Страница 13 из 204
— Ксандер сообщал, — говорю я. — Много раз. Но ничего из этого не вышло. Они говорят, что это не подпадает под определение преследования или что-то в этом роде.
Келлер обводит взглядом всю спальню, затем возвращается ко мне.
— И с тех пор, как она пропала, никаких снимков не появлялось?
— Никаких.
— Интересно.
Я киваю, хотя слово «интересно» — не самое подходящее.
— Есть еще кое-что. — Мне кажется, мы уже слишком углубились в детали, но было бы упущением не упомянуть об этом. — Несколько месяцев назад у одного из наших рекламных партнеров возникли проблемы из-за того, что он поставлял токсичную продукцию. Компания по производству энергетических коктейлей. Что-то в протеиновом порошке вызывало у людей отравление.
— Насколько серьезное?
— Очень серьезное. — Опуская голову, я объясняю, что десятки потребителей попали в больницу с отравлением токсинами. И хотя мы понятия не имели, что рекламируем вредный продукт, люди все равно винили нас. — Мы же подкастеры о выживании, понимаете? Нам пришлось приносить публичные извинения, искать новых рекламных партнеров. Было довольно мерзко.
— То есть вы хотите сказать… — Келлер шумно вздыхает. — То есть вы хотите сказать, что на вас могут злиться десятки людей?
— Мы думаем, худшее уже позади, но… да. — Я нервно сглатываю. — Или больше.
Цокая зубами, не сводя с меня взгляда, Келлер достает рацию с пояса.
— А нарколепсия? Были какие-нибудь тревожные проявления в последнее время?
— Насколько нам известно, нет, — говорю я. — Но это может быть довольно непредсказуемо, если плохо контролировать. Она никогда не нарушает свой режим. Только если что-то не так.
— Хорошо. — Келлер обменивается взглядом с Прайсом. — На данный момент этого достаточно. Я вызываю бригаду для осмотра места происшествия.
— Подождите. — Мэллори отталкивается от стены. — Правда? Вы воспринимаете это всерьез? Вы действительно думаете, что с ними что-то случилось?
— Мы никогда не переставали воспринимать это всерьез. — Келлер уже уходит. Через плечо она говорит: — Поднимайтесь наверх. У меня будет к вам еще пара вопросов чуть позже.
* * *
Мы с Мэллори сидим бок о бок на зеленом диване из микрозамши наверху и ждем, когда начнется наш личный выпуск «C.S.I.: Место преступления».
— Это плохо, — повторяет Мэллори, раскачиваясь на месте. — Это плохо.
Я согласен. Это плохо.
— Надо было сразу вызвать копов.
Мэллори выпрямляется, услышав, как Келлер и Прайс поднимаются по лестнице. Они рассаживаются по обе стороны от кофейного столика и без лишних церемоний вводят нас в курс дела: они объявят план перехвата, отследят кредитные карты, пробьют мобильные телефоны. Команда будет опрашивать соседей. Обработка дома займет от нескольких часов до нескольких дней, в зависимости от того, какие улики они найдут.
Я смотрю на камин, облицованный плиткой в стиле Батчелдера, который Джой по ошибке назвала «холостяцким», пока Ксандер не поправил ее своим певучим голосом. Все это происходит слишком по-настоящему. Мне хочется заткнуть уши. Я хочу, чтобы это прекратилось.
Келлер кашляет в сгиб локтя, захлебываясь мокротой. Ее янтарные глаза изучают нас, прежде чем она тянется к телефону.
— Я уделила минутку, чтобы проверить их соцсети, пока была внизу.
Она показывает нам экран. На фото Джой, с широкой улыбкой и копной каштановых волос, с ямочками на щеках, уютно устроилась на этом самом диване в обнимку с златовласым Ксандером. Застигнутые в середине шутки, они выглядят как модели, позирующие для рекламы мебели.
— Это хорошее их фото?
Мое сердце сжимается, когда я киваю.
Через час приезжают криминалисты в перчатках и бахилах, в шапочках и комбинезонах. Они снимают мои отпечатки пальцев. Они снимают отпечатки пальцев Мэллори. Голова раскалывается, как сигнальная ракета на обочине, перед глазами мелькают точки. Я понимаю, что ничего не ел весь день. Я хочу уйти и в то же время остаться, но не могу остаться, потому что дом теперь считается потенциальным местом преступления, а я не могу уйти, не сделав одну вещь.
— Я оставил сумку в кабинете, — говорю я, когда приходит время уходить.
Келлер велит Прайсу проводить меня, но я спускаюсь вниз раньше, чем он успевает встать с кресла. Из ванной Джой доносятся звуки — там работают по меньшей мере двое из технической команды. У меня учащается пульс, пока я быстро собираю все необходимое в комнате звукозаписи. К тому времени, как ко мне присоединяется Прайс, я уже поглаживаю блестящий утиный хвостик Фонзи на удачу.
— Откуда я знаю этого парня? — спрашивает он.
Я поворачиваюсь к нему, сердце все еще колотится от адреналина. Вопрос довольно невинный, но по какой-то причине я не могу заставить себя ответить.
Прежде чем мы с Мэллори берем собак за поводки, я задаю Келлер последний вопрос.
— Мне стоит сделать объявление? В подкасте? На случай, если у наших слушателей есть какая-то информация?
— Я не могу вам запретить, но не рекомендовала бы. — Келлер для убедительности качает головой.
Я благодарю ее и обещаю быть на связи.
На улице уже темно, когда мы с Мэллори выходим на дорогу. В самом абстрактном смысле я осознавал, что свет за окнами менялся, но это все равно ощущается как предательство. Мир не должен вращаться вокруг своей дурацкой оси, будто ничего не изменилось. Моя голова раскалывается, пока мы запускаем собак в заднюю часть джипа Мэллори. Они возбуждены; думают, что отправляются в приключение. Я сажусь на пассажирское сиденье и жду, пока Мэллори сядет. Она пристегивается, поправляет зеркала. В джипе тихо, только собаки тяжело дышат сзади, и я уже собираюсь спросить, почему мы не едем, когда она со всей силы бьет ладонями по рулю.
— Бляяять.
Я выдыхаю весь воздух из легких.
— Я знаю.
В конце концов, она заводит машину. Прежде чем включить передачу, она поворачивается ко мне.
— Что это?
Я смотрю на сумку, которую держу на коленях.
— Просто мои вещи, — вру я.
Джой Мур
ОТРЫВОК ИЗ БЕЗЫМЯННЫХ СОВМЕСТНЫХ МЕМУАРОВ С БЕННИ ЭББОТТОМ
Двенадцать лет назад