Страница 49 из 66
Он встает, забирает у меня из рук стакан с кофе и садится обратно. Зараза, а мне ведь уже понравился вкус.
- Ну и подавись.
Беру из коробочки себе стакан, остальные два протягиваю Каю и Уиллу, прожигая Персика взглядом.
Внезапно на одном из мониторов загорается уведомление: «Обнаружена попытка входа в систему». Уилл мгновенно реагирует, блокируя доступ.
- Говард пытается что-то сделать, - поясняет он. - Видимо, понял, что его сети рушатся. Но он опоздал. Мы уже внутри.
Он запускает скрипт, который стирает следы нашего присутствия в его системе, оставляя вместо них ложные данные, будто это был сбой сервера, а не взлом.
Следующий шаг - перекрыть финансовые потоки. Уилл подключает наших людей в банках, которые блокируют счета Говарда под предлогом «подозрительной активности». Деньги замирают, не успевая уйти.
- А что там с данными, что мы получили от шпиона? Ты сказал, что справишься с этим, Персик.
Он закатывает глаза от того, как я зову его, и вздыхает. Уилл с Каем ржут в сторонке.
- Вот бы поскорее от тебя избавиться, - качает он головой и продолжает. - Я связался с каждым из них, показал, что все, чем их шантажировал Говард, теперь у нас. Они, конечно же, перешли на нашу сторону. Более того собрали совещание, где приняли решение убрать Говарда. Он сейчас наверное места себе не находит.
- Отлично! Просто охеренные новости! Поднимаем задницы, давайте. Я не могу пропустить такой момент.
Парни встают, собираются. И мы выезжаем. К Говарду. Не могу же я отпустить его, не попрощавшись.
Он лишился всего. И денег, и власти и поддержки. Мы каждую его сделку срывали, каждый товар, каждую поставку уничтожали без следов, даже копам сдавали его партнеров от его лица. И, конечно же, из-за этого на него заточили зуб. Многие лишились всего. И каждый теперь хочет уничтожить его лично.
Говард скоро испустит свой последний вздох, Тревис полетит за ним следом. А у меня теперь в руках половина города, ублюдки, которые без моего разрешения даже подумать о Нике не осмелятся. Идеальный финал как по мне.
Дорога занимает меньше пятнадцати минут. Перед особняком Говарда - хаос: охрана мечется, кто-то орет в рацию, машины с мигалками пытаются пробиться сквозь толпу, но их не пускают. Вот и близок твой конец, Говард.
Мы проникаем в дом тайно, бесшумно - никто даже не смотрит в нашу сторону. Не до этого им.
Поднимаемся по лестнице, прямо в его кабинет. Я и этот дом изучил до кирпичиков. Знаю, где, какая комната.
И вот он - Говард. Стоит у огромного окна, спиной к нам, в безупречном костюме, будто готовится к приему. Вид у него спокойный, почти расслабленный. Но я вижу, как дрожит его рука, когда он поправляет манжету. Вижу, как он сглатывает - слишком заметно, слишком нервно.
Он знает, что мы здесь.
- Долго же ты добирался, Харрисон, - произносит он, не оборачиваясь. Голос ровный, почти скучающий. - Я уж думал не придешь.
- Ну как я мог не попращаться с тобой? - делаю шаг вперед, и парни бесшумно расходятся по комнате, занимая позиции. Кай у двери, Персик у бокового шкафа, Уилл у окна, откуда открывается вид на двор. - Это было бы большой потерей.
Говард наконец поворачивается. В его взгляде все та же надменность. Но я вижу, что это всего лишь маска.
- Думаешь, выиграл? - усмехается он. - Ты просто мальчишка, решивший, что может играть во взрослые игры. Не знаешь, что такое настоящая власть.
- А ты у нас прям профи, я смотрю. Построил империю за счет чужих страхов и угроз. И что получил в итоге? Они теперь между собой воюют, каждый мечтает забрать тебя себе и прикончить лично. Кажется, ты недооценил этого мальчишку.
Он усмехается. Проходит к столу, садится на кресло и вздыхает.
- Знаешь, Алекс... Для каждого отца его ребенок - самое дорогое в этом мире. Каким бы придурком и психом ни был его сын, что бы он ни вытворял, отец всегда выберет своего сына.
- Ты че несешь? Или перед смертью о своем отпрыске вспомнил? Не волнуйся, я отправлю его следом к тебе. Долго ждать не придется.
- Ну хоть там возлюбленные воссоединятся, - фыркает он. - Раз при жизни им не позволил.
Че за херню он несет блин?
- Как я и сказал, для отца его сын - это все. Для любого отца. Если ему дадут выбор, он непременно выберет сына. Именно поэтому ты сейчас стоишь передо мной, а не лежишь с проломленным черепом, Алекс. Потому что выбор сделан в твою пользу. Тебе бы домой к себе поспешить, парень. Я там тебе подарок оставил.
Я застываю. Будто пол уходит из-под ног, а воздух в комнате вдруг становится густым, тягучим - таким, что каждый вдох дается с трудом.
«Подарок». Это слово крутится в голове, как лезвие, которое медленно проворачивается, разрезая всего меня изнутри.
Для любого отца его сын - это все.
И тут пазл складывается. Слишком четко, слишком безжалостно.
- Что ты сделал? - голос звучит глухо, будто не мой. Я даже не осознаю, что спросил вслух.
Говард усмехается, и эта усмешка как плевок в лицо.
Нет...
Нет, только не ты, отец...
Нет...
Я гоню эту мысль, пытаюсь задавить, сказать себе, что это бред, что Говард просто бьет по самому больному, потому что ему нечего терять.
Просто блефует.
Издевается надо мной.
Но внутри все обрывается. Паника, холодная и острая, как битое стекло, расползается по венам, вытесняя все.
Молча разворачиваюсь и выхожу из кабинета.
Вылетаю из дома, будто за мной гонится сам дьявол. Сажусь в машину, пальцы дрожат, пока вставляю ключ в зажигание. Мотор рычит, и этот звук - единственный, который я слышу сквозь шум в ушах.
В машине душно, будто стены сжимаются вокруг меня. Я давлю на газ, чувствуя, как машина вздрагивает от напряжения, как шины визжат на поворотах.
Перед глазами мелькают картинки: Ника, улыбающаяся отцу, ее теплая ладонь в моей руке, ее голос: «Просто дай ему шанс». Она верила. Она хотела, чтобы мы помирились. А я… я просто отдал ее в руки человеку, который...
Нет... Прошу, пожалуйста... Пожалуйста, только не она.
Пожалуйста... Я... Я не выдержу, если с ней что-то случится. Не смогу выдержать.
Наконец долетаю до дома. Пальцы дрожат, когда хватаюсь за дверцу машины.
Ворота открыты. Это добивает окончательно. Не осмеливаюсь сделать шаг вперед, потому что страх уже поселился во мне.
Слезы катятся по щекам без остановки. Я их уже не контролирую. Я ничего не контролирую.
Медленно дрожащими пальцами толкаю дверь, делаю шаг внутрь и замираю, увидев картину перед собой. Из меня будто весь воздух выкачивают за секунду.
Я задыхаюсь. Не двигаюсь, потому что тело вдруг каменеет от увиденного.
Аврора
Лечу на всей скорости, игнорируя все правила и светофоры. Стираю слезы с лица, потому что из-за них не могу ничего нормально видеть на дороге. Но они все равно катятся. Снова и снова.
Скотина! Настоящий дьявол! Тварь! Чудовище!
Я еще и думала о том, чтобы тоже помириться с ним. А этот монстр...