Страница 9 из 92
— Для твоего мудрого болтуна! — повторил он, подмигивая так, что цилиндр чуть ли не закрутился на голове. — Смотри, какая красавица! Нарцисса — растение‑симбионт, но с характером. Она, знаешь ли, из тех, кто сразу даёт понять: «Я тут главная!»
Эля осторожно приняла горшок, разглядывая растение. Листья переливались так, будто внутри них прятались крошечные светлячки — яркие, мерцающие, почти фантастические. Она замерла на секунду, пытаясь понять, как вообще реагировать на такой подарок.
— Выглядит… впечатляюще, — осторожно сказала она. — Но она точно не попытается захватить террасу? Или, например, начать дирижировать всеми растениями в округе?
Рокко рассмеялся, отступил на шаг и поправил цилиндр с видом знатока.
— О, у Нарциссы свой кодекс чести! Она не агрессивна, скорее демонстративна. Если ей что‑то не нравится, она просто меняет оттенок. Вот увидишь: если твой болтун начнёт с ней спорить и поучать, применяя твои психологические заумные штучки, Нарцисса станет ещё ярче!
— И не жаль отдавать её мне? — Эля приподняла бровь, слегка нахмурившись.
Сосед широко улыбнулся, отчего у неё даже мурашки пробежали по спине.
— Да брось, Эль‑ля‑ля! — отмахнулся Рокко. — Она просто создана для того, чтобы украшать мир! Ну, и немного его драматизировать, конечно.
— Ладно, забираю, — сказала Эля, стараясь не показывать, насколько её всё это сбивает с толку. — Будем считать, что теперь у меня полный комплект чудаков.
С Нарциссой в руках она вернулась в дом и поставила горшок на подоконник рядом с неожиданно притихшим Мурлыкой. Чтобы не смущать симбионтов знакомиться, Эля решила заняться чем‑то обыденным: ушла на кухню, приготовила лёгкий ужин, а потом вернулась на террасу, чтобы посмотреть закат.
Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в розовые и золотые тона. Она устроилась в кресле, наблюдая, как волны мягко накатывают на берег, и уже почти расслабилась — но вдруг за живой изгородью приземлилась таксикапсула, затем через минуту взмыла вверх и около ее калитки мелькнула синяя макушка.
Эля сглотнула — сердце пропустило удар. В груди всё сжалось, а потом вдруг будто распахнулось: волна облегчения смешала в ней и трепет, и радость, и лёгкую дрожь. Она вскочила с места и, не раздумывая, побежала к калитке, распахнув её так резко, что даже ближайшие кусты с пионами судорожно затрепетали.
Перед ней стоял высокий, стройный аэлорец с синими волосами и уверенным взглядом сапфировых глаз. Он улыбался такой тёплой, искренней улыбкой, что у Эли на мгновение перехватило дыхание, а сердце забилось где‑то у самого горла. Его хвост лениво покачивался за спиной — гибкий, синий, с едва заметной серебристой полосой вдоль хребта, — но вдруг замер и аккуратно обвил ногу хозяина, словно подчёркивая тишину этого момента.
— Док… Эля… — протянул Алор бархатным голосом, и в его интонации прозвучала такая неподдельная радость, будто он наконец‑то нашёл то, что искал сквозь все перелёты, все звёздные коридоры и долгие ночи без сна. — Наконец‑то я тебя нашёл!
— Алор! — выдохнула она, и голос её дрогнул, сорвавшись на полушёпот. Она сделала шаг навстречу, будто боялась, что видение исчезнет, если она хоть на миг отведёт взгляд.
Он шагнул к ней, и в каждом его движении было столько доверия и тепла, что внутри у Эли всё словно расправилось, стряхнув тяжесть последних дней. Он протянул руку, слегка коснулся её плеча — не настойчиво, а бережно, будто боялся нарушить хрупкость этого мгновения. Потом всматривался в её глаза, хмурился, стараясь прочесть в них всё, что с ней случилось.
Эля улыбнулась сквозь подступающие слёзы:
— Ты даже не представляешь, как я рада видеть тебя…
Она всхлипнула, и этот короткий, неровный звук был честнее любых объяснений. А потом она оказалась в его объятиях — крепких, но осторожных, словно он боялся, что она рассыплется от слишком сильного прикосновения. Его хвост мягко и уверенно обвился вокруг её талии.
