Страница 12 из 25
моего вынужденного плена. Если бы не Варя, уполз бы из этого домика для Барби, наплевав на
инвалидное кресло!
Откинувшись на подушки, изучаю потолок. Обед остыл на тумбочке — еда не лезет в горло, а
перед внутренним взором крутится утренняя сцена. Вспоминаю, как Варя пыталась отгородиться
от меня медицинскими терминами, ледяным тоном и даже интернами. Будто строит баррикады…
Глупышка!
Дверь приоткрывается, слышится скрип каталки и приглушённые голоса:
— Белова сегодня сама не своя, — шепчет медсестра.
— Неудивительно! — тихо хмыкает Семён. — В Минздраве опять развернули заявку на новые
реабилитационные тренажёры. А ведь она полгода пороги оббивала, сражалась за них как
настоящая валькирия. Говорят, из кабинета главврача вышла белая как мел, даже на обед не
пошла.
Внутри что-то неприятно ёкает. Валькирия, значит? Моя Валькирия проиграла бой каким-то
бумажным крысам. Представляю её — гордую, в идеально отглаженном халате перед равнодушным
чиновником, и пальцы сами сжимаются в кулаки.
Семён ввозит каталку в палату и громко здоровается, а я хищно прищуриваюсь, глядя в окно.
Значит, оборудование? Что ж, бумажные крысы ещё не знают, что вышли на тропу войны с тем,
кто привык побеждать.