Страница 46 из 72
Глава 28. Обычный день
Утро началось как обычно — серый свет за окном, тишина, нарушаемая только потрескиванием батарей. Милана открыла глаза и несколько минут просто лежала, глядя в потолок. Сегодня не хотелось ни говорить, ни двигаться. Просто быть.
Она встала, подошла к окну. За ним всё тот же заснеженный парк, идеальный и безмолвный. Снег падал крупными хлопьями, укрывая землю новым слоем белизны.
Она умылась, оделась — сегодня выбрала простой серый свитер и джинсы. Волосы собрала в небрежный пучок. Посмотрела на камеру.
— Доброе утро, — сказала она коротко.
Динамик молчал. Она не стала ждать. Знала — он занят. У него есть дела, империя, которую нужно держать. Она не могла быть центром его вселенной каждую минуту.
Клавдия принесла завтрак. Вошла, поставила поднос, задержалась на секунду дольше обычного.
— Всё хорошо? — спросила Милана.
Клавдия кивнула, бросила взгляд на камеру, потом на Милану. Улыбнулась — чуть заметно, но тепло.
— Сегодня тихо, — сказала она одними губами. — Это хорошо.
И вышла.
Милана согласилась. Тишина иногда лучше разговоров.
Этажом выше Дубровский сидел в кабинете, погружённый в бумаги. Мониторы работали, но он лишь изредка поглядывал на один из них, где Милана сидела с книгой. Она читала. Просто читала. И это успокаивало.
Дмитрий вошёл с очередной пачкой документов.
— Леонид Андреевич, подпишите здесь и здесь.
Дубровский молча поставил подписи.
— Как она? — спросил он, не поднимая глаз.
— Всё спокойно. Читает, смотрит в окно.
— Хорошо.
Дмитрий задержался.
— Внизу, в комнате прислуги, Сергей, Алексей и Клавдия. О чём-то говорят.
— О чём?
— Не знаю. Но она теперь с ними как равная. Изменилась.
Дубровский усмехнулся.
— Она всегда была сильнее, чем казалась. Пусть говорят.
В маленькой комнате для прислуги, куда редко заглядывали камеры, сидели Сергей, Алексей и Клавдия. Сергей на подоконнике, Алексей на старом диване, Клавдия на табурете у столика.
— Ну и что думаете? — начал Сергей. — Я такого давно не видел. Шеф сам не свой.
— Сам не свой — это мягко сказано, — хмыкнул Алексей. — Он на неё смотрит так, будто она — центр вселенной. А мы… мы просто тени.
— Тени нужны, чтобы отбрасывать свет, — тихо сказала Клавдия.
Сергей уставился на неё.
— Ты чего это философствуешь? Раньше боялась слово сказать, а теперь…
— Раньше я боялась за сына. — Клавдия подняла на него спокойный взгляд. — Теперь знаю, что она его защитит, если что. Она меня не выдала.
— И что с того? — Алексей пожал плечами. — Она пленница. Что она может?
— Она может то, чего никто из нас не может: заставить его быть человеком.
Дмитрий, вошедший незаметно, остановился у двери, слушая.
— Ты думаешь, это хорошо? — спросил он, вступая в разговор.
Клавдия повернулась к нему.
— Для него — да. Для нас — не знаю. — Она покачала головой. — Он никогда не был счастлив. Никогда. А теперь… он улыбается. Ты сам говорил.
Дмитрий кивнул.
— Улыбается. Впервые за много лет.
— А для нас это значит, что он может стать мягче? — спросил Сергей.
— Или наоборот, — ответил Алексей. — Он может стать одержимым. А одержимые люди опасны.
— Он уже одержим, — тихо сказала Клавдия. — Вопрос только в том, чем это кончится.
Все замолчали. Каждый думал о своём.
Сергей спрыгнул с подоконника.
— Ладно, наше дело маленькое — приказы выполнять. А там будь что будет.
Он вышел. Алексей потянулся и пошёл за ним.
Дмитрий задержался у двери.
— Клавдия, — сказал он. — Ты с ней осторожнее. Если что — ты знаешь, он не прощает.
— Знаю. — Она подняла на него глаза. — Но она того стоит.
Дмитрий вышел.
Клавдия осталась одна. Посмотрела на свои руки, потом на маленькую иконку в углу.
— Помоги ей, Господи, — прошептала она. — И нам всем.
День тянулся медленно. Милана перечитала полкниги, несколько раз подходила к окну, даже попробовала рисовать на листке, который нашла в ящике стола. Получилось плохо, но это отвлекало.
Ближе к вечеру она взяла расчёску — ту самую, старую, с обломанным зубчиком. Провела по волосам, глядя в окно. Вспомнила, как в первые дни прятала её в карман, думая, что это может стать оружием. Глупая.
Она положила расчёску на столик и посмотрела на камеру.
— Ты там? — спросила тихо.
Динамик молчал. Она не обижалась. Просто знала — он рядом.
Ночью, когда она уже легла, свет в комнате мигнул. Один раз. Коротко.
Она улыбнулась в темноту.
— Спокойной ночи, — прошептала она.
Свет мигнул дважды. Тёплый, долгий сигнал.
Она закрыла глаза и уснула.
В кабинете Дубровский смотрел на монитор, где спала Милана. Потом перевёл взгляд на ящик стола, где лежали фотографии Анатолия.
— Я не отдам тебя, — прошептал он. — Никому.
Он закрыл ящик и выключил свет.
В доме было тихо. Снег всё падал за окнами.