Глава 7
— Что произошло? Почему ты на Эверии? — тихо спросил Алор, отстраняя её настолько, чтобы видеть каждую тень в её глазах.
Они посмотрели друг на друга.
— Как ты отыскал меня? — прошептала она. — Ведь никто не знает, что я покинула станцию и улетела на Эверию!
И только Алор собрался ответить, как Эля приложила палец к губам, оглянувшись на дом соседа. Оттуда донеслись гитарные басы и надрывный ор саундтрека — Рокко будто нарочно проверял, сколько децибел выдержит квартал.
— Пойдём в дом, — сказала она, схватив его за руку и буквально потащив за собой.
Войдя, она щёлкнула замком и этот короткий, сухой звук отозвался в груди как крошечная победа. Будто один поворот язычка мог отсечь весь хаос снаружи. Она провела Алора в гостиную, усадила на диван, а сама замерла посреди комнаты, не зная, куда деть руки: то ли скрестить на груди, чтобы удержать внутри дрожь, то ли протянуть к нему, чтобы убедиться, что он настоящий. Потом покосилась на Нарциссу, чьи листья мерцали в полумраке, словно крошечные тревожные огоньки, будто даже растение чувствовало, как в воздухе сгущается напряжение.
— Наверное, я превращаюсь в параноика, — прошептала она. — Алор, пойдём на берег моря, где нет ни единой души. Дойдём до побережья, к скалам и там поговорим.
Алор нахмурился, но не стал спорить. В его молчании было больше поддержки, чем в любых словах.
Они вышли из дома. Эля шла впереди, уводя его всё дальше от огней квартала, от грохота гитары и от ощущения, что за каждым её шагом кто‑то следит. С каждым шагом воздух становился чище, а тяжесть в груди чуть легче. Наконец они остались одни. Она села на всё ещё нагретый лучами солнца камень, подняла взгляд на Алора и впервые за долгое время позволила себе не прятать усталость.
— Так как ты отыскал меня? — повторила она, стараясь унять внезапную дрожь в пальцах.
Алор присел перед ней на корточки, его хвост тихонько скользнул вперёд, будто хотел её защитить — не как броня, а как тихий, живой щит.
— Когда я прибыл с Аэлуры на Орион‑11, первым делом направился прямиком к твоему кабинету. Записаться на приём не вышло, а ты и твой помощник оказались недоступны. Коллеги сказали, что ты больше не работаешь на станции психологом. В растерянности я побрёл в столовую, надеясь хоть что‑то выведать у твоего друга Квили, но и он ничего не знал. Я не мог просто так сдаться — стал расспрашивать всех, кто хоть как‑то мог быть с тобой связан. Но каждый ответ был одним и тем же: «Не видели», «Не знаем», «Слышали, что ушла». И от этой глухой стены молчания становилось только тревожнее. Всё это казалось до жути странным: будто ты просто растворилась в воздухе. Я собрался идти к командору, но по пути встретил капитана Вайрана. Я вспомнил, что ты с ним летала на Эфир‑3, и решил поинтересоваться у него о тебе. Я подумал… — Алор слегка смутился, — что он должен знать о тебе. Но он не знал. Мы разговорились, и он вдруг предположил, что ты могла улететь на Эверию, так как интересовалась этой планетой и хотела в будущем переселиться на неё. Капитан при этом выглядел таким же озадаченным, будто и сам не мог поверить, что ты вот так всё бросила и исчезла. А я уже мчался к своему кораблю. Прилетев, сразу направился в центр переселенцев, в надежде, что ты и правда здесь. И когда мне озвучили твой адрес… — он на секунду замолчал, и в его голосе прозвучало облегчение, — я рванул по данному адресу.
Эля слушала, и с каждым его словом напряжение в груди чуть ослабевало. Он не просто искал — он шёл по её следу, цепляясь за любую ниточку, не сдавался там, где другие бы махнули рукой. В этом было столько тихой преданности, что на секунду ей стало стыдно за то, что она вообще могла сомневаться: есть кто‑то, кто не отпустит.