Гостья

Глава 35

Суд

Я застонала. Голова отчаянно кружилась. Желудок бунтовал.

– Наконец-то, – облегченно прошептал кто-то. Иэн, кто же еще. – Есть хочешь?

При мысли о еде меня чуть не вырвало.

– Ой… Еще раз прости, нам пришлось тебя усыпить. Когда мы выбрались наружу, все были… на взводе.

– Ничего, – вздохнула я.

– Может, воды?

– Нет.

Я открыла глаза, постаралась сфокусировать взгляд. Сквозь трещины в потолке сияли две звезды. Еще ночь. Или уже ночь?

– Где я? – Рисунок трещин незнакомый. Здесь я раньше не была.

– В своей комнате. – Лицо Иэна в темноте казалось смутным пятном.

Подо мной настоящий матрас, голова покоится на подушке. Я случайно наткнулась на руку Иэна. Он накрыл ладонью мои пальцы.

– Чья это комната?

– Твоя.

– Иэн…

– Раньше здесь жили мы с Кайлом. Он сейчас… в лазарете, пока не решат, что с ним делать. А я перееду к Уэсу.

– Я не хочу занимать твою комнату. И что означает «пока не решат, что с ним делать»?

– Я же говорил, будет суд.

– Когда?

– Зачем тебе знать?

– Мне нужно присутствовать. Я должна все объяснить.

– То есть солгать.

– Когда?

– На рассвете. Я тебя туда не понесу.

– Сама пойду. Вот перестанет голова кружиться, и пойду.

– Значит, не отступишься?

– Нет. Нечестно, что ты лишаешь меня слова.

Иэн вздохнул, выпустил мою руку, медленно поднялся, хрустнув суставами. Сколько времени он просидел здесь, в темноте, ожидая, пока я приду в себя?

– Скоро вернусь. Ты, может, есть и не хочешь, а я умираю от голода.

– Ночь выдалась долгой.

– Да.

– Когда начнет светать, я пойду на суд. Ждать не стану.

Иэн безрадостно хмыкнул:

– Не сомневаюсь. Поэтому вернусь до рассвета и помогу тебе добраться.

Он отодвинул одну из дверей, закрывающих выход, выбрался в коридор и поставил ее на место. Я нахмурилась: на одной ноге такое проделать трудновато. Хорошо бы Иэн поскорее пришел.

В ожидании его возвращения я разглядывала две звезды, сияющие на темном небе. В мозгу медленно прояснялось. Мне действительно не по нраву человеческие лекарства. Уф-ф. Пусть лучше болит тело, чем голова. Время тянулось медленно, но сон не шел. Я проспала большую часть суток и проголодалась. Надо только дождаться, когда желудок успокоится.

Иэн, как и обещал, вернулся до рассвета.

– Тебе лучше? – спросил он.

– Вроде да.

– Как считаешь, кто из вас так реагирует на морфий – ты или Мелани?

– Мелани. Она плохо переносит обезболивающие. Это выяснилось десять лет назад, когда она сломала запястье.

Иэн немного подумал.

– Очень странно – общаться с двумя девушками одновременно.

– Да уж, – согласилась я.

– Есть хочешь?

Я улыбнулась:

– Кажется, пахнет хлебом. Живот вроде бы угомонился.

– Вот и хорошо.

Иэн нащупал мою руку, вложил в ладонь булочку.

– Помоги сесть, пожалуйста.

Он осторожно обхватил меня за плечи и усадил одним точным движением, стараясь не бередить больной бок. К коже прилипло нечто чужеродное.

– Спасибо. – Голова медленно кружилась. Свободной рукой я потрогала бок. Действительно, под футболкой что-то твердое. – У меня сломаны ребра?

– Док не уверен, но лучше поберечься.

– Он очень старается.

– Это точно.

– Мне стыдно… что сперва я его недолюбливала, – призналась я.

Иэн рассмеялся:

– Неудивительно. Странно, если бы ты хорошо к нам относилась.

– Благодаря тебе мое отношение изменилось. – Я вгрызлась в черствый хлеб, механически прожевала, проглотила и стала ждать реакции желудка.

– Понимаю, не очень аппетитно, – сказал Иэн.

– Просто проверяю, прошла ли тошнота.

– Как насчет чего-нибудь повкуснее?

Послышался шорох, звук рвущейся пленки… а затем я почувствовала запах и все поняла.

– «Читос»! Неужели? Для меня?!

Что-то прикоснулось к губам, и я захрустела предложенным лакомством.

– Как же я о них мечтала!

Иэн засмеялся и вложил пакетик мне в руку. Я быстро прикончила содержимое, а затем справилась с хлебом, приправленным сырной крошкой. Предугадав мою просьбу, Иэн передал бутылку с водой.

– Спасибо. И не только за «Читос». За все.

– Всегда пожалуйста, Анни.

Я вгляделась в темно-синие глаза Иэна, пытаясь понять, то ли он говорит просто из вежливости, то ли имеет в виду нечто большее. Вдруг до меня дошло: я вижу цвет его глаз. Звезды погасли, небо посерело. Скоро рассвет.

– Точно хочешь идти на суд? – спросил Иэн, с готовностью подставляя руки.

Я кивнула:

– Не обязательно меня нести. Я могу сама.

– Посмотрим. – Он помог мне подняться. – Осторожнее. Ну как?

Я сделала неловкий шажок. Больно, но терпимо.

– Отлично. Идем.

Кажется, Иэн к тебе неравнодушен.

Неравнодушен?

– Я никак не ожидала услышать Мелани, да еще так явственно. Обычно она проявлялась лишь в присутствии Джареда.

Вообще-то я тоже тут. Он в курсе?

Ну конечно. Он верит в нас больше, чем кто-либо, если не считать Джеба и Джейми.

Я не об этом.

Тогда о чем?

Но Мелани уже исчезла.

Путь оказался долгим. Я-то думала, мы направляемся на главную площадь или на кухню – привычные места собраний. Однако мы миновали восточное поле и пошли дальше, пока не добрались до большой черной пещеры, которую Джеб называл спортзалом. Я была там лишь один раз, во время первой экскурсии. В нос ударил едкий запах серы.

В отличие от большинства пещер, тусклые голубые лампы не стояли на полу, а крепились под потолком, нависавшим в нескольких футах над головой, как в обычном доме. А вот стены находились так далеко от источников света, что не разглядеть. Где-то в дальнем углу журчал и булькал вонючий источник.

Кайл сидел в пятне света, обхватив руками колени. Его лицо напоминало суровую маску. Когда Иэн под руку ввел меня в зал, он даже не взглянул в нашу сторону. По бокам от него, словно стражи, застыли Джаред и Док. Рядом стоял Джеб с ружьем. Он выглядел расслабленным, но я знала – подобная безмятежность обманчива. Джейми держал его за свободную руку… нет, это Джеб ухватил его за запястье, и мальчику это явно не по нраву. Увидев нас, Джейми улыбнулся, помахал мне и многозначительно посмотрел на Джеба. Тот разжал пальцы.

Рядом с Доком стояла Шэрон, за ней – Мэгги.