Страница 48 из 66
Глава 23 Алекс
Останавливаю машину прямо перед домом отца. Давно здесь не был. Да и желания никогда не возникало вернуться.
Протягиваю руку Нике, и она хватается за нее, улыбаясь. Ее ладонь теплая. Мягкая. Приятно вот так держать ее за руку. Я еще, когда в первый раз взял ее вот так за руку, подумал, что в моих руках находится целый мир. Это было самое охуенное ощущение, что я когда-либо испытывал.
Мы входим внутрь, где нас встречает отец. Весь такой серьезный, в своем фирменном костюме. Ну серьезно, меня аж самого уже тошнит от его пиджаков. Нет бы хоть дома одеваться проще.
Мы оба застываем напротив друг друга. Молчим. Он знает, с какой целью я приехал. Утром вкратце изложил все. А теперь между нами чертова неловкость. Я привык грубить ему, оборачивать его слова в шутки, идти против него. Но не к такому, блин.
- Добрый день, - решает разрядить обстановку Ника, протягивая ему руку. - Простите, что доставляю неудобства.
Отец смотрит на ее руку, потом на меня, и на секунду в его взгляде мелькает что-то, чего я никогда не видел. Он коротко пожимает ее ладонь, кивая.
- Мне не привыкать. По сравнению с этим засранцем от тебя не так много проблем.
Куда там без его колкостей.
- Проходи. Комнату тебе уже подготовили. Я и Авроре позвонил, чтобы не скучала. Знаю вашу банду.
Надо же. Даже это предусмотрел.
- Я ведь могу тебе ее доверить? - говорю, не находя больше слов. Ну не получается у меня с ним по-другому. Мы никогда не общались, как нормальные отец и сын.
- Можешь, - отвечает он ровно, без пафоса, и в этом «можешь» столько веса, что у меня внутри что-то щелкает. Какое-то странное, непривычное чувство. - Я уже говорил. Раз из-за нее готов пойти против всех, не могу же я остаться в стороне и насовсем кинуть вас.
- Спасибо, - выдавливаю из себя через силу, чем вызываю у обоих улыбку. - Мне уже пора. Парни ждут.
- Береги себя. И вернись как можно скорее, - говорит Ника, сжимая мою руку чуть крепче. Отец видимо почувствовав, что здесь третий лишний, аккуратно испаряется.
Обхватываю ее лицо ладонями, касаясь пальцами ее кожи. И целую. Так, чтобы она почувствовала: я вернусь. Обязательно вернусь.
Потом обнимаю крепко, прижимая к себе так, что слышу, как ровно бьется ее сердце, и шепчу ей на ухо:
- Я вернусь. И впереди у нас будет не одна ночь, а целая жизнь, тигренок. Ты лучше думай о том, как паковать чемоданы свои. Потому что я тебя сразу заберу домой.
Она обнимает меня в ответ, утыкается в мою грудь и шепчет своим ангельским голосом:
- Люблю тебя.
- И я тебя, тигренок. Больше жизни люблю.
Я отстраняюсь, еще раз смотрю на нее, чтобы запечатлеть каждую черточку, каждый блик в глазах. А потом снова целую, не удержавшись. И снова.
- Алекс! - тихо смеется она.
- Все. Ухожу. Если что, сразу звони. Я возьму трубку, как бы ни был занят.
- И прибежишь, если попрошу?
- А ты сомневаешься?
Она снова смеется, целуя меня в щеку. Такими темпами, тигренок, я тут так и застряну.
- Это на удачу. Вернешься, исполню любое твое желание.
- Прям любое. Это ты так мотивируешь?
- Ага. Хочешь желание, вернись как можно скорее.
- Ну смотри, сама это выкинула. Потом не жалуйся, что загадал невозможное.
Еле заставляю себя отлипнуть от нее. Разворачиваюсь и выхожу за дверь. Уже скучаю по ней.
Сажусь в машину, набирая охрану из дома. Отправляю всех оттуда сюда. Не потому что не доверяю парням отца. Просто хочу, чтобы ее охраняли как можно больше людей.
