Страница 27 из 112
— Где бы вы ни были?
— Да.
— И прибежите спасать ненужную истинную?
Слово ударило его.
Я увидела это.
Рейнар провел пальцами по краю прилавка.
— Я никогда не называл тебя ненужной.
— Вы назвали нашу связь ошибкой перед всем двором.
— Это было не одно и то же.
— Для женщины у алтаря разницы не было.
Он хотел возразить, но не нашел слов.
Я взяла кольцо и протянула ему.
— Заберите.
— Оставь.
— Мне не нужен поводок.
— Это не поводок.
— Тогда что?
— Возможность позвать на помощь.
— У меня есть дверь.
— Лиана.
— У меня есть голос.
— Ты можешь потерять сознание раньше, чем успеешь воспользоваться ими.
Я посмотрела на перстень.
Практичная часть меня советовала оставить.
Гордая требовала выбросить вслед за ним.
Я положила кольцо в маленький ящик у весов.
— Только для угрозы жизни.
— Она уже существует.
— Для немедленной угрозы.
Рейнар кивнул.
Это был первый приказ, который он не попытался оспорить.
— Я пришлю лекаря, — сказал он.
— Нет.
— Не из Ордена.
— Все равно нет.
— Тогда хотя бы охрану.
— Нет.
— Ты отказываешься от всего только потому, что это предлагаю я?
— Я отказываюсь от всего, что возвращает вам власть надо мной.
Он долго смотрел на меня.
Потом взял мокрый плащ.
— Я не хотел власти.
— У вас странный способ это показывать.
— Если линия поднимется…
— Я знаю.
Он застегнул плащ и направился к двери.
У самого порога остановился.
— Лекарство, которое ты дала мне, не вылечило приступ.
— Я заметила.
— Оно только отложило следующий.
— Насколько?
— Не знаю.
— Значит, мы оба ищем один рецепт.
Рейнар посмотрел на темные полки.
— Морвейны называли его освобождающим составом.
— Что он делал?
— Возвращал истинной право выбора.
У меня перехватило дыхание.
Не разрывал любовь.
Не восстанавливал привязь.
Возвращал выбор.
— Вот его я и найду, — сказала я.
— Если он еще существует.
— Существует. Иначе вы бы так его не боялись.
Серебро в его глазах стало холоднее.
— Не я.
— А кто?
— Все драконьи дома.
Он вышел.
Дверь закрылась.
Я стояла посреди аптеки и слушала, как его шаги удаляются по мокрой мостовой.
Только когда они стихли, дверь рабочей комнаты приоткрылась.
В щели появился глаз.
— Он ушел? — спросил Март.
— Нет. Превратился в шкаф.
Мальчишка открыл дверь шире.
— Правда?
— Нет.
Он вышел, волоча за собой одеяло.
— Я почти ничего не слышал.
— Значит, дверь нужно чинить. Через нее слишком хорошо подслушивать.
Март сел на нижнюю ступеньку.
Без обычной наглости.
Без улыбки.
— Вы умрете?
Вопрос прозвучал тихо.
Я посмотрела на его худые колени, торчащие из коротких штанов, на пальцы, вцепившиеся в край одеяла.
Можно было соврать.
Сказать, что ничего страшного. Что взрослые всегда знают, как справиться. Что аптекари не умирают от собственных болезней.
Но дети, которые живут на улице, чувствуют ложь лучше магии.
— Не сегодня, — ответила я.
— А завтра?
— Тоже не планирую.
— А через несколько дней?
Я села напротив него.
— За несколько дней можно найти очень многое. Рецепт. Помощь. Способ обмануть смерть.
— Вы уже один раз ее обманули?
— Похоже.
— Тогда второй будет легче.
— Обычно она учится на ошибках.
Март нахмурился.
— Значит, надо обмануть по-другому.
— Разумная мысль.
Он помолчал.
— Если вы умрете, аптека закроется?
— Март.
— Я просто спрашиваю.
— Не знаю.
— А Сажа?
Кот сидел на прилавке и слушал с видом существа, которому смерть хозяйки доставит только бытовые неудобства.
— Сажа прекрасно проживет без нас обоих.
Фамильяр медленно повернул голову и уставился на меня.
— Наверное.
Он спрыгнул, подошел и сел на край моей юбки.
Март кивнул.
— Не проживет.
— Ладно. Тогда придется жить.
— Вот.
Будто все было так просто.
Я встала и потянулась за тряпкой.
— Иди спать.
— А вы?
— Мне надо привести в порядок кассу.
— Сейчас ночь.
— Касса об этом не знает.
— Я могу помочь.
— Ты только что засыпал стоя.
— Не засыпал.
Он широко зевнул.
— В кладовую.
— А если дракон вернется?
— Скажу, что ты занят.
— Чем?
— Сном.
Март ушел, на этот раз не споря.
Я заперла дверь, погасила лишние лампы и подошла к кассовому ящику.
Три монеты лежали в углублениях и светились мягким зеленым светом.
Первая — от Ораны.
Вторая — от старика.
Третья — от Рейнара.
Три человека, которые сегодня могли потерять больше, чем деньги.
Ден получил возможность вырасти.
Старик — сохранить руку.
Рейнар — удержать пламя.
А я — тридцать дней жизни для аптеки.
Я провела пальцем по третьей чаше.
— Второй шанс, — сказала я.
Слова прозвучали тихо.
Дом услышал.
Где-то снаружи скрипнула вывеска.
Я подошла к окну.
Под старым названием «Аптека Морвейнов» пустая строка начала светиться. Буквы появлялись одна за другой, будто невидимая рука выводила их зеленым огнем.
«Второй шанс».
Я смотрела на новое имя и чувствовала, как внутри что-то медленно встает на место.
Аптека второго шанса.
Для больных.
Для дома.
Для Лианы, которой не позволили прожить собственную жизнь.
И, может быть, для меня.
— Оставляем, — сказала я.
Вывеска вспыхнула ярче.
Сажа тихо мурлыкнул.
Утром меня разбудил грохот.
Я вскочила, запуталась в одеяле и едва не упала с кровати. Серебряный ожог вспыхнул болью, но линия осталась ниже локтя.
Пока.
Снизу донесся голос Марта:
— Я не трогал!
Следом раздался женский крик:
— Конечно! Это полки сами решили меня убить!
Я накинула платье, кое-как собрала волосы и сбежала по лестнице.
Посреди торгового зала стояла незнакомая девушка.