Страница 70 из 89
— Какой сон? — нахмурился профессор.
— Да ерунда, — попыталась отмахнуться я.
Эйч кивнул, но, судя по его взгляду, хоть что-то мне рассказать всё же придётся. Оставалось только надеяться, что не прямо сейчас. У профессора наверняка есть более важные темы для разговора, учитывая его серьёзное, обеспокоенное настроение.
* * *
В академии было так тихо и безлюдно, что, идя по пустым коридорам в разгар дня, когда тут обычно гомон и беготня, я ощущала себя очень неуютно. Гнетущая атмосфера всеобщего напряжённого ожидания чего-то плохого давила на, и без того, натянутые как струна нервы.
Мы покинули жилое крыло, в молчании пересекли холл и, так никого и не встретив, вошли в преподавательскую зону. Здесь уже было не так тихо, то тут, то там за дверьми профессорских апартаментов слышались приглушённые разговоры. Те, кто не отправился помогать с исследованием артефакта Иных, не желали сидеть в одиночестве и, видимо, собирались в гостиных, чтобы скоротать время за беседами, раз уж занятия отменили.
Когда мы уже почти дошли до комнат Эйча, одна из дверей приоткрылась, в коридор выглянула ректор Адали, смерила нас суровым взглядом и поинтересовалась:
— Ну что?
— Пока ничего хорошего… но и не критично, — туманно ответил профессор.
— Я так и думала. Он всегда был мнительным по отношению ко всему… такому, — покосилась она на меня. — А теперь и подавно.
— Разберусь, — поморщился Эйчтар.
— Если что, обращайся, помогу, чем смогу. Неофициально, разумеется, — произнесла Адали и скрылась за дверью.
Я удивлённо взглянула на профессора, но он только молча распахнул передо мной дверь своих апартаментов, приглашая войти. Входила я, как в обитель хищника, заманившего меня в ловушку. Но, как только вошла и присела на диванчик, тут же успокоилась (ненадолго правда), потому что выяснять личные отношения Эйч явно был не настроен. Он сразу же перешёл к делу, и такое рассказал, что лучше бы уж приставать начал, честное слово!
Начал Эйч издалека. Устроился в кресле напротив меня, чуть наклонился вперёд, облокотившись на свои колени и спросил:
— Тара, тебе в последние дни не казалось, что некоторые люди из твоего окружения ведут себя немного странно, будто общались с тобой, а ты этого не помнишь? Или, может, тебе казались несколько необычными некоторые наши встречи?
— Что? — растерянно переспросила я.
— Подумай. Может, замечала какие-то странности?
Ничего такого я не замечала, но вот сейчас, когда он спросил, что-то начала вспоминать. Люта несла какую-то околесицу о том, что договаривалась о встрече со мной, хотя ничего подобного не было. Да и Эйч… Помнится, в день его появления тут, я столкнулась с ним же, буквально только что разминувшись в административных коридорах. И потом тоже…
— По взгляду вижу, что вспомнила, — с какой-то затаённой грустью проговорил профессор и извлёк из кармана тот самый камушек, который я случайно сотворила в тот злосчастный день, когда на зельеварении лабораторию взорвала.
— Он всё ещё у вас? — удивилась я.
— Да, у меня, хотя следовало бы уничтожить его сразу же.
— Почему? — опешила ещё больше.
И тут профессор Эйч откинулся на спинку кресла, зажав камень в кулаке, и заговорил. Говорил он медленно, размеренно, но я всё равно не понимала его. Перемещения во времени? Наши с ним копии из не произошедшего будущего? Предостережение от его двойника?
Что он несёт⁈ Я, конечно, чего только не умудрялась случайно сделать, но уж точно не артефакт перемещения во времени! Да от этого камушка даже фона практически никакого нет, пустышка. И эта его уверенность, что всё именно так и было, что его собственный двойник пришёл из будущего и сказал, что я должна совершить что-то судьбоносное… Это же полный бред!
Но это было только начало! Потом Эйч и вовсе несусветную чушь нести начал. Про то, что я должна спасти всех, нейтрализовав артефакт Иных. Описал его, объяснил, как, предположительно, он действует. И что времени всё меньше, а надежда только на меня. Никого из обычных магов артефакт к себе не подпускает, а из наследников магии йонов только я и осталась. Все остальные или уничтожены системой, или надёжно скрываются, по понятным причинам.
Я слушала всё это и буквально покрывалась холодным потом. Так хотелось вскочить, сказать, что я не верю, это неправда, он сумасшедший! Но я сидела и слушала, пока, наконец, Эйч не замолчал, завершив свою «исповедь» словами:
— Император отказался помогать нам, но и мешать не будет. Однако, без его поддержки, я не решусь тащить тебя к артефакту открыто. Если всё получится, твоя тайна будет раскрыта.
— А если нет? — выдохнула я.
— Получится, — упрямо сжал кулаки Эйч.
— Ты так веришь в меня? Я же совсем ничего не умею, — покачала я головой, всё ещё не до конца веря в поведанное им.
— Твоя магия основана на эмоциях. Главное не уметь, а чувствовать. Ты интуитивно поймёшь, что делать.
— А если всё же нет? — упёрлась я.
— Тогда и переживать будет не о чем, — как-то цинично усмехнулся он.
— И что теперь? — прошептала я одними губами.
— Сначала мне нужно вывести тебя из академии, так, чтобы никто об этом не узнал. Как-то скрыть твою личность, возможно, накинуть морок или загримировать. С этого момента у меня нет официальных полномочий, Тара. Мы остались одни. И, судя по движению тени от артефакта, всё закончится завтра, к полудню. У нас меньше суток.
— Замечательно, — пробурчала я, раздумывая над тем, как бы повидаться с мамой в последний раз.
Потому что я точно никак не смогу остановить этот артефакт. Я и себя-то контролировать не могу! Ну какая из меня спасительница, если ещё вчера я едва всю ПИБА чуть не разрушила? Смешно… было бы, если бы не было так страшно.
— Я понимаю, ты боишься, но мы должны хотя бы попробовать, — подавшись вперёд, взял меня за руку Эйчтар. — Посмотри на меня, Тара.
Я подняла голову, уставилась на профессора и опять слегка утонула в его потемневших глазах. Пальцы в его ладони дрогнули, сердце пустилось вскачь.
— Не кусай губы, пожалуйста, — улыбнулся он. — Мне и так всё время хочется поцеловать тебя.
Попыталась выдернуть ладошку из его руки, но он не пустил. Пересел на диван, так близко, что наши бёдра соприкасались, приобнял меня за плечи и прошептал на ухо:
— Я верю в тебя, Тара Флен. Поверь и ты. Дай нам всем шанс, и нам с тобой тоже.