Страница 33 из 48
ГЛАВА 18. Подписи
Проснулась оттого, что кто-то дышал мне в затылок. Милана. Сестра спала, свернувшись калачиком, и её дыхание было ровным, спокойным. Я осторожно выскользнула из-под одеяла, натянула свитер и вышла на крыльцо. Небо на востоке только начинало светлеть, но птицы уже проснулись и заливались в кустах.
Айвар сидел на ступеньках, опершись локтями на колени, и смотрел на реку. Услышав шаги, обернулся.
— Тоже не спится?
— Привыкла рано вставать, — ответила, садясь рядом. — В сыске так было: подъём в шесть, и бегом по делам. А потом в тюрьме… там вообще свет включали в пять.
— Я думал, ты спишь спокойно.
— Сплю. Но недолго. Слишком много мыслей.
— О чём?
— О том, как Анна будет выглядеть в суде. И сторож. И Елена. Они все напуганы, и я их понимаю. Граф не тот человек, против которого идут с чистыми руками. У него везде люди.
— У нас тоже есть люди, — заметил Айвар.
— Ветрова и Матвей? Они хорошие, но их мало.
— Северцев обещал поддержку. И советник Корф, между прочим, теперь на нашей стороне. Ему выгодно, чтобы граф споткнулся.
Я повернулась к нему.
— Ты думаешь, Корф искренен?
— Не знаю. Политики редко бывают искренни. Но сейчас наши интересы совпадают.
— А если после суда он предаст нас?
— Тогда будем решать проблемы по мере поступления. Сначала нужно выиграть этот бой.
Я понимала, что он прав, но тревога не уходила.
— Ты уже решил, как мы будем строить защиту? — спросила.
— Ветрова подготовила список свидетелей. Мы выстроим их в порядке нарастания значимости: сначала сторож, потом Анна, потом Елена и Милана, и в конце — призраки. Судья должен увидеть, что показания подтверждаются друг другом.
— А если он не захочет слушать мёртвых?
— Тогда мы обратимся к прессе. Корф обещал, что журналисты будут на процессе.
— Это уже шантаж.
— Это политика, — усмехнулся Айвар. — Граф пользовался ей годами. Теперь настала наша очередь.
В словах Айвара была своя логика, но я всё равно чувствовала себя не в своей тарелке. Я привыкла работать с призраками, а не с живыми свидетелями. Но выбора не было.
— Ладно, — согласилась. — Сегодня едем к Анне и сторожу. Нужно, чтобы они подписали заявления.
— Я уже договорился. Анна ждёт нас к десяти.
— А сторож?
— Он всегда на месте. У него смена до вечера.
За Костёркой разгорался рассвет.
— Айвар.
— М?
— Спасибо.
— За что?
— За то, что ты всё продумываешь. Я бы запуталась в этих бумагах и сроках.
— У тебя другая задача, — ответил он. — Ты должна вдохновлять свидетелей на смелость. Это сложнее, чем заполнять протоколы.
— Ты думаешь, я смогу?
— Ты уже смогла. Уговорила Анну, уговорила сторожа, уговорила Елену. Милана вообще за тобой как за стеной. Так что не сомневайся.
Он взял меня за руку, и мы сидели так до тех пор, пока из дома не вышла Милана.
— Кофе будет? — спросила она, зевая.
— Сейчас, — ответила я. — Разбуди Елену.
---
Анна ждала нас в той же маленькой комнате, заставленной стеллажами. На ней было то же серое платье, те же очки. Но в глазах появилось что-то новое — решимость, перемешанная со страхом. Я села напротив, Айвар остался стоять у двери.
— Вы принесли бумаги? — спросила Анна.
— Да, — достала из сумки папку, протянула ей. — Это заявление. В нём вы описываете то, что видели в пансионате. Имена, даты, методы работы. Если что-то забыли, можно добавить.
— Я ничего не забыла, — Анна пробежала глазами по листам. — Здесь всё правильно.
— Тогда подписывайте.
Анна взяла ручку, но замерла.
— А если он узнает, что я подписала?
— Мы не будем афишировать ваше имя до начала процесса. И на время суда предоставим охрану.
— Охрану? — Анна усмехнулась. — Его люди убирают охрану, как щенков.
— Тогда вы будете жить в другом месте, — сказал Айвар. — У нас есть возможность спрятать и вас.
— Где?
— В морге, — ответила Лера. — Там нас никто не найдёт.
Анна подняла бровь.
— В морге?
— Там уже живут две свидетельницы. Милана и Елена. С ними вы будете в безопасности.
Анна помолчала, потом решительно поставила подпись.
— Хорошо, — сказала она. — Я поеду с вами. Но если я увижу, что он где-то рядом, я сразу уйду.
— Договорились.
---
Сторож не стал спорить. Он прочитал заявление, которое принёс Айвар, и без лишних слов поставил крестик — писать он разучился, руки тряслись.
— Я ничего не боюсь, — сказал он, возвращая бумаги. — Мне уже всё равно.
— Спасибо, — ответил Айвар.
— Не за что. Только вы уж доведите дело до конца.
— Доведём.
---
Они вернулись в морг к обеду. Милана и Елена сидели за столом, пили чай с пирогами, которые принесла Серафима. Призраки в последнее время почти не высовывались — боялись спугнуть гостей.
— Как всё прошло? — спросила Милана, увидев Леру.
— Подписали, — ответила та. — Анна поедет с нами. Я обещала ей место в морге.
— А спать где? — спросила Елена. — У нас и так тесно.
— На диване. Или на полу. Все мы как-то уместимся.
— Я могу вернуться в архив, — тихо сказала Милана. — Я не хочу быть обузой.
— Ты не обуза, — твёрдо ответила я. — Ты свидетельница. И ты нужна.
Милана хотела возразить, но Елена взяла её за руку.
— Оставайся, — сказала она. — Вместе веселее.
— Вместе страшнее, — поправила Милана, но кивнула.
---
Вечером я сидела на крыльце одна. Айвар ушёл в сыск согласовывать последние детали с Северцевым. Милана и Елена мыли посуду. Серафима парила под потолком, делая вид, что наблюдает за порядком.
— Серафима.
— Чего?
— Ты не думаешь, что мы торопимся?
— В каком смысле?
— В том, что мы могли бы подождать. Собрать больше улик. Найти ещё свидетелей.
— А сколько можно ждать? — ответила Серафима. — Граф не дремлет. Чем дольше вы тянете, тем больше у него времени подготовиться.
— Я знаю.
— Тогда не ной. Делай своё дело.
— Ты права.
— Я всегда права, — сказала Серафима и исчезла.
Я осталась одна. Звёзды мерцали в вышине, и я вновь думала о том, что завтра начнётся новый день. И, возможно, последний рывок.
---