Срываюсь с места, оставляя за спиной дом, где сейчас самое дорогое, что у меня есть. И я знаю: сегодня я сделаю все, чтобы вернуться туда. Чтобы эта история наконец закончилась. И чтобы впереди было будущее кроме крови, угроз и этой бесконечной беготни.
Подъезжаю к старому складу на окраине - ржавая коробка, обнесенная бетонным забором, с одной стороны прижатая к реке, с другой к глухой улице без камер. Идеальное место: никто не сунется, а нам отсюда видно все, что движется в порту.
Внутри пахнет пылью и старым металлом. В центре комнаты - стол, заваленный ноутбуками, проводами и распечатанными схемами маршрутов. Уилл сидит, склонившись над экраном, пальцы летают по клавиатуре так быстро, что клавиши едва успевают щелкать. На трех мониторах - потоки данных: логи входов, графики отгрузок, списки судов.
- Ну, что там? - говорю, скидывая куртку и подходя ближе.
Уилл не поднимает глаз, только кивает на центральный экран, где крутится схема портовой зоны.
- Отгрузка по «Северному пути» уже сорвана. Мои ребята перехватили сигнал диспетчера и дали ложные координаты. Судно ушло в мертвую зону, где его уже ждут наши. Через час там будет чисто. Ты лучше посмотри, что там Кай вытворяет.
- А что? - поворачиваюсь к Каю, который увлеченно щелкает над клавиатурой ноута. - Что-то интересное откапал?
- Ну конечно, - выдает он с довольным лицом. - Я взломал его архив документов. Сейчас подгружаю шаблоны соглашений, которые он использовал с партнерами. Смотри.
На экране мелькают файлы: договоры, акты, доверенности. Кай открывает один из них, быстро меняет подписи, вставляет фальшивую печать, накладывает поверх скан подписи Тревиса - такой, что даже эксперт не сразу отличит.
- Вот, - он нажимает «отправить». - Первое письмо уходит партнеру Говарда в другом городе. В нем четко сказано: «Соглашение расторгнуто по инициативе Тревиса. Все обязательства аннулированы».
- И они поверят? - спрашиваю.
Кай усмехается, не отрываясь от экрана.
- Еще как. У них уже были сомнения насчет Говарда после вчерашнего слива. А тут еще и подпись Тревиса, который у них на хорошем счету. Это как удар под дых: они не станут разбираться, просто разорвут связи.
Он продолжает работать, отправляя одно письмо за другим его партнерам. Каждый документ - это кирпич, который мы кладем в стену вокруг Говарда, отрезая его от денег, от людей, от влияния.
- Неинтересно так официально разрывать с ними связи, - выдает он вдруг. Потом возвращается к письмам и реадактирует их, посылая под конец их на три буквы. Мои брови аж ползут вверх от удивления. - Ну а что? - говорит он, заметив мой взгляд. - Все в курсе, что Тревис тот еще псих. Подумают, что в конец слетел с катушек. До них же еще не дошло, что он в коме.
Умно. А Каюшка у нас, оказывается, любит заигрываться.
Рядом со мной вдруг появляется Персик, ставит передо мной на стол стакан с горячим кофе и садится рядом с Уиллом. Даже не смотрит на меня, зятек.
- Не пялься так, - бросает, не отрываясь от экрана ноута. - Я его всем принес. Не одному тебе особенному.
- Но поставил-то только передо мной, Персик, - дразню его, отпивая из стакана. Вкусный кстати.
- Это он так к шурину подлизывается, - смеется Уилл, за что тот толкает его плечом.
- Ни к кому я не подлизываюсь. Я уже говорил, чтобы жениться на Авроре мне ничье разрешение не нужно.
- О, как? А вдруг я не отдам ее тебе, Персик?
- Это уже не тебе решать, - все же поворачивается ко мне. - И хватит меня уже так звать. Знаешь... Я передумал. Возьми себе сам.