Страница 78 из 89
— Я, вроде бы, доступно выразился, — нетерпеливо проговорил он. — Эта девушка, — указующий жест на меня, — нужна мне для исследований. Вы знаете уровень моих полномочий. А учитывая обстоятельства, и вовсе никаких вопросов быть не должно.
— У меня только один вопрос, — елейным голоском произнесла ректор Адали.
— И какой же? — раздражённо поинтересовался он.
— Вас отсюда выкинуть, или вы сами выход найдёте⁈ — неожиданно рявкнула Адали, да так, что я вздрогнула и попыталась спрятаться за Люту.
Она в этот момент попробовала провернуть то же самое. В результате, мы столкнулись и обе завалились на пол. Послышались сдержанные смешки от незнакомца, которые, впрочем, потонули в истеричном выкрике учёного.
— Что вы себе позволяете⁈ — заголосил он, покраснев от возмущения.
— Достаточно, — выступил вперёд незнакомый мужчина. — Господин Галис, надеюсь, в представлении я не нуждаюсь?
Историк, который всё это время смотрел только на ректора Адали и никого вокруг вообще не замечал, вдруг заметно вздрогнул, отступил на пару шагов назад и уже совсем другим тоном, вежливым, если не сказать подобострастным, проблеял:
— Прошу прощения, советник Эвилл.
— За что, позвольте уточнить? — прищурился, похоже, отец Мораны.
— Ваша дочь пострадала случайно! И, прошу заметить, по причине несоблюдения требований безопасности, изложенных мною госпоже Адали. Вины нашей группы в этом нет, — выпалил он.
— С этим мы позже разберёмся, — отчеканил советник Эвилл. — Сейчас же, позвольте поинтересоваться, кто дал вам полномочия привлекать к исследованиям детей?
— Каких детей? — неподдельно удивился учёный.
Не будь мне сейчас так страшно из-за всей этой ситауции и больно от столкновения лбами с Лютой, я тоже удивилась бы. Назвать меня ребёнком было немалым таким преувеличением. Морана вон, например, моя ровесница и уже сама скоро мамой станет. Многие в восемнадцать замуж выходят, а некоторые и раньше, и тут…
Пока мы с Лютой поднимались и обменивались угрюмыми взглядами, историк и советник договорились о том, что забирать меня куда-либо без согласия законного опекуна нельзя. А мой опекун, то есть мама, сейчас где-то в столице. Вот туда и стоит отправиться господину Галису, найти мою маму, испросить её разрешения и, если она согласится, привлечь меня к научной деятельности официально, оформив это как практику.
Признаться честно, я заслушалась. Как же складно и невозмутимо отец Мораны всё это излагал! Вот уж с кем торговаться бесполезно, не зря он занимает такой ответственный пост.
— В таком случае, госпожа Адали, я вернусь позже, — невозмутимо проговорил учёный, впрочем, то и дело поглядывая на отца Мораны. — Можете быть уверены, я получу согласие матери девушки в считанные часы. Время не терпит, сами знаете.
— Удачи вам в этом нелёгком деле, — кивнула ректор. — С нетерпением буду ждать вас с официальным документом, подтверждающим согласие опекуна адептки Флен.
— Всего хорошего, — напутствовал историка Эйчтар.
Дедуля повернулся к нему, посмотрел с прищуром и скривился, будто отведал чего-то забористого.
— И вы тут, — протянул он.
Явно узнал и не обрадовался. Интересно, что вызвало такую реакцию? Я ведь Эйча почти не знаю, а вот это Галис, похоже, знает, и не с лучшей стороны.
Когда исследователь выходил из кабинета, не преминул смерить меня подозрительным взглядом. Ответила таким же. Нет, ну в самом деле, это же учёный! Тем более историк, он должен сразу всё примечать. А тут, получается, он вообще никого не замечал, кроме ректора Адали, пока они к нему не обратились. Сначала советнику Эвиллу удивился, когда он заговорил с ним, а потом и Эйча заметил только после того, как он ему всего хорошего пожелала. Неужели моя персона настолько завладела его вниманием, что ничего вокруг больше не интересовало, только бы поскорее меня забрать?
Когда Галис покинул кабинет и за ним закрылась дверь, ректор Адали окинула взглядом всех присутствующих и произнесла:
— Все заинтересованные на месте. Продолжим? — Не думаю, что стоит привлекать так много посторонних, — нахмурился советник Эвилл.
— Я не посторонняя! Тара без меня никуда, — заявила Люта, взяв меня под руку. — А что вообще намечается?
— И Рхаш нам понадобится, — вставил Эйч.
— Слишком много переменных получается, — недовольно поджал губы отец Мораны.
— Оформим всё документально, чтобы не было утечки, — предложил Эйчтар. — Если вы так боитесь огласки, думаю, все присутствующие согласятся на клятву о неразглашении.
— Без проблем, — кивнул Рхаш.
— А я чего? Я как все, — пожала плечами Люта.
Но она так вцепилась в мою руку, что сразу стало понятно — боится. И её можно понять, я и сама боялась до дрожи в коленках, но мне-то отступать некуда. А подругу в это лучше не втягивать.
— Может, ты меня в комнате подождёшь? — предложила с жалкой улыбкой.
— Дудки! Одну никуда не отпущу, — упёрлась Люта.
— Так я и думала, — улыбнулась ректор Адали. — И это хорошо. Поддержка близкого человека в таком деле не будет лишней. Только, Лютиния, ты должна понимать, что то, на что подписываешься ради подруги, может быть опасно.
— А разве нам всем уже не угрожает смертельная опасность? — спросила Люта. — Одной больше, одной меньше — не так важно, когда мы вместе.
— Похвальное рвение, — хмыкнул советник Эвилл. — Но у меня всего одна дочь, вывести двоих по одним документам я не смогу.
— А мы куда-то едем? — охнула Люта.
— Я так понимаю, изложить свой план девушкам ты не успел? — повернулась к Эйчу ректор Адали.
— Не видел в этом смысла, пока договорённости не были достигнуты, — пожал он плечами. — Но Тара, — мимолётный взгляд на меня, — знает всё, что нужно.
— В таком случае, подведём итог, — хлопнула ладонью по столу Адали. — Оформляем Тару вместо Мораны. Рхаш, ты, я так понимаю, в курсе?
— По ходу дела вник. Сопровождать буду, — кивнул тренер, но бросил такой говорящий взгляд на Эйча, что сразу стало понятно, до этого момента он и половины не знал.
— Я с Тарой, — настойчиво напомнила Люта, вот только голос у неё дрожал так, что сомнений не оставалось, подруга в ужасе.
Она сейчас была такой бледной, какой я её никогда ещё не видела! Наверное, даже когда мы с ней на первом курсе случайно забрели на полигон, где выпускники отрабатывали самые убойные заклинания и едва не покрошили нас, ей так страшно не было. Да и мне, пожалуй, тоже.
— Вы мне её удочерить предлагаете? — хмыкнул Эвилл.