Гостья

Обратно мы добрались без происшествий, не заметив признаков наблюдения. Вероятно, исчезновение Искательницы сочли несчастным случаем: если долго бродить по пустыне, жди беды. На планете Туманов ходила похожая поговорка: если долго бродить по ледяным полям, станешь ужином для когтистой твари. На медвежьем языке звучало точнее.

Нас ожидал теплый прием. Я робко улыбнулась товарищам: Труди, Джеффри, Хиту и Хайди. Настоящих друзей стало меньше – нет больше Уолтера и Уэса, Лили куда-то пропала. Мне стало грустно: наверное, не стоит жить на этой печальной планете, где всюду бродит смерть. Может, лучше небытие?

Плохое настроение усугубила еще одна деталь – мелкая, но все же… Люсина, Райд и Виолетта стояли рядом с Лэйси и оживленно беседовали. Лэйси держала на руках малыша. Фридом не проявлял особенного восторга, но рад был послушать взрослые разговоры, поэтому не вырывался. Меня к детям и близко не подпускали, а Лэйси – пожалуйста. Ей доверяют.

Мы направились прямиком в южный туннель. Иэн и Джаред изнемогали под весом Целителей. Джеб разогнал зевак и присоединился к нам.

Док ожидал в лазарете, рассеянно потирая руки. Время ускорялось. Зажгли самую яркую лампу. Целителям дали «От боли» и уложили лицом вниз на кушетки. Джаред обучил Иэна активировать контейнеры. Оттуда повеяло леденящим холодом. Док разложил лекарства и со скальпелем наготове склонился над женщиной.

– Анни?

Сердце болезненно сжалось.

– Док, ты даешь слово? Ты принимаешь все мои условия? Клянешься собственной жизнью?

– Даю слово. Я выполню все твои условия. Клянусь.

– Джаред?

– Да. Никого не убивать. Никогда.

– Иэн?

– Буду защищать их ценой собственной жизни.

– Джеб?

– Это мой дом. Любой, кто нарушит наш договор, будет изгнан.

Я кивнула, к глазам подступили слезы.

– Хорошо. Тогда приступим.

Взволнованный Док сделал разрез на шее женщины. Внутри показалось серебристое мерцание. Он отложил скальпель.

– Что теперь?

Я положила свою ладонь поверх его.

– Веди по заднему гребню. Чувствуешь очертания сегментов? Ближе к передней секции они становятся меньше. На конце есть три маленьких… бугорка. Нащупал?

– Да, – выдохнул он.

– Хорошо. Это передние антенны. Начинай оттуда. Теперь очень осторожно просунь палец под тельце. Найди ряд отростков, они тугие, словно струны.

Док кивнул.

Я направила его руку, рассказала, как пересчитывать бугорки, если не уверен. У нас не было времени считать, ведь кровотечение не прекращалось. Если хозяйка тела Целительницы очнется, то наверняка сможет нам помочь: есть же какие-то средства для остановки крови. Я помогла Доку найти самый крупный бугорок.

– Теперь легонько помассируй.

В голосе Дока послышались панические нотки.

– Оно шевелится!

– Хорошо, значит, ты все делаешь правильно. Дай ей время втянуть отростки. Подожди, пока она немного округлится, а потом бери.

– Ладно. – Его голос дрожал.

– Дай мне руку, – обратилась я к Иэну.

Тот подчинился. Я сложила его ладонь лодочкой, потянула ближе к операционному столу.

– Док, пожалуйста, передай Душу Иэну.

Из Иэна выйдет прекрасный ассистент. Кто позаботится о моих собратьях, когда меня не станет?

Док опустил Душу в протянутую ладонь и занялся человеческим телом.

Иэн смотрел на серебристую ленту, переливающуюся в его руке, с изумлением и восторгом. Я наблюдала за ним, и в груди разливалось тепло.

– Какая красивая, – удивленно прошептал он. Независимо от его чувств ко мне, он ожидал увидеть паразита, многоножку, чудовище. Раньше он видел лишь истерзанные тела и не успел подготовиться к красоте.

– Я тоже так думаю. Опускай ее в контейнер.

Иэн еще секунду подержал Душу в ладони, словно пытаясь запечатлеть в памяти, а потом с величайшей осторожностью позволил ей соскользнуть в холодную тьму.

Джаред показал ему, как закрыть крышку. У меня словно гора с плеч свалилась: дело сделано, поздно менять решение. Я больше не сомневалась: эти четверо позаботятся о Душах, когда меня не станет.

– Осторожно! – крикнул Джеб, вскидывая ружье.

Джаред выронил пустой контейнер, метнулся к очнувшемуся Целителю, с ужасом смотревшему на нас с кушетки. У Иэна хватило самообладания не выпускать из рук контейнер с Целительницей.

– Хлороформ! – Джаред прижал Целителя к матрасу, но не успел.

Целитель ошеломленно уставился на меня. На его лице отразилось детское изумление. Лучи лампы отражались от наших с ним глаз, отбрасывая на потолке танцующие блики.

– Зачем?.. – спросил он.

Его лицо утратило всякое выражение, тело безвольно осело на койку. Из ноздрей вытекли струйки крови.

– Нет! – Я бросилась к нему, понимая: слишком поздно. – Нет!