Страница 116 из 124
Командор молчал, не сводя с неё взгляда. Затем медленно поднял руку и выключил голографический экран. В кабинете стало чуть темнее, и тени легли на его лицо, подчёркивая жёсткие линии скул.
— А кто‑то обещал мне поездку на Землю, — усмехнулась Эля. Её улыбка вышла горькой, почти издевательской.
Викс сел прямее, сложил пальцы в замок.
— Увы… — развёл он руками в стороны. — Я блефовал. Мне нужно было, чтобы вы рьяно и со всей отдачей выполнили задание. У вас должен был быть стимул.
Эля усмехнулась, покачав головой. Она откинулась на спинку стула, на мгновение закрыла глаза, затем снова посмотрела на командора.
— Вы манипулятор и жестоки.
— Не делайте из меня монстра, — спокойно ответил Викс. Он слегка наклонился вперёд, его голос стал тише, почти доверительным. — В первую очередь я забочусь о станции и обо всех, кто здесь живёт и кто в будущем собирается здесь жить. Я предотвратил мятеж, участвовал в войнах, получил «Орион‑11» в командование и сделал из него мирную и достойную для проживания станцию во всей галактике. Не стану от вас скрывать, Эля, и повторюсь: вопреки всему вы мне симпатичны. Я планирую и дальше, где бы вы ни жили, иметь с вами профессиональный контакт. Может, как я и говорил, мы создадим на станции центр психологической поддержки — ваш проект. С отдельным штатом, бюджетом… и без моего ежедневного надзора.
Эля ощутила, как последние краски жизни будто потускнели. Она сжала край стола, костяшки побелели.
— Думаю, что вы создадите центр с другими коллегами, — приглушённо ответила она, вызвав усмешку командора. — Скажите честно: зачем вам Скорпион? И почему вы отстраняете меня от него, когда я могла бы помочь? В чём ваши мотивы? Почему просто не отошлёте его со станции?
Викс помолчал, словно выстраивая в уме цепочку аргументов. Затем произнёс размеренно:
— Мотивы Скорпиона и мои собственные в данном случае совпадают. Ему нужен Хантер — как объект мести за погибшего брата. Мне же необходимо устранить контрабандиста, чьи преступные схемы подрывают безопасность станции. В руках Хантера — десять ящиков кристаллитов: именно из‑за них произошла трагедия в семье Скорпиона. Эти ресурсы критически важны для меня: на них я смогу закупить военные корабли и разработать защитный щит для «Ориона‑11». Я предлагаю Скорпиону законный путь восстановления чести — поймать Хантера, ликвидировать его группировки и передать кристаллиты станции. Что касается вас, доктор Миранова… Я принимаю решение не применять к вам дисциплинарных мер. Вместо этого предоставляю возможность начать новую жизнь на Эверии. Лайнер отправляется через три часа. Ваше местонахождение останется конфиденциальным для всех. Никто не будет знать куда вы улетели, это я вам гарантирую.
Эля была готова разрыдаться, но сжала зубы, подняла подбородок и посмотрела прямо на Викса. В её взгляде читалась смесь боли и упрямой решимости.
— Это не свобода, — прошептала она.
— Но ведь лучше, чем станция? И никакой слежки. Я вас обманул, пообещав вернуть на Землю, и исправляю ошибку, но отпустив на другую планету.
— Почему вы не хотите, чтобы я поговорила со Скорпионом? — в её голосе прозвучала отчаянная мольба.
— Потому что вы его смягчите, — жёстко ответил Викс. — А мне он нужен полностью сосредоточенным на цели миссии и испытывающим агрессию. Эта ярость — его топливо. Без неё он не пойдёт до конца. Скорпион, движимый жаждой мести за брата, станет идеальным исполнителем моих планов. Вы только будете мешать, Эля, поэтому и отправляю вас.
Она опустила голову, пытаясь осознать услышанное. В груди клубилась смесь боли, гнева и горечи.
«Значит, всё это время я была лишь инструментом,
— пронеслось в голове. —
А Скорпион… Он станет оружием в руках командора».
— Я вам нужна живой, чтобы манипулировать Скорпионом, — прошептала она. Её голос дрожал, но в нём звучала горькая ясность. Она медленно подняла взгляд на Викса, и в её глазах читалась смесь презрения и отчаяния. — Вы всё просчитали заранее. Нейра, слежка, мои эмоции… Я была пешкой с самого начала.
Викс слегка поморщился, будто от неприятного привкуса во рту. Он откинулся на спинку кресла, провёл ладонью по лицу, словно стирая маску непреклонности. Впервые за весь разговор в его взгляде промелькнуло что‑то человеческое — не сочувствие, но хотя бы понимание глубины нанесённой раны.
— Не совсем так, — произнёс он тише, чем раньше. — Вы были не пешкой, а инструментом. Тонким, точным, незаменимым. И вы действительно добились того, чего не смог бы добиться никто другой. Но теперь ситуация вышла на новый уровень. Мы больше не можем позволить себе сантименты.
Эля горько усмехнулась, глядя в спину поднявшемуся из‑за стола командора. Он стоял у иллюминатора — прямой, непреклонный. Она не могла прочесть его мыслей, но догадывалась.
Викс видел в Скорпионе лишь оружие. Месть за брата должна была стать рычагом — направить ярость против Хантера. А она была инструментом: завоевать доверие, выведать тайны. Но она помогла Скорпиону обрести контроль. И тогда Викс отстранил её. Смягчённый, обученный, ксикорианец больше не подходил для его планов. Он стал бы союзником, а не подконтрольным ресурсом.
И какие ещё планы вынашивает командор в отношении Скорпиона?
Мысли вихрем крутились в голове Эли. Викс не остановится на мести. Скорпион слишком ценен. Что дальше? Испытания? Принудительные тренировки контроля энергии под надзором Службы Безопасности? Викс захочет закрепить контроль: нейромодуляторы для подавления воли. Эля представила Скорпиона в герметичной камере, подключённого к энергоконтурам «Ориона‑11», — и внутри всё сжалось. Нет. Нельзя допустить, чтобы его превратили в батарею. Сделали живым генератором. Он — личность, а не ресурс.
— Он ведь может погибнуть, — прошептала Эля. Пальцы снова сжались в кулаки, ногти впились в ладони, но боль не заглушала того, что творилось внутри. Её губы слегка подрагивали, а глаза наполнились слезами, которые она изо всех сил сдерживала.
— Его имя и честь будут очищены в любом случае, — холодно ответил Викс. Он по‑прежнему стоял спиной к ней, но слегка повернул голову — профиль с резкими чертами выглядел как высеченный из камня. — Но этот разговор состоится уже между мной и Скарионом Морвином из клана Ледяного Скорпиона.
Эля вздрогнула, будто её ударили под дых. Звук настоящего имени Скорпиона прозвучал в кабинете командора как приговор. В голове пронеслось:
«Он не простит меня. Никогда не простит…».