Слепой котёнок

Пока коллеги рассаживались, Василий с интересом изучал обстановку. К добротному дубовому столу хозяина был придвинут ещё один, более простой и длинный — для совещаний. Обычные деревянные стулья с полукруглыми спинками, гранёный графин с водой и пара стаканов, высокий металлический несгораемый шкаф в углу возле окна — обстановка была простая и функциональная. Стены, выкрашенные тускло-зелёной масляной краской, потолок в побелке. Ничего выдающегося, казённая строгость.

На одной из стен размещались детальные карты Челябинска и области, испещрённые пометками, а на другой висел портрет вождя мирового пролетариата. Угол кабинета занимал небольшой книжный шкаф с рабочей литературой.

Присутствовали, помимо Василия и хозяина кабинета, уже знакомые Серкову оперуполномоченный уголовного розыска Воробьёв из Отдела по борьбе с бандитизмом и участковый из Потаповки Андрей Веневитин. С краю, дальше всех, сидел младший лейтенант Пеньков — молодой опер, только в прошлом году окончивший милицейское училище. Видно было, что парень нервничал в большой и серьёзной компании: он то и дело теребил пуговицу кителя и избегал прямых взглядов. Серков мысленно усмехнулся, вспомнив себя в первый год после выпуска. Ничего, только так — привлечением к серьёзным делам — и воспитываются новые поколения следователей и оперов. Иначе не бывает.

Редкой птицей с другой стороны стола нахохлился судмедэксперт Панарин. Он так и не добрался тогда до Берёзовки вместе с основной группой, но именно ему в Челябинск на судебно-медицинскую экспертизу отправили тело Алтуфьевой. Обычно экспертов не дёргают на подобные оперативные совещания — вполне хватает подписанных ими заключений. Видимо, у Тарасова были на этот счёт свои особые соображения.

Но взгляд Василия постоянно возвращался к молодому парню, лет на пять младше его самого. Тщательно выбритое лицо, очки в толстой роговой оправе, терпкий, резковатый запах одеколона, пробивавшийся сквозь густую табачную вонь, которая всегда въедалась намертво в стены таких вот рабочих кабинетов, в дерево шкафов и пропитывала уставших людей с холодным взглядом, проводивших на работе больше времени, чем дома с жёнами и детьми. На петлицах аккуратно выглаженного кителя блестели две маленькие звёздочки. Стало быть, юрист 3 класса.

В самом начале встречи Тарасов представил нового участника группы — следователя прокуратуры Игоря Петровича Савельева, прикомандированного в помощь по этому делу. Затем собравшиеся по очереди отчитались о проведённых следственных мероприятиях по делу, версиях и выводах.

Воробьёв, хмуро глядя в свой блокнот, доложил об отсутствии подозрительных лиц и транспорта в районе Крутой Горки. Веневитин, явно волнуясь, перечислил слухи, собранные по дворам Потаповки, не добавив к ним ничего существенного. Панарин сухо, медицинским языком, подтвердил выводы своего первоначального заключения: смерть наступила от механической асфиксии, тело было захоронено постфактум.

После того как все приглашённые доложились, хозяин кабинета взял слово:

— Товарищи! Получается, что на данный момент мы с вами громко сели в лужу, откуда невнятно квакаем.

Тарасов прервался поморщившись, налил себе воды. Поставил графин на место, грюкнул пробкой, не торопясь, отпил. Все присутствующие молчали, предчувствуя заслуженный разнос. Серков хмуро вертел в руках карандаш, уперев взгляд в стол.

— Подытожу по существу. Мы рассматриваем шесть случаев пропажи молодых девушек в области, самый ранний из которых датируется шестьдесят первым годом. Последний — этой весной. Общие признаки: пропажа девушек из населённых пунктов или в непосредственной близости от них, а также отсутствие тел пропавших, кроме как в последнем эпизоде. Исходя из ваших докладов, у нас нет ни подозреваемых, ни явных мотивов для совершения преступления. Рабочая версия просматривается следующая: неустановленное лицо мужского пола периодически совершает похищения девушек с целью совершения полового преступления и последующего убийства жертвы. Преступления совершались в разных районах области, то есть злоумышленник имеет возможность передвигаться по большой территории, не привлекая внимания. Воробьёв, дополните.

Оперативник встал, одёрнул китель:

— Отдельно отмечу важные моменты. Первое: девушки в четырёх случаях из шести пропали прямо из населённых пунктов, и только в двух — за их пределами. Второе: ни в одном случае не удалось установить недоброжелателей жертв из числа местного населения с отсутствующим алиби на момент совершения преступления. Третье: проверены и перепроверены все граждане означенных районов, имеющие судимости по тяжким статьям. Вероятнее всего, искомый преступник ранее по таковым не привлекался. Четвёртое: после каждого преступления проходило не менее трёх месяцев до совершения следующего. Можно сделать вывод, что злоумышленник очень осторожен. Пятое: единственное обнаруженное тело не дало никаких прямых подсказок о личности преступника, кроме того, что на месте захоронения были найдены окурки папирос «Беломорканал», указывающие на его вредную привычку. У меня всё.

— Панарин, у вас есть какие-то соображения по результатам вскрытия, не вошедшие в отчёт? Не стесняйтесь.

Судмедэксперт сцепил руки, пожевал губами, собираясь с мыслями:

— Кое-что и правда пришло мне в голову при осмотре. Следы удушения немного отличаются от обычных отметин при асфиксии. Они, как бы поточнее выразиться, более обширные и расплывчатые.

— Поясните? — попросил руководитель совещания, пристально глядя на эксперта.

— Жертву, вероятнее всего, душили дольше… обычного, немного меняя при этом положение пальцев на шее. Это всё, что я могу добавить.

— Спасибо. Вопрос ко всем присутствующим. Есть мысли по поиску тел других жертв? — спросил Тарасов, во время диалога с Панариным отошедший к стене и теперь внимательно изучавший карту области.

— Учитывая совершенно случайный характер обнаружения тела последней пропавшей, прикопанного под деревом, поиск остальных силами опергруппы не представляется целесообразным, — после некоторой паузы ответил Воробьёв.

— Разрешите? — поднял голову Василий.

— Говорите, Серков, — повернулся к нему хозяин кабинета.