Страница 43 из 124
Она достала устройство. Линкер был небольшим размером с ладонь, с гладкой матовой поверхностью цвета тёмного серебра. По краю корпуса бежала тонкая полоска светодиодов, сейчас пульсировавшая синим — признак входящего вызова. В центре лицевой панели мерцал голографический индикатор: три символа, складывающиеся в имя «АЛОР».
Её палец коснулся сенсорной зоны и линкер едва ощутимо потеплел, откликаясь на прикосновение. В воздухе над устройством вспыхнула голограмма: трёхмерное изображение хвостатого аэлорца. Черты лица получились удивительно чёткими — высокие скулы, сапфировые глаза, растрёпанные синие волосы и эта его фирменная озорная улыбка, от которой обычно становилось легче на душе. Но сейчас она лишь усилила внутреннее напряжение Эли.
— Доктор Эля, — голос аэлорца звучал так отчётливо, словно он стоял рядом, — я хотел напомнить вам, что завтра у нас с вами сеанс. Мой хвост впал в неистовство и требует практик. А после консультации я хотел бы пригласить вас на совместный обед. Что скажите, док?
Скорпион, до этого сохранявший отстранённость, резко насторожился. Он слегка сместился вбок, чтобы лучше видеть голограмму, и скрестил руки на груди — поза стала жёсткой, замкнутой, будто он возводил между ними невидимый барьер.
Эля сглотнула, ощущая, как внутри всё сжимается. «Почему именно сейчас он позвонил?». Она невольно задержала дыхание, ловя малейшее изменение в выражении лица Скорпиона.
Алор на секунду умолк, его взгляд скользнул за плечо Эли. Улыбка мгновенно погасла, сменившись настороженностью. Он едва заметно прищурился, словно оценивал ситуацию, но промолчал.
Скорпион не сводил с Эли взгляда. Его лицо оставалось каменным, но в глубине глаз мелькнуло что‑то резкое, колючее. По её спине пробежал неприятный холодок.
— Завтра жду вас на консультацию, Алор, в назначенное время, — произнесла она ровным, профессионально‑спокойным тоном и отключила связь.
Голограмма замерцала и растаяла в воздухе. Линкер издал короткий сигнал завершения вызова, светодиоды погасли, устройство снова превратилось в гладкий серебристый брусок в её руке.
Эля медленно опустила руку, остро ощущая на себе взгляд Скорпиона. Воздух между ними будто сгустился, став плотным и тяжёлым, как перед грозой.
— А говорите, что с пациентами ваши отношения на личные не перерастают, — с лёгкой насмешкой произнёс он и отвернулся к бескрайнему космосу. Эля почувствовала, будто её мягко, но бесповоротно оттолкнули. — Вы не теряете время даром, доктор Миранова. На вопрос, заданный мною ранее, можете не отвечать, — и сухо добавил: — На самом деле мне это уже неинтересно.
— Тогда зачем было утруждать себя вопросом? — слова вырвались сами собой, прежде чем она успела их сдержать.
Этот мужчина умел выбивать почву из‑под ног: то вызывал раздражение, то заставлял сердце биться чаще. «Что за игра? Почему он так резко меняет тон?» — лихорадочно размышляла она, пытаясь унять внутреннюю дрожь.
— В своё время это казалось хорошей идеей, — равнодушно пожал плечами Скорпион, глядя куда‑то вдаль, за пределы астероида. Его взгляд блуждал среди звёзд, будто там, в безмолвной бесконечности, он искал ответы на вопросы, которые не решался озвучить.
— И всегда ваши интересы столь скоротечны? — спросила Эля, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал ровно. Внутри же всё бурлило: «Почему он себя так ведёт?».
Медленная, многозначительная улыбка тронула губы Скорпиона.
— Это зависит от того, к чему интерес… — произнёс он чуть тише, понизив голос.
Слишком прозрачный намёк. Ошибиться было невозможно. Как невозможно и отвести взгляд от этого лица — уверенного, с резкими чертами, в чёрной боевой форме, с пепельными косами, оплетёнными металлическими нитями, с мерцающим голографическими индикаторами браслетом‑связи на запястье.
Почему он так действовал на неё? Почему каждое его слово, каждый взгляд вызывали бурю противоречивых эмоций? «Сила, контроль, дистанция — вот что говорит в нём каждый жест, каждая деталь облика», — думала Эля. И в то же время рядом с ним она остро ощущала собственную женственность и уязвимость — чувство, совершенно ей не знакомое. Щёки предательски теплели, дыхание сбивалось, а в груди нарастало странное волнение.
Она поджала губы, усилием воли возвращая себе профессиональное самообладание.
— Очевидно, ваши интересы лежат вне… — начала она, тщательно подбирая слова.
Скорпион перебил её, не дав закончить. Он коротко кивнул, будто подтвердил какую‑то свою мысль.
— Очевидно, — тихо произнёс он. — Пора возвращаться.
Он легко поднялся и протянул ей руку в перчатке. Эля на мгновение замерла, глядя на протянутую ладонь. В груди что‑то ёкнуло: ей показалось, что он намеренно надел перчатку — не желал прикасаться к ней голой кожей. Это задело её сильнее, чем она ожидала, оставив в душе неприятный осадок.
— Спасибо, я сама, — тихо ответила она и поднялась, намеренно игнорируя его жест.
Скорпион лишь усмехнулся — коротко, почти незаметно, — и отвернулся, направляясь к глиссеру.
— Вы придёте на консультацию? — осторожно спросила Эля, стараясь, чтобы голос звучал ровно. В глубине души она надеялась, что он передумает, что вот‑вот прозвучит какое‑то иное, более тёплое слово.
— Нет, — последовал чёткий, резкий ответ.
Он жестом пригласил её в глиссер. Эля молча подчинилась. Обратную дорогу они провели в полном молчании. Её взгляд невольно скользнул к Скорпиону. Он сидел за управлением, сосредоточенный, неприступный, словно высеченный из камня. Его профиль чётко вырисовывался в свете приборов — резкие скулы, жёсткая линия подбородка, плотно сжатые губы.
«Что я сделала не так? — пронеслось в голове. — Он ведь сам просил без протоколов… Может, я опять сорвалась на профессиональный тон? Опять попыталась выстроить дистанцию через вопросы, которые больше похожи на тесты? Или он решил, что я слишком быстро переключилась на другого?
Она вспомнила его слова:
«Я просто хочу поговорить. Узнать о вас».
И поняла, что своим
«очевидно, ваши интересы лежат вне…»
невольно подтвердила его худшие ожидания. Будто поставила диагноз вместо того, чтобы просто ответить.
Глиссер набирал скорость, устремляясь к огням станции. Молчание между ними стало ощутимым — не уютным, как раньше, а колючим, наполненным недосказанностью и взаимным непониманием.
Скорпион, не оборачиваясь, бросил через плечо:
— Мы почти на месте.