Страница 13 из 93
— Я не просил, я — взял. Изымал ценный объект из неблагополучной среды, если хочешь на моем языке. Ты кричишь «кто просил», Аня? А кто мне писал в два часа ночи, что в этом мире ее никто не слышит? — Его голос стал тихим, как шелест змеи. — Ты не знала моего имени, но я был единственным, кто не спал по ночам вместе с тобой. Твоим родителям сейчас плевать где ты. А я здесь. Готовлю тебе завтрак. Так кто из нас чудовище?
— Ты, — выдохнула я, пытаясь вырвать руку. — Ты, потому что подсматривал за моей болью. Заставил меня отвечать тебе. Подкупил фальшивой заботой. — Он отпустил мою руку и я снова села на стул, потирая виски кончиками пальцев, — Класс, я такая же чекнутая как и ты.
Виктор коротко хохотнул. Этот звук не был добрым — он прозвучал как треск ломающихся веток в морозном лесу. Он выпрямился, глядя на меня сверху вниз с ледяной ухмылкой, от которой по спине пробежал разряд тока.
— Вот и отлично. Стадия отрицания пройдена даже быстрее, чем я рассчитывал, — он небрежно поправил салфетку на столе, и это обыденное движение в его исполнении выглядело пугающе властным. — Раз мы «на одной волне» и ты сама признала очевидное, значит, понимаешь: любое сопротивление теперь — просто пустая трата времени.
Он пододвинул тарелку с омлетом вплотную к моим рукам.
— Ешь. Когда закончишь, я покажу тебе дом.
Я смотрела на него, прижимая ладони к вискам.
— У меня нет выбора, да? — я подняла на него взгляд, в котором была лишь зарождающаяся обречённость.
— Да, — отрезал он, складывая руки на груди.
Я медленно взяла вилку. Рука едва заметно дрожала, но я заставила себя поднести первый кусок к губам. Бодров не отводил взгляда. Для него это был триумф — первый совместный завтрак в его идеальном мире.
Он дождался, пока я проглочу последний кусок. Потом он молча забрал тарелку, вымыл её и кивнул на дверь.
— Пошли.
Он не вел меня под локоть, не толкал. Просто шел впереди, уверенный в том, что я последую за ним, как привязанная невидимым поводком. Его массивная спина в серой футболке перекрывала половину коридора.
Кухня, в которой мы сидели, плавно переходила в гостиную. Здесь всё было пропитано им. Строгие темные тона, гранитные столешницы, матовый металл. Никаких безделушек или женской мягкости.
Мы вышли в гостиную, и я невольно замерла. Вдоль одной из стен тянулись стеллажи от пола до потолка — огромная библиотека. Кожаные переплеты, старые корешки, запах типографской краски. Это было единственное «живое» место в доме.
— Любишь читать? — он даже не обернулся. — Здесь есть всё. От классики до твоих любимых детективов. Я дополнил коллекцию.
Я промолчала, сглотнув ком в горле. Он знал даже это.
За полосой сосен, метрах в пятистах, виднелись крыши других домов.
— Мы за городом? — я обернулась к нему, и в груди вспыхнула дикая, нелепая надежда. — Здесь есть люди?
Виктор подошел сзади. Он не касался меня, но я кожей чувствовала жар, исходящий от его массивного тела. Его тень накрыла меня, стирая солнечный блик на полу.
— Дачный поселок, — сухо обронил он, глядя поверх моей головы на верхушки деревьев. — Крайний участок. Соседи бывают только по выходным, да и те — тихие. Круто, правда?
Он коротко, без тени улыбки, хмыкнул, видя, как я вцепилась в подоконник.
— Не обольщайся, Аня. До ближайшего дома полкилометра моей земли. Забор — три метра, под напряжением и с датчиками. Соседи — приличные люди, они уважают полковника Бодрова и никогда не лезут в чужую частную жизнь. Особенно в мою.
Он отошел к входной двери и приложил большой палец к сканеру. Панель пискнула, отозвавшись тяжелым металлическим щелчком где-то внутри косяка.
— Биометрия, — бросил он через плечо. — На окнах — бронепленка, стекло — триплекс. Система замкнута на пульт. Здесь тишина дорогая, я за нее заплатил.
Я смотрела на его широкую спину, на уверенные движения хозяина этой крепости.
Он развернулся и кивнул на стеллажи, заполняющие всю стену от пола до потолка. Сотни корешков, кожа, золото.
— У тебя десять минут. Выбирай себе пару книг и возвращаемся вниз. Я скоро приду.