Гостья

Я разжала пальцы. Через мгновение камешки с тихим шорохом приземлились на тело Уолтера, неразличимое в глубокой могиле.

Иэн отступил от края, и Энди принялся забрасывать яму землей. Тяжелые комья с глухим стуком падали вниз. Меня пробрала дрожь.

Подошел Аарон с лопатой. Иэн медленно понес меня прочь, уступая место. Люди расходились, шепотом обсуждая похороны.

Иэн направился к матрасу, лежащему на голой земле. Его лицо, печальное, покрытое светлой пылью, выглядело усталым. Я уже видела его таким, но не смогла вспомнить, когда именно. Иэн уложил меня на матрас, и я отвлеклась. Что мне делать здесь, под открытым небом? Спать? Подошел Док. Они с Иэном опустились на колени рядом со мной.

– Как себя чувствуешь? – спросил Док, ощупывая мои ребра.

Я хотела сесть, но Иэн заставил меня лечь.

– Хорошо. Думаю, идти смогу…

– Не стоит. Пусть нога несколько дней побудет в покое. – Док машинально приподнял мне веко, посветил в глаз фонариком. На его лице заплясало яркое отражение. Он прищурился, отпрянул, а вот рука Иэна на моем плече даже не дрогнула. Странно.

– Хм-м. Диагноз не поставить. Как голова? – спросил Док.

– Кружится. Наверное, не от травмы, а от лекарства. Оно мне не понравилось. Пусть лучше болит.

Док скривился. Иэн тоже.

– Что?

– Боюсь, мне снова придется тебя усыпить. Прости.

– Но… зачем? – прошептала я. – Мне не больно…

– Нужно отнести тебя внутрь, – тихо перебил меня Иэн, словно не хотел, чтобы нас услышали. Сзади доносились голоса. – Мы пообещали… что ты будешь без сознания.

– Завяжите мне глаза.

Док достал из кармана маленький шприц, заполненный едва ли на четверть. Я отшатнулась, но Иэн удержал меня на месте.

– Ты слишком хорошо знаешь пещеры. Некоторые не хотят, чтобы ты догадалась…

– Но куда я пойду? – лихорадочно прошептала я. – Даже если найду выход? И зачем мне уходить?

– Так будет проще… – сказал Иэн.

Док взял меня за запястье. Я не сопротивлялась. Чтобы не видеть, как игла входит в кожу, я отвернулась, посмотрела на Иэна. Его глаза в темноте казались почти черными. Заметив в моем взгляде боль от предательства, Иэн напрягся.

– Прости, – пробормотал он, и меня накрыла тьма.