Страница 104 из 124
— Иди к чёрту! — Эля схватила подушку и швырнула в него. — Первая терапия будет прямо сейчас. Ложись! — скомандовала она, указывая пальцем на кровать.
Скорпион насмешливо на неё взглянул:
— Интересный метод.
— Тебе понравится, — нахмурилась Эля, внимательно наблюдая за его татуировкой. Голубоватые всполохи на коже слегка пульсировали, выдавая внутреннее напряжение.
Эля устроилась на краю кровати, скрестив ноги. Скорпион растянулся рядом.
— Начнём с простого упражнения, — мягко произнесла она, стараясь говорить так, чтобы голос звучал успокаивающе. — Закройте глаза и сосредоточьтесь на дыхании. Вдыхайте медленно, считая до четырёх…
Скорпион усмехнулся, не торопясь выполнять указание. Его взгляд скользил по её лицу — от бровей к губам, затем к кончикам волос, выбившихся из причёски.
— Доктор Миранова, — протянул он с лёгкой насмешкой, — ты правда веришь, что пара глубоких вдохов решит мои проблемы? Я не какой‑нибудь впечатлительный подросток, который успокаивается, считая овечек.
— Это не про овечек, — терпеливо ответила Эля, не поддаваясь на провокацию. — Это про осознанность. Про умение замечать своё состояние до того, как оно выйдет из‑под контроля. Пожалуйста, попробуйте.
Он посмотрел на неё уже без насмешки и внимательно изучал её лицо:
— Ты снова на «вы» со мной. Раньше было «ты». Что изменилось?
Эля на секунду замешкалась, слегка смутившись. Она поправила прядь волос и ответила чуть более сдержанно:
— Границы, Скорпион. Когда мы работаем над контролем силы, важно сохранять профессиональный подход. Это помогает сосредоточиться на задаче.
— Профессиональный подход, значит, — повторил он задумчиво. В его голосе больше не было насмешки, только искренний интерес. — Но разве доверие не важнее формальности? Мы же договорились — без масок.
Эля помолчала, взвешивая слова. Затем мягко улыбнулась:
— Доверие важно. И мы будем его строить. Но иногда формальности помогают нам не потерять фокус. Давай… простите,
давайте
продолжим. Сосредоточимся на дыхании.
Он вздохнул, демонстративно закатил глаза, но всё же закрыл их и сделал медленный вдох. Его грудь мерно поднялась и опустилась. Эля внимательно наблюдала: татуировка на предплечье чуть заметно мерцала, но не вспыхивала тревожно, как бывало раньше.
— Теперь обратите внимание на ощущения в теле, — продолжила она тем же мягким тоном. — Где вы чувствуете напряжение?
— Везде.
Эля хотела было продолжить инструкцию, но вдруг заметила, что его рука незаметно скользнула и едва ощутимо коснулась её запястья. Лёгкое, почти невесомое поглаживание — будто случайное, но слишком целенаправленное, чтобы быть таковым.
Она на мгновение замерла, но постаралась не подавать виду. Её пульс чуть ускорился, но голос остался ровным:
— Представьте, что с каждым выдохом это давление ослабевает. Вы отпускаете его, оно рассеивается, как дым. Сосредоточьтесь на тепле в ладонях…
Скорпион приоткрыл один глаз, бросил на неё жгучий взгляд — тёмный, глубокий, почти обжигающий. Уголок его рта дрогнул в полуулыбке.
— Тепло в ладонях, значит? — тихо переспросил он, и его пальцы снова скользнули по её запястью на этот раз чуть дольше, ощутимее. — А если я чувствую тепло не в ладонях, а… в другом месте?
Эля почувствовала, как к щекам прилила кровь, но заставила себя сохранить спокойствие. Она мягко, но твёрдо отвела руку, не отрывая взгляда от его лица.
— Мы здесь не для флирта, Скорпион, — сказала она спокойно, но с намёком на строгость. — Мы здесь, чтобы научиться контролировать вашу
лирран
. Если вы не готовы относиться к этому серьёзно, мы можем закончить сеанс прямо сейчас.
Скорпион кивнул, снова закрыл глаза и сделал глубокий вдох на этот раз более осознанно. Эля отметила, что татуировка на его руке перестала мерцать, а дыхание стало ровнее. Она улыбнулась про себя: прогресс был, пусть и небольшой. Но главное — он начал сотрудничать. И Эля дала себе слово, что испробует все возможные методы. Но не даст ему улететь на астероид и там взорваться. От этой мысли она невольно вздрогнула, пальцы слегка задрожали.
— Что с тобой? — он смотрел на неё долго и пристально, словно видел насквозь. В его взгляде читалась неподдельная тревога. — Ты побледнела.
Эля опустила глаза, слегка смутившись и пыталась собраться с мыслями.
— Всё в порядке, — тихо ответила она. — Просто… просто подумала о том, что может произойти, если мы не найдём способ.
Скорпион помолчал, изучая её лицо — каждую черту, лёгкую тень под глазами, изгиб губ, трепет ресниц. Затем чуть наклонился вперёд, и в его голосе прозвучала непривычная мягкость:
— Ты правда хочешь помочь? По‑настоящему? Не из чувства долга, не потому, что ты психолог, а просто… потому что хочешь?
— Да, — твёрдо сказала Эля, поднимая взгляд и встречаясь с ним глазами. — Правда хочу.
Скорпион сел чуть ближе. В воздухе повисло напряжение — не угрожающее, а иное: трепетное, почти осязаемое, словно пространство между ними наэлектризовалось. Они сидели так близко, что ощущали дыхание друг друга — прерывистое, неровное. Скорпион словно балансировал на грани дозволенного, но не предпринял попытки приблизиться ближе, будто боялся спугнуть этот миг.
Его рука поднялась сама собой — пальцы едва касались её волос, осторожно, почти благоговейно провели вдоль пряди, будто запоминая текстуру, мягкость, изгиб линии. Эля замерла, чувствуя, как по спине пробежала волна тепла от этого лёгкого прикосновения. Она не отстранилась, лишь подняла глаза, встретившись с его взглядом.
В нём читалось столько всего: притяжение, желание, тоска… и глубокая, почти физическая боль. Взгляд Скорпиона скользил по её лицу — по линии бровей, по скулам, по губам — и в каждом движении глаз было столько жажды, что у Эли перехватило дыхание. Он словно пожирал её глазами, но при этом сдерживал себя с титаническим усилием.
Пальцы Скорпиона скользнули ниже — очертили линию скулы, едва ощутимо провели по контуру губ. Каждое движение было медленным, осторожным, словно он боялся, что любое резкое действие разрушит этот хрупкий момент.
— Меня тянет к тебе, — хрипло произнёс он, но голос его звучал непривычно мягко, без привычной жёсткости. — Так сильно, что это почти больно. Но я не могу… не имею права позволить себе быть с тобой. Если я позволю себе это, — произнёс он глухо, — я уже не смогу остановиться. Я буду хотеть всё больше. Тебя всю. Каждую секунду. Каждый вздох. Каждый взгляд.