоготу…
Илья быстрым взглядом оценил мужчину, а затем снова обнаружил в толпе обозначенную ранее девушку. Вновь обратил внимание, что та по-прежнему изучает их с графом, да к тому же не особенно это скрывая. И даже не имея веера, чтобы спрятать любопытный взгляд.
А еще он отметил, причем почти без сомнений, что не обвыкнись местная публика к ее внешнему виду, внимания барышня бы приковывала не меньше, чем татуировки Харитонова…
Купец же, как оказалось, парой светских фраз ограничиваться не возжелал. И продолжил, преисполненный гневливого сострадания.
– Уж сколько возмущаюсь, никак ответа не найду: на кой черт Петр Лексеич сюда полез столицу делать, ну? – он покачал лобастой головой, отпил аликанта, делая лицо еще краснее. – А уж столько сил потрачено?! А какие деньжищи огроменные?!
Граф кивнул невпопад, покосился на Харитонова в поисках защиты, но тот ограничился тонкой улыбкой, которая явственно означала: «
Ваше сиятельство, вы сами справитесь, просто смелее!
»
Красномордый перевел дух. Но совсем не для того, чтобы вежливо попрощаться и продолжить вояж по гостиной.
– Ведь жить-то невозможно, ну! – прогудел тот, будто раскрывая страшную тайну. – Может, татарину дикому еще и в охотку, но российскому-то человеку как управиться?! То снегом по крышу завалит и нос отморозит, то талыми водами подмывает, то летом жарой нестерпимой припекает до корки румяной! Только на дачах и спасаемся, ну… – и вдруг добавил, причем уже не так пустоадресно, а глядя прямо на Протасова: – Умные люди говорят, в Томск нужно ехать. Там лучше, ну.
Харитонов отвлекся от необычной девушки у автоматона. Подобрался и осмотрел графского собеседника с новым, абсолютно объяснимым интересом. Андрей тем временем все же прокомментировал:
– О, любезный, вы недооцениваете Сибирь. Да, в Питере пыльно. Но не забывайте, что этот пыльный уголок дарит нам трон в самом сердце мира. Мы оторвались от кровавой лицемерной Европы, мы равноудалены от нее и не менее коварной Азии. При этом не потеряли своих славянских корней, но пугаем любого одним обликом скифским, – он говорил с легким винным жаром, негромко, но с возрастающей убежденностью в голосе: – Мы – смешение идеальное, уважаемый, страшное врагам и безусловно доброе для союзника…
Илья скрыл одобрительную улыбку за краем бокала. Теперь он исподлобья наблюдал за разговором с нарастающим пристрастием. Купец же, простодушный в облике своем и почти избавивший Харитонова от подозрений, развел руками, чуть не расплескал вино и попытался оправдаться:
– Но климаты ведь ужаснейшие, ну…
– Тут полностью с вами согласен, – вдруг отрезал Протасов.
Вежливо улыбнулся, намереваясь отойти, но тут же оказалось, что разговор еще не окончен.
– Нет, ваше сиятельство, истинно говорю, уж лучше бы на болоте северном жили, это же сущий кошмар… – купец прожестикулировал ручищей, словно призывая вспомнить «кошмар» за стенами особняка. – А пылища какая круглое лето, ну?! Дышать же нечем, занавески на окнах велю каждую неделю отстирывать…
Андрей вздохнул, но ответил, однако же спокойно и даже с чувством.
– Советую Красноярск, – вдруг сказал он, а Илья чуть не поперхнулся вином. – Там, по мнению знатоков, чудесные места и воздух чистейший.
– Красноярск?!
Купец захлопал глазами, пожевал густые, нависающие над губой усы. А затем вдруг раскрыл карты, заговорив спешно, будто Протасов пригрозился убежать и раствориться в людских потоках аукциона.
– О, нет, ваше сиятельство, я лично вот про Томск полагаю… Как раз перевозить мануфактуру туда собрался, ну. Дело-то, конечно, накладное, да и дорога, да и устроительство на новом месте. Но дочка будет рада, да и дело очень выгодное, ну! – и наклонился к Протасову, доверительно заглядывая в глаза снизу вверх. – Кстати, граф, а вы не желали бы принять делового участия в мануфактуре, о которой я толкую? Заверяю, что дело грозит стать невероятно прибыль…
Андрей Константинович отстранился, теперь обернувшись на помощника с откровенным ужасом. Илья вздохнул, сделал шажок и уже намеревался прийти на выручку, но тут спасение пришло со стороны распорядителя госпожи Столыпиной.
– Дамы и господа, – прокатился над головами зычный голос аукциониста, – мы начинаем! В процессе докупка билетов вполне разрешена! Проявите свою щедрость к малоимущим братьям и сестрам по пользованию Дарами!
Протасов среагировал незамедлительно.
– Начинаем! – бросил он купцу таким тоном, будто речь шла о приближении абордажной схватки, пропустить которую он не мог при всем ее кровавом исходе. – Простите великодушно, вынужден отойти!
Купца словно окатили водой.
– Но, ваше сиятельство, ведь я еще деталей не расска…
– Его сиятельство ждут! – Илья образовался за плечом графа, чинно кивнул красномордому и увлек Протасова прочь. – Прошу извинения.
Конечно, будущий владелец Томской мануфактуры выглядел явно расстроенным, но спорить с господами себе не позволил. Покивал, досадливо огладил бороду, что-то пробормотал. А компаньоны принялись пробивать себе путь к противоположной стене.
– Мать честна`я, Илья Венедиктович. Еще четверть часа пустопорожних разговоров, и я упаду в обморок, ну…
– Держитесь, ваше сиятельство, – улыбнулся Харитонов, – впереди еще одно испытание. Возможно, из числа последних, но избежать его, судя по всему, никак не получится…
Протасов остановился и наклонился к спутнику.
– Мне нужно о чем-то знать?