Страница 71 из 89
Легко сказать — поверь! А как это сделать? Я так боялась довериться ему, а сейчас поняла, что не это самое сложное. Гораздо тяжелее поверить в свои собственные силы…
— Поверить, — прошептала, опять кусая губы. — Как же сложно поверить. Может, именно это предки и имели в виду, когда сказали, что я должна сблизиться с тобой.
— Что? — удивлённо отстранился он. — Ты общалась с предками⁈
— Ну не то, чтобы общалась. Не так, как с тобой сейчас. Они мне приснились.
Сказала и поняла, что проболталась. Но особо переживать об этом не стала. Чего уж там, у нас тут до полного конца всего меньше суток осталось, можно и пооткровенничать.
— Расскажи, — попросил Эйчтар, опять придвинувшись ко мне. — Пожалуйста.
Отказать я не смогла. Просто язык не повернулся сказать что-то вроде «Не ваше дело, профессор». Особенно когда он так бережно обнимает и нежно поглаживает по плечу.
Мой рассказ был намного короче, но выложила я почти всё. И то, как странная дама без внешности сначала напророчила мне скорую кончину, и то, как она резко передумала, узнав, что я встретила свою пару и прошла обряд. Рассказала даже о том, что едва не задохнулась, если бы Люта не смогла разбудить, всё могло бы закончиться очень плохо.
— И это всё? — пытливо заглянул мне в глаза Эйч.
— Да, — отвела я взгляд.
— Ты совершенно не умеешь врать, Тара, — улыбнулся он.
— Неправда! Я умею… это ты такой недоверчивый, — выпалила я.
— Было что-то ещё. Точно было, — прищурился он.
— Хватит меня допрашивать, — вскочила я. — Было, не было — какая разница?
— Большая, учитывая все обстоятельства, и особенно то, что ты едва не погибла, оказавшись там, где не должна была, — тоже встал он. — Не верю, что предки не сказали тебе, как обезопасить себя от повторения этого переноса в их…
— Обитель, — подсказала я.
— Так что нужно сделать, чтобы это не повторилось? — потребовал ответа он.
— Да какая разница, если завтра к полудню мы все умрём⁈ — нервно выкрикнула я.
— Не умрём. Ты нас спасёшь, — упёрто проговорил он. — А потом тебе нужно будет отдохнуть. И что тогда? Ты опять перенесёшься в этот туман и задохнёшься?
— А если и так, тебе-то какое дело⁈
Он вдруг оказался рядом, схватил меня за талию, прижал к себе и проговорил в лицо:
— Я бы хотел, чтобы мне было всё равно, глупая девчонка. Но это не так! Ты дорога мне, настолько, что я готов пойти за тобой хоть к смертоносному артефакту, поставив на кон свою жизнь, хоть в обитель этих твоих предков, чтоб им в посмертии покоя не было!
— Правда? — едва слышно выдохнула я.
— Чистая, — прошептал он.
И да, это случилось, опять. Он начал меня целовать, а я вся сжалась, замерла, забыв как дышать. Зажмурилась и твердила про себя «Так нужно, нам необходимо сблизиться. Стоп! А зачем, если мы всё умрём? А вдруг не умрём? Тогда, получается, всё-таки нужно…».
Все эти суматошные мысли пронеслись в голове за одно мгновение, а потом Эйчтар понял, что я не отвечаю ему взаимностью и начал отстраняться.
Э-э-э нет, так не пойдёт. Я-то уже передумала!
Обхватила его руками за шею и притянула обратно. Но теперь всё должно быть по-моему. Медленно, очень осторожно я прикоснулась своими губами к его, один раз, второй. Прижалась чуть сильнее и приоткрыла губы, давая понять, что готова к более глубокому поцелую.
Он понял, что не стоит торопиться и не напирал, позволяя мне привыкнуть, набраться смелости. А я как-то уже и забыла, с чего всё началось и зачем мне это нужно, увлеклась, в общем.
Очнулась лёжа на диване, Эйч нависал надо мной и буравил пристальным взглядом. Я же была слегка дезориентирована и не сразу поняла, что прервал эту вакханалию именно он. Губы горели от поцелуев, шею и грудь, частично открытую в расстёгнутом вырезе платья, холодил лёгкий сквознячок от приоткрытого окна, и… Я медленно убрала ногу с его бёдер. Как я её туда положила, не помнила совершенно.
— М-да, — малоинформативно протянул Эйчтар, поднимаясь.
Я тут же села и принялась застёгивать пуговицы на платье. Чувствовала взгляд профессора, но голову не поднимала, продолжая копошиться с одеждой. Малоинформативно ему видите-ли! Зато я столько информации для размышления получила, что за неделю не разберёшься!
Так, не глядя на него, и пробурчала:
— Вот что-то такое мне предки и посоветовали. Только там речь о немного другой близости шла.
— Вот даже как, — сдержанно произнёс он, тоже поправляя одежду.
Это что, я ему рубашку из-под ремня вытащила? Да быть такого не может! Не я это, и всё тут!
— Ну, они сказали, что ты мой якорь. Держишь меня тут, пока время не придёт и всё такое. Нам нужно сблизиться, чтобы я больше не переносилась в обитель и научилась управлять своими силами. Вот…
Что дальше говорить и как вообще себя вести, я не знала. Сидела, опустив голову и отчаянно борясь с обжигающим щёки румянцем. Да они от пощёчин Люты так не горели, как сейчас!
— Что-то мне подсказывает, что план по сближению мы слегка перевыполнили, но немного не в том направлении, — деловым тоном проговорил профессор, усаживаясь в кресло. — Подозреваю, речь шла о душевной близости.
— Душа и тело неразделимы, — выдала я «умную» мысль, продолжая буравить взглядом ковёр.
— Ну если ты так считаешь… можем продолжить.
— Что⁈ — воскликнула, вскинув голову.
— Я пошутил, — улыбнулся Эйч, поднимая руки. — Но, согласись, мы определённо стали немного ближе.
И я улыбнулась. А потом и вовсе рассмеялась. Но смех всё не желал заканчиваться, и я сама не поняла, в какой момент начала всхлипывать. Меня накрыло осознанием всего, что Эйч мне тут наговорил… Да, это была истерика, но какая-то вялая. Я просто посмеялась немного, потом тоже немного поплакала, увлажняя слезами рубашку на груди своего профессора, который к тому же ещё и моя истинная пара. А после как-то резко успокоилась и почувствовала, что пора действовать.
Такие перепады эмоций были для меня в новинку, но, учитывая, что я теперь почти что йон, немного другое создание, нежели была раньше, это, вполне вероятно, нормально. Ведь йоны жили эмоциями, ими управляли чувства, а не разум. Вот и мной теперь эти запутанные, такие непонятные, но яркие эмоции вертели, как хотели.
— Так что будем делать? — спросила, вытерев слёзы и отстранившись от Эйчтара.
— Сначала тебе нужно поесть. Скоро обед, а ты наверняка даже не завтрака, — заправив прядку волос мне за ухо, проговорил он.