Страница 40 из 45
Ты не всех теней направил через тот канал, который вырвал из своей драконицы и присоединил к себе. Это было бы невозможно. Слишком много паразитов ты впитал. Даже для такого мощного дракона, как ты, это сильный переизбыток. А учитывая, что израсходовал всю жизненную энергию... В общем, всё печально, Даркейн. Твои действия в тот момент спасли три невинные жизни. Алеаны и ваших детей.
Но у всего есть цена. Канал был рассчитан на то, чтобы пить чистую жизненную силу, а не на то, чтобы принять в себя поток полупереваренного хаоса. Он забился, а с теми, кто был настроен красть чужую силу, произошло кое-что... неприятное. Все, кто позволил себе слиться с тенями, получили от тех не только мощь, но и уязвимость.
Часть тьмы ты выплеснул во врагов, но в тебе не слишком много.
- Эти чёрные нити и есть тени? - с отвращением ещё раз оглядываю то, что пульсирует внутри меня. - Твари, которых породила предательница вместе теневым главой?
Старик медленно качает головой, его взгляд устремлен куда-то сквозь меня, словно он видит не только мою искаженную душу, но и то, что скрывается за ней.
- Алмазная драконица их не породила. Она была лишь проводником. Дверью, которую они обманом заставили открыть, пообещав силу, долгую жизнь и власть, - говорит Хранитель. - Ты ведь знаешь, что существуют миры гармонии и миры хаоса?
Качаю головой.
- Так вот. Миры гармонии - созидание, свет, добро. Миры хаоса - разрушение, тьма, зло.
В нашем мультивселенной царит равновесие. Оно установилось само. Но иногда чаша весов может качаться.
Тени - порождения из Хаоса. Которые иногда проникают к нам. Они не умеют создавать.
Только питаться чужой энергией. Это космическая саранча, ведомая голодом. Они проникли в миры гармонии. В том числе в те, которые храню я. Заразили несколько из них. А кое-что даже сожрали. Я не успел...
Старик уменьшается прямо с открытой книгой, стулом и столом.
Я снова оказываюсь сидящим на полу.
Хранитель сгорбливается. Теперь он кажется мне обычным человеком. Его спина будто согнута под ношей, которую он несёт.
Откуда-то сверху плавно спускаются несколько обугленных книг.
- Эти миры погибли, - произносит Хранитель. - Их не восстановить. Не бойся трогать их. В них уже никого нет. Только пустота. Я их поздно обнаружил.
Взмахивает рукой, и с другой стороны летят ещё несколько томов.
- А эти пришлось уничтожить, у жителей не было способов борьбы с мраком. Тем же, у кого были методы, я дал шанс. Сейчас я изолировал несколько миров и наблюдаю за ними. В некоторых мирах я личным вмешательством усиливала или менять что-то. Правда, это сильно отражается на жителях. Но ладно, главное, что есть шанс выжить. В одном из миров пришлось подкрутить на максимум технический прогресс. В другом - где есть маги, но нет драконов -спешно начать увеличение популяции некромантов...
Он говорит, словно сам с собой. Не все понимаю из его речи. Но я привык выделять главное.
- А в нашем мире? Что-то менялось в нашем мире?
Хранитель слегка заминается.
- Нет, - качает головой. - В вашем мире я ничего не менял. Только наблюдал. У вас же есть драконы. Я вообще не думал, что тени сунутся в драконий мир. Но видишь ли, их туда, оказывается, пригласили...
- А если уничтожить теней извне?
- Это невозможно. Только вместе с миром.
- Что за очиститель? Что если пропустить миры через него?
Мои вопросы звучат кратко и жёстко. Как на допросе. Эмоции атрофировались. Кроме одной. Впрочем, хранитель все же отвечает.
- Он не для миров. В него попадают все души после того, как заканчивается одна их жизнь и до того, как начнется следующая. У тебя он уберет тьму, это верно. Но заодно сотрет личность, память, форму. Ты станешь маленьким энергетическим комочком, который рандомно отправится в один из миров.
- Хаоса?
- Нет, гармонии. Драконы всегда перерождаются только в мирах гармонии. Даже если в новом мире нет магии, и они в новой жизни не обретают крылья.
- Мне всё равно, где и кем я буду.
Для меня и правда это уже не имеет значения. Почему-то я принимаю всё как должное. Сколько времени я здесь, в этой библиотеке? Такое впечатление, что времени здесь нет вообще. Хочется лечь и уснуть.
Лишь тревога за Алеану держит моё сознание.
- Нет, - вдруг жёстко произносит хранитель, и его голос снова разносится тем самым звучным эхом. - Ты вернёшься назад. И доделаешь то, что должен. Построишь корабли и дирижабли. Отправишься на другие континенты. С серебряной драконицей вы родите ещё нескольких детей. И твой род выметет остатки паразитов. А я поставлю этот мир на его полку. Всё, тебе пора возвращаться. Даже драконье тело без души так долго, сколько ты здесь находишься, не продержится. Тьма в тебе переваривается слишком медленно. Её количество несовместимо с жизнью. Поэтому, чтобы ты смог выжить после возвращения в свое тело, придется ее локализовать в какую-то не самую жизненно-важную часть и отрезать. Это будет доставлять некоторые неудобства. Но не волнуйся. Энерготело иногда регенерирует. Зато при тебе будет вся твоя память, вся магия. И крылатая ипостась.
В тот же миг вся чернота, которая была равномерно распределена в моем теле, стекает вниз, в ноги.
Хранитель беспристрастно смотрит на это. Снова щелкает пальцами. Меня пронзает внезапный росчерк молнии, и я чувствую небывалую легкость.
Первое, что я чувствую - чистота и лёгкость. И полное отсутствие теневого груза, который бурлил внутри. Будто родился заново. Там, где раньше бурлил и давил концентрированный мрак, искрится и сияет магия. Дракон внутри меня не брыкается, как это было последнее время. Не провоцирует усиливать контроль и постоянно держать его твердой рукой. Нет, он снова является моим продолжением. Как раньше, когда я был ребенком, который только недавно обрёл крылья.
Это правильная магия. Так и должно быть.
Под моей спиной жёсткая земля. Вокруг запах пыли.
Открываю глаза. И вижу светлую фигуру девушки. На фоне черной, будто выжженной земли, она сияет в лучах солнца.
Её красивые длинные волосы растрепались и испачканы сажей. Но серебряное платье сверкает и слепит. Особенно ярко вижу магический свет в области живота.
Но почему её лицо закрыто ладонями, а плечи содрогаются будто она безутешно плачет?
Моя рука, на удивление послушная, медленно поднимается, пальцы заправляют за нежное ушко шелковистую прядь.
- Алеана... - голос хриплый, чужой, словно я не пользовался им вечность.