Страница 62 из 85
— И потому что Костяная Ладья создана из останков существ, которых даже они предпочитают уважать.
Эти слова заставили многих ещё внимательнее посмотреть на корпус корабля. И осознать, насколько древним и ценным является артефакт, на котором они сейчас летят. Полёт сквозь разлом продолжался. Время здесь ощущалось странно. Максиму казалось, что прошло не меньше нескольких часов. Но, возможно, это были всего лишь минуты. Здесь само понятие времени теряло привычный смысл. Иногда вдали вспыхивали целые миры. Разрушенные города. Пылающие небеса. Колоссальные руины. Они появлялись на мгновение и тут же исчезали. Словно разлом хранил осколки бесчисленных реальностей.
Наконец впереди показалось сияние. Сначала слабое. Потом всё более яркое. Оно напоминало свет в конце бесконечного тоннеля. Управляющий старейшина сосредоточился ещё сильнее. Руны на корпусе ладьи вспыхнули ослепительным светом. Корабль ускорился. И спустя несколько мгновений вырвался из пространственного разлома. Навстречу неизвестному миру, где когда-то сражались Боги.
Когда Костяная Ладья окончательно вырвалась из пространственного разлома, Максим первым делом не стал смотреть на окружающие пейзажи так, как это делали остальные. Большинство учеников и даже часть наставников инстинктивно устремили взгляды наружу. Кто-то восхищённо ахнул. Кто-то, наоборот, побледнел. Кто-то начал взволнованно шептаться, обсуждая открывшееся перед ними пространство.
Но Максим смотрел не глазами. Он смотрел своим внутренним восприятием. Тем самым странным, почти инстинктивным чувством, которое после всех испытаний в проклятом ущелье стало для него едва ли не важнее обычного зрения. И едва только его сознание коснулось окружающего мира, парень застыл. Потому что всё вокруг буквально пылало знакомой ему до боли силой. Энергией чистой Инь.
Она была повсюду. В воздухе. В земле. В скалах. В облаках, медленно ползущих по багрово-серому небу. В каждой пылинке. В каждом камне. В каждом порыве холодного ветра. Максим ощущал эту силу так отчётливо, словно оказался не в чужом мире, а внутри собственного источника энергии. Плотность силы Инь здесь была настолько высокой, что в любом другом месте подобное привело бы к катастрофе. Обычный человек умер бы практически через пару — тройку недель. Даже опытный культиватор, привыкший работать с Ян, через какое-то время начал бы испытывать резкое истощение, боль в меридианах и постепенное разрушение внутреннего источника. Но для Максима это место ощущалось иначе. Нет, энергия здесь была дикой. Неупорядоченной. Опасной. Но сама её природа была ему близка. Понятна. Даже в каком-то странном смысле родная.
Перед ним простирался мир, похожий на застывшие руины творения. Небо было тяжёлым, словно вылито из жидкого свинца. В его глубине мерцали тусклые фиолетовые вспышки. Вдали поднимались исполинские горы с изломанными вершинами. Земля была покрыта трещинами, из которых вырывался холодный серебристый туман. Местами виднелись какие-то руины. Обломки колонн. Разрушенные стены. Гигантские скелеты существ, размеры которых не поддавались воображению.
Но Максим почти не обращал внимания на эти картины. В его голове уже складывалась совершенно иная картина.
— Вот оно… — едва слышно прошептал он.
И в этот момент всё стало предельно ясно. Все рассказы о погибших экспедициях. О разрушенных артефактах. О мастерах — культиваторах, исчезавших без следа. О кораблях, которые не успевали даже приблизиться к этому миру. Теперь он понимал истинную причину всего этого. И она была до предела простой. Настолько простой, что большинство культиваторов, привыкших полагаться на силу и готовые техники, даже не пытались её осмыслить.
Практически все артефакты этого мира создавались на основе энергии Ян. Это считалось естественным. Правильным. Нормальным. Формации. Защитные барьеры. Летающие лодки. Оружие. Пилюли. Всё строилось на принципах взаимодействия Янь. На активной, расширяющейся, огненной природе силы. И когда подобный артефакт входил в пространство, насквозь пропитанное концентрированной Инь, происходило неизбежное. Противоположности начинали взаимодействовать. Как два разноимённых полюса магнита. Как пламя, брошенное в море ледяного ветра. Как раскалённый металл, опущенный в бездонную чёрную воду. Сначала структура артефакта начинала притягивать окружающую Инь. Потом энергетический баланс нарушался. Затем плетения выходили из-под контроля. И в итоге происходил взрыв или полное разрушение. Не потому, что артефакт был слаб. А потому, что сама его природа делала его идеальной мишенью для этого мира.
Теперь Максим смотрел на эту Костяную Ладью уже совсем другими глазами. Теперь он понимал, почему Академия Небесного Свода использовала именно такой странный корабль. Кости древних духовных существ сами по себе обладали удивительной энергетической инертностью. Они не создавали столь выраженного Янь-фона. Не провоцировали пространство. Не привлекали к себе порождения Инь с той же силой, как обычные артефакты. Более того, встроенные в корпус защитные печати постоянно перераспределяли возникающее напряжение. Именно поэтому эта ладья могла пройти там, где любые другие суда подобного рода были обречены.
Максим невольно вспомнил собственное путешествие через ущелье чистой Инь. Тогда он выжил только потому, что его тело и источник уже были частично адаптированы к подобной энергии. А здесь плотность Инь была в сотни раз выше. Но именно поэтому он чувствовал себя почти спокойно. Это пространство не пыталось его отвергнуть. Напротив. Ему оно казалось удивительно знакомым. Словно древний, суровый и опасный зверь признал в нём нечто родственное.
Его сознание продолжало анализировать происходящее. Если вся эта территория настолько насыщена Инь, то… Здесь должно быть невероятное количество ресурсов. Кристаллы. Редкие металлы. Травы. Артефакты. Даже обломки древних формаций. Всё это, веками омываемое такой концентрацией силы, должно было приобрести уникальные свойства. Для большинства культиваторов подобные места были смертельно опасны. Для него же — это могло стать настоящей сокровищницей.