Страница 19 из 112
— Это не имеет значения.
Запах миндаля стал густым.
— Тогда покажите.
— Леди Морвейн…
— Покажите дату.
Капитан Роэн сделал шаг от стены.
— Она имеет право видеть долговые бумаги на свое имущество.
Дамиан посмотрел на него.
— Ваша преданность процедуре достойна восхищения, капитан.
— Она позволяет мне спать по ночам.
— Редкий дар.
Магистр повернул папку ко мне.
Сверху лежал долговой лист с длинным перечнем сумм. Внизу стояла печать Ордена.
И дата.
Вчерашний день.
Я перечитала.
Потом еще раз.
Долги были выкуплены утром.
Обряд разрыва начался после полудня.
Я попросила аптеку уже в зале.
— Вы купили долги до того, как имущество перешло ко мне.
— Мы знали, что вопрос наследства скоро будет решен.
— Кто вам сказал, что я попрошу аптеку?
— Родовое имущество должно было перейти последней Морвейн.
— Меня собирались отправить в обитель.
— Решения иногда меняются.
Ложь.
Он знал.
Знал не только о разрыве. Знал, что я выберу аптеку. Возможно, знал, что дом меня примет.
В зеркале Лиана написала: «Меня убили не ради него. Ради тебя».
Я посмотрела на Дамиана.
Он ждал.
Спокойно. Терпеливо.
Как человек, который поставил ловушку заранее и теперь наблюдает, заметит ли ее зверь.
— Вы не предлагаете помощь, — сказала я. — Вы предлагаете выкупить у меня право дышать.
— Я предлагаю сотрудничество.
— Подчинение.
— Защиту.
— Клетку.
— Клетка отличается от могилы тем, что из нее иногда выходят.
Капитан нахмурился.
— Это угроза?
Дамиан улыбнулся.
— Наблюдение.
Я закрыла папку.
— Я не стану вашим лекарем.
— Подумайте.
— Уже.
— Вы не знаете законов, мира, магии собственного тела. У вас нет денег, союзников и права продавать даже простейшую настойку. Вы едва пережили вчерашнюю ночь.
— Но пережила.
— Это делает вас интересной. Не неуязвимой.
— А вас интересует моя аптека или я?
В его глазах мелькнул свет.
— Наконец правильный вопрос.
По коже прошел холод.
— Ответ?
— Пока не уверен.
Он коснулся пальцами серебряной печати разрешения.
— Примите предложение. Один год под защитой Ордена. За это время вы выплатите часть долга, изучите правила, научитесь пользоваться даром.
— Откуда вы знаете о моем даре?
Тишина.
Короткая.
Но достаточная.
Дамиан убрал руку от печати.
— Род Морвейн славился аптечным зрением.
— Род почти уничтожен.
— Именно поэтому его знания нельзя снова потерять.
— Или оставить не под вашим контролем.
Он не стал спорить.
Честность оказалась страшнее лжи.
— Я не отдам вам рецепты, — сказала я.
— Те, что вы уже нашли?
Сердце ударило сильнее.
Он заметил.
И улыбнулся.
— Значит, нашли.
Я мысленно выругалась.
— В аптеке полно книг.
— Не все книги открываются каждому.
— Как и не все двери.
— Дом показал вам зеркало?
Я застыла.
Капитан Роэн ничего не понял.
А Дамиан понял все по моему лицу.
— Что вы знаете о зеркале?
— Достаточно, чтобы советовать вам не верить каждому отражению.
— Там была Лиана.
— Вы и есть Лиана.
— Вы прекрасно понимаете, о чем я.
Его взгляд стал острым.
На мгновение из приятного лекаря выглянул другой человек.
Тот, кто знал, что мертвые могут говорить.
Тот, кто не удивился новой душе в чужом теле.
— Спросите ее, почему род Морвейн исчез, — сказал он. — Спросите, кто первым решил, что истинная связь должна принадлежать тем, кто умеет ею управлять.
— Вы?
— Я был ребенком.
Запаха лжи не было.
— Тогда кто?
— Примите печать, и я расскажу.
— Нет.
— Упрямая.
— Живая.
Он тихо рассмеялся.
— Теперь понимаю, почему дом выбрал вас.
— Дом выбрал кровь Морвейнов.
— Нет.
Одно слово.
Без лжи.
Без запаха.
От него мне стало холоднее, чем от всех угроз.
— Что значит «нет»?
Дамиан закрыл футляр с разрешением.
— Значит, наш разговор окончен.
— Вы не ответили.
— Вы тоже.
Он убрал печать в карман.
— Инспектор проводит вас обратно. До полуночи аптека остается под временным запретом торговли.
— А после?
— После вы либо возвращаетесь сюда и принимаете мое предложение, либо запускается взыскание.
— Я оспорю долг.
— Для подачи жалобы нужен залог в пятьдесят серебряных крон.
У меня в кошеле лежало несколько жалких монет.
— А если потребую открытого суда?
— Первый свободный день через два месяца. Взыскание состоится завтра.
— Как удобно выстроена система.
— Я не строил ее.
Запах миндаля.
Еще одна ложь.
Может, не всю систему.
Но эту ловушку точно.
Я встала.
— Я найду другой способ.
— Разумеется.
Дамиан снова открыл папку и вынул долговой лист.
Повернул ко мне.
Вчерашняя дата стояла внизу, черная и четкая.
До обряда.
До моего требования.
До того, как я сама узнала о существовании аптеки.
— Тогда завтра вашу аптеку закроют за долги, — сказал Дамиан.