Страница 221 из 269
В связи с этим, Стражи исламской революции вынуждены привезти Квентина Тарантино в резиденцию Верховного правителя Ирана. Конечно, перед встречей с Аятоллой его тщательно обыскивают и изымают все, вплоть до телефона и зубочистки.
Седой Аятолла, которого играет Брэд Питт, — это сама доброта и мудрость, он радушно встречает знаменитого гостя церемониальным восточным чаепитием и разговором об искусстве. Выясняется, что Великий Аятолла видел все фильмы Тарантино, он отечески журит Квентина за обилие крови, жестокость и натурализм некоторых сцен, а Квентин в упор спрашивает у Аятоллы, почему «Исламский джихад» решил его убить. И Аятолла спокойно объясняет: «Ты всемирная знаменитость, и твоя женитьба на еврейке и безмятежная жизнь в Тель-Авиве — это реклама нашего смертельного врага. Мы предупреждали тебя. Ты же получал письма с требованием убраться в Америку, не так ли?» — «Я не обращал на них внимания, — говорит Квентин. — После фильма “Криминальное чтиво” и, вообще, после каждого своего фильма я получаю сотни таких угроз от всяких психов…» — «Но мы не психи, — возражает Аятолла. — За то, что ты женился на еврейке и живешь в Израиле, ты приговорен к смерти». — «А если бы я женился на арабке и жил в Тегеране?» — с улыбкой спрашивает Квентин. «Если бы ты, неверный, притронулся к арабской женщине, тебя бы растерзали еще раньше и без всякого приговора, — сообщает Аятолла и приказывает своим охранникам: — Уведите его».
Тарантино выводят во двор резиденции. И тут оказывается, что пока шла светская беседа Квентина с Аятоллой, во дворе резиденции кипела серьезная работа — несколько специальных команд надували огромные воздушные шары. Соединенные вместе, эти шары образовали гигантскую гирлянду с привязанной к ней корзиной-гондолой и транспарантом «КВЕНТИН ТАРАНТИНО». В эту корзину сажают Тарантино, приковывают наручниками к поручням и еще к какой-то огромной металлической емкости с надписью «ATOMIC BOMB № 1». Старший офицер сообщает Квентину, что эта гирлянда с гондолой управляется дистанционно и будет вместе с ним отправлена в Израиль. «Мы предупредили евреев, что возвращаем вас на воздушном шаре и, надеюсь, они не станут вас сбивать», — с улыбкой говорит он Квентину. После этого звучит команда «Старт!», и в сопровождении дронов и вертолетов гирлянда гигантских шаров с Тарантино в корзине-гондоле взлетает в небо.
Иранское телевидение гордо показывает всему миру, как красиво они возвращают Израилю знаменитого кинорежиссера. И никто, кроме Квентина Тарантино, прикованного в корзине, не знает, что он в роли нового троянского коня везет в Израиль первую иранскую атомную бомбу.
Под прекрасную музыку, в лучах восходящего солнца гирлянда огромных красочных шаров с развевающимся за ними транспарантом «КВЕНТИН ТАРАНТИНО» летит над сказочными по красоте пейзажами Ирана и Ирака в сторону Сирии и Израиля.
Никто не сбивает эти шары, ведь все знают, что это летит великий Тарантино!
Даже Израиль воспринимает этот полет как жест доброй воли Ирана — толпы израильтян вместе с Даниэлой Пик и ее детьми смотрят в небо в ожидании прилета Тарантино.
И только Квентин (и зрители фильма) знают, что в корзине, под ногами у Квентина, атомная бомба. То есть, гибель Израиля неотвратима.
Но, когда шары входят в воздушное пространство Сирии, их засекают радары российской военной авиабазы «Хмеймим» в Латакии, звучат сирена тревоги и отборный мат русских офицеров, тут же взлетают два истребителя СУ-3 °CМ и — с тем же матом — летят на перехват воздушных шаров.
Захватив шары в прицел, один из пилотов уже кладет палец на кнопку «Пуск ракеты», но в этот момент слышит по радио: «Отставить, твою мать! Не стрелять, бл…дь! Не стрелять!», и самолет проносится буквально в сантиметрах от воздушных шаров. Мощная струя горячего выхлопа реактивных двигателей СУ-ЗОСМ бьет по шарам и подбрасывает их так высоко вверх, что они закручиваются в воздухе, попадают в атмосферный циклон и, с обугленным навигатором, под космическую музыку Альфреда Шнитке, летят на огромной скорости прочь от намеченного иранцами курса.
Только наручники чудом удерживают Тарантино в корзине, он теряет сознание от нехватки кислорода в разряженном воздухе, ураганный ветер в стратосфере над Адриатикой мчит гирлянду шаров все дальше и дальше в океан…
Паника на земле — радары всех стран потеряли шары с Тарантино!
Под тревожную музыку взлетают на его поиски военные самолеты Израиля и Евросоюза… Штабы космической разведки Британии, Евросоюза и России получают приказы своих правительств немедленно обнаружить шары с Тарантино… Все корабли в Тихом и Атлантическом океанах высматривают шары на случай их приводнения…
А в стратосфере вдруг наступает тишина и покой, и под пасторально-минорную музыку Генделя в обработке Эндрю Ллойд Уэббера гирлянда разноцветных шаров медленно опускается из стратосферы к нашей грешной земле. Земля все ближе и ближе, и теперь мы видим, что это Калифорния… Лос-Анжелес… Голливуд…
Корзина-гондола касается земли, АТОМНЫЙ ВЗРЫВ, затемнение, черный экран. Пауза.
Зрители уже встают с кресел, но вдруг экран оживает, на нем бесконечное море перистых облаков, по этим облакам Квентин Тарантино катит на своем велосипеде в сторону Солнца.
И там, в короне солнечных лучей, его ждет Сам Господь, которого играет, конечно, улыбчивый Леонардо Ди Каприо. Это Он с помощью русских СУ-3 °CМ изменил курс летающих шаров и в очередной раз спас Израиль.
Из романа «Явление пророка», 2014 г.
ЖЕНА, КОШКА И МУРАКАМИ
Да, написать этот рассказ меня спровоцировал Харуки Мураками. Не знаю, как с другими, а со мной это бывает — прочтешь пару хорошо написанных кем-то страниц и хочется написать не хуже. Не думаю, что это нескромно. Что нескромного в том, что кто-то хочет выглядеть, как голливудский красавец Джуд Лоу, а кто-то, как Эмма Стоун или Шарлиз Терон?
Книга рассказов Мураками мне попалась случайно. Несколько дней назад жена собралась в Лондон, чтобы выдохнуть стресс, накопившийся за 14 месяцев сирен и ракетных обстрелов Израиля то с юга из Сектора Газа, то с севера из Ливана. Собирая чемодан, она попросила подобрать ей что-нибудь почитать в самолете. Поскольку меня она всего читала-перечитала, я отправился в ближайший книжный магазинчик и попросил хозяина показать мне несколько pocketbooks для самолетного чтения. Он выложил передо мной два десятка книг, я отобрал четыре (из них две книги Мураками — вот как я его уважаю!), но жена взяла в поездку только одну, а три остались дома.