Страница 23 из 81
Глава 15
Платье было великолепным, впрочем, как и все остальные в гардеробе герцогини.
В уже не моем гардеробе, ведь после бала я сбегу. И никогда больше сюда не вернусь!
Я решилась. А Лайза изъявила желание пойти со мной, потому что она помогла мне. И теперь, как она сама сказала, ее тоже ненавидят в этом доме, тоже начали травить. Теперь она боится за себя. Как и я.
Жемчужно-розовое, нежнейшего цвета платье с рукавами-бретелями, что были спущены с плеч и плавно переходили в волнообразную линию декольте, вновь было снабжено имитацией корсета, украшенного узорами из жемчуга, а пышная юбка, что на этот раз была невероятно удобной, едва не достигала пола и сверкала сотнями блестящих кристаллов при каждом шаге. При любом движении ноги из-под нее показывались туфельки точно такого же цвета, украшенные небольшими бантами, расшитыми маленькими жемчужинами. Хотя, вот это, как раз, казалось мне непрактичным, потому что, если бы я собралась танцевать, уверена, что половина из них просто бы отлетела.
Дополнительно к этому шел серебряный пояс-цепочка со вставленными в него аквамаринами и белые перчатки, длиной чуть выше локтя.
Кстати, Лайза мне рассказала об очень интересной вещи: перчатки надеваются прямо поверх кольца. Оно уже, с помощью магии, «пройдет» через ткань и окажется поверх нее. А я-то все голову ломала, как герцогиня перчатки носила!
На шею я надела жемчужное многоярусное ожерелье, которое плотно облегало шею и состояло из четырех нитей, находящихся на самой шее друг под другом, и пятой, что свободно повисла на ключицах, по центру украшенная крупным аквамарином.
Любила герцогиня этот камень, как я понимаю! Видимо, под цвет глаз…
Завершили этот образ самый обычный низкий пучок, настолько гладкий, чтобы из него не выбилось ни одной прядки и прекрасное меховое боа, которое я разместила на своих руках.
Голубой, белый и нежно-розовый… Как будто само небо обрело человеческую форму и, совместив несовместимое, решило прогуляться по этому бренному миру.
Спрятав украшения и запасную одежду в сумке Лайзы, которую та взяла с собой под предлогом помощи мне в случае чего, мы залезли в просторную карету и, дождавшись герцога, что надел бело-голубой китель, поехали в столицу.
Всего за несколько часов до бала.
А ехать туда нужно было аж пару дней.
Но на мой вопрос: «Успеем ли?» Лайза утвердительно кивнула, поэтому я безропотно ехала, пытаясь понять, как.
И вскоре я действительно поняла. При помощи магии. Карета, проезжая каменный мост, попала в какой-то сияющий вихрь, после чего очутилась в совершенно другом месте.
Возле королевского дворца.
«Вот это… Да», — вырвалось у меня мысленное, когда я выбралась из кареты. Вернее, как? Сначала карета остановилась, после из нее выбрался герцог, что подал мне руку, которую я приняла, чтобы он ничего не заподозрил, да и я сама не навернулась ненароком с деревянной ступеньки. Лишь после этого подняла голову и посмотрела на… именно дворец, по виду чем-то похожий на Версаль, разве что этажей тут было пять, по всему периметру третьего этажа расположились балконы с ажурными перилами, имелось две башни там, вдалеке, которые стояли симметрично друг другу, а ещё он сверкал в сотни раз ярче. Вот прямо очень сверкал! Кипенно белый с кучей позолоченных украшений и такой многочисленной магической иллюминацией, что Большой Театр перед премьерой «Щелкунчика» рядом не стоял.
А, ещё перед ним был фонтан.
Взяв меня под руку, герцог повел меня вперед, по освещённым каменным дорожкам, прямо в жужжащую массу гостей, что пытались протиснуться внутрь, не жалея ни платьев, ни бриллиантов.
— Может прогуляемся, пока эта толпа рассосётся? — спросила я тихо, ловя на себе очередной взгляд мужа, который я никак не могла прочитать. Что в нем было? Восхищение? А если восхищение, то зачем мне, такой красивой, чай на голову выливать, а после приглашать любовницу?
А, я же забыла рассказать, верх наглости! После этого он пришел в нашу спальню и лег в кровать как ни в чем не бывало, и даж прижался ко мне со спины!
— Давай, раз уж мы прибыли в час пик, — вздохнул герцог, свернув с основной дорожки на боковую, — Ты так прекрасна, Эсми!
— Спасибо, — сухо ответила я, наблюдая за паром, что вырывался из моего рта и рта Эмильена. Только ни мне, ни герцогу холодно не было.
— Эс, что-то не так? — спросил он, повернувшись ко мне лицом и заглянув в глаза, — Что тебя гложет?
— Ничего, — ответила я максимально спокойно, хотя внутри меня поднималась волна глухого раздражения. Как будто не понимает.
Замедлив шаг, Эмильен посмотрел на меня и с усмешкой выдал:
— Сия, да? — его голос был тихим, но невероятно слышимым в той безмолвной тишине, в которой мы оказались, отойдя на несколько десятков метров, в парк, покрытый изморозью.
— Если сам знаешь, зачем спрашиваешь? — тихо спросила я, ища ответ на свой вопрос на его лице. Почему он такой странный? Что с ним не так?..
— Потому что я не понимаю… Между нами ничего не было вчера. Между нами давно уже ничего нет, — эта ложь вырвалась из его рта с облаком пара и точно также растаяла в воздухе между нами, оставшись там едва ощутимой взвесью.
— Вы любовники, что заперлись в кабинете. Какая ещё причина должна быть у меня для недовольства? — холодно бросила я, смотря в его глаза, в которых мелькнула ярость.
— Причина… Тебе никогда не нужно было причин, — сделав глубокий вдох, он хрипло рассмеялся и потащил меня обратно, — Я ошибся… Я снова ошибся… — забормотал он, а я подняла брови.
Ошибся? Что это значит?
Но спросить это мне уже не удалось: мы вернулись в ту шумную толпу аристократов.