Страница 24 из 67
Добрался почти до края. Дальше нельзя, ветка становится слишком тонкой. Прикинул расстояние. Снова оглянулся по сторонам. Мне чертовски везло. Это факт. Задний двор был совершенно пуст. Даже водилы, которые любят прикемарить под яблоньками, куда-то запропастились.
Сосчитал до трех, приготовился. Рывок.
В глазах от боли резко взорвалось звездное небо. Не знаю, каким чудом я не свалился вниз. Машинально закусил губу так, что во рту появился вкус крови. Могу представить, что бы со мной было, не сделай врач укол.
Пальцы намертво вцепились в подоконник. Я буквально кожей чувствовал, как нитки кетгута режут воспаленную плоть. Извиваясь ужом, скользнул внутрь кабинета через приоткрытую фрамугу. Пару минут просто сидел на полу, прислонившись спиной к батарее. Учился заново дышать.
Тихонько встал на ноги. Количество звезд в глазах сократилось, но не до конца.
Бесшумно подошел к массивному столу. Там лежали две аккуратные стопки бумаг. Похоже на отчеты о проделанной работе. Нет… Не стал бы майор тут держать свой донос.
Покрутился на месте, пытаясь мыслить как Мельников. Куда бы я на его месте спрятал служебную записку?
Внезапно мой взгляд остановился на потрете Дзержинского. Он висел прямо над креслом. Железный Феликс смотрел холодно и пронзительно. Будто знает обо мне вообще все.
— Да ладно… — шепнул себе под нос, — Хотя… В этом что-то есть.
Подошел к портрету. Осторожно отодвинул нижний край тяжелой рамы. В одном месте между холстом и подрамником что-то топорщилось. Просунул пальцы, нащупал шероховатую бумагу — тонкий конверт, приклеенный на каплю воска. Аккуратно оторвал письмо.
Внутри был один-единственный лист. Почерк ровный, каллиграфический.
«Начальнику ГУКР СМЕРШ Абакумову В. С. Докладная записка. Довожу до вашего сведения, что лейтенант Соколов А. И… является глубоко внедренным агентом…»
Сволочь Мельников написал ровно все то, о чем говорил в Золотухино, когда явился за ампулой. В своём доносе он требовал «провести полную проверку довоенного прошлого с привлечением свидетелей».
Я усмехнулся сам себе, покачал головой. Сложил листок, сунул в глубокий карман галифе.
В этот момент в коридоре за дверью раздались голоса и тяжёлые шаги. Судя по всему, двое или трое человек подошли прямо к комнате.
— … Так мы разве не должны дождаться товарищей из Москвы…
Я замер, мысленно выматерился. Конкретно этот голос принадлежал Назарову. И он находился в опасной близости от двери кабинета, где меня точно не должно быть.
— … Вадис лично приказал, — вторым был подполковник Борисов, — Майор, готовь опись. Александр Анатольевич ждёт отчета. Ситуация… Ну сам понимаешь. Наше дело маленькое. Велено проверить до приезда комиссии, вот и проверяем. Открывай.