Я готова! Учите, профессор

Глава 15

Выходя из ванной, я чувствовала себя обновлённой и готовой к любым испытаниям, что бы там ни придумали мои таинственные предки. А они явно не успокоятся, будут покидывать всё новые и новые проблемы, чтобы проверить — насколько я достойна.

Пока я одевалась, Люта рассказывала последние новости.

— Занятия пока отменили.

— Надолго? — спросила, выбирая, что надеть, раз уж форменное платье сегодня ни к чему.

— Не сказали, — развела руками подруга. — Утром собрали всех, отвели строем в столовую и там, пока мы давились ужасным завтраком, сказали сидеть всем по комнатам.

— А почему давились? — рассеянно спросила я, наконец выбрав, что надеть.

— Так нам какую-то гадость несусветную сегодня давали. Готовить с перепугу что ли разучились, — хмыкнула Люта. — Но я всё равно принесла тебе булочку, хоть она и похожа на подошву, — кивнула она на стол.

— Спасибо, что бы я без тебя делала, — поблагодарила с улыбкой.

— Голодала бы, — заявила она.

Я подошла к столу, развернула салфетку, на которую указала Люта, и подумала, что, пожалуй, готова ещё немного поголодать. То, что она назвала булочкой, на самом деле действительно больше было похоже на подошву — какая-то невнятная продолговатая загогулина, подпаленная с одного края, да ещё и плоская к тому же, как лепёшка. И сверху всё это было посыпано сгоревшим сахаром.

— Вот-вот, — покивала подруга, оценив мою гримасу. — А каша была недоваренная и пересоленная.

— Странно. Тут всегда хорошо готовили, — протянула я, прикрыв «булочку» салфеткой.

— Подозреваю, большинство работников разбежались по домам, чтобы быть с родными, если что… — поёжилась Люта.

— А нас не отпускают. И это очень странно, — пробурчала я.

— Тут как раз ничего странного. У большинства адептов родители на имперской службе и им сейчас некогда с нами возиться. У них и так проблем хватает, — хмыкнула Люта. — Мои вот наверняка в самой гуще событий, они же как раз исследованиями наследия Иных в последнее время занимались.

— И мама в столице, — вздохнула я.

— Ну вот. Нам остаётся только сидеть и ждать. Хотя тебя, наверное, всё равно не отпустили бы, даже если бы нам разрешили по домам разъехаться. Утром, когда всех на завтрак собирали, мне сказали тебя не будить… по распоряжению ректора.

— Значит, Эйч с ней поговорил, — прикусила я губу. — Что теперь будет…

— Вот даже не сомневайся, он тебя в обиду не даст, — улыбнулась Люта.

— С чего это? — фыркнула я.

— Потому что лю-у-убит, — протянула она, сложив ручки на груди и похлопав ресничками.

— Да ну тебя! — отмахнулась я.

А подруга звонко рассмеялась и бросилась обнимать меня, со словами:

— Вот ты дурочка. Не видишь своего счастья! Это же такая редкость, встретить свою истинную любовь. Поди разберись, тот самый это, или нет. А у тебя всё сразу понятно.

— Да с чего понятно-то? — проворчала я, но тоже отчего-то начала улыбаться.

— А разве не понятно? — деланно удивилась Люта.

— Не знаю, — вздохнула я. — Вообще ни в чём не уверена. Он мне нравится, и очень. Но он же преподаватель. И старше… даже не знаю на сколько. Ему уже явно за тридцать, почти старик!

— Ой, да брось! Он же сильный маг. А сильные намного дольше живут и стареют медленнее. Так что эта разница ерунда.

— Думаешь? — покосилась я на неё.

— Конечно! И вообще, никакой он не профессор на самом деле, а значит, на вас запрет не распространяется.

— Возможно, ты и права. Вот и предки мне сказали, что нужно укрепить связь с якорем, чтобы больше не было такого, как сегодня.

— Да ты что? — выпучила глаза Люта. — Рассказывай!

Мы устроились на её кровати, потому что моя сейчас сохла после экстремальных попыток побудки поливанием водой, и я вкратце пересказала подруге разговор со странной туманной женщиной.

— Вот это да-а-а, — протянула Люта, выслушав меня. — Тебе вот прямо срочно нужно сблизиться с Эйчем.

— Ты что⁈ — возмущённо воскликнула я.

— Да я не о том, — захихикала она. — Хотя и это тоже не предосудительно, раз уж вам суждено быть вместе. Я про другую близость. Узнать там друг друга поближе, пообщаться по душам.

— Если бы это было так просто, — вздохнула я.

— Главное начать, а там само пойдёт, — подмигнула подруга.

И тут в дверь постучали.

Я вздрогнула от неожиданности, соскочила с кровати и зачем-то начала поправлять волосы, одежду. Опомнилась, оставила свой внешний вид в покое и, под хихиканье Люты пошла открывать, точно зная, что увижу за дверью Эйчтара. Откуда я это знала? Понятия не имею! Почувствовала как-то…

За дверью действительно оказался профессор Эйч. Хмурый, уставший и явно не в духе.

— Ну как ты? — вместо приветствия произнёс он.

— Что-то случилось? — невпопад ответила я.

— Не то, чтобы случилось, но у нас есть некоторые трудности. Позволишь войти?

— Ой, простите, — опомнилась, отступая в сторону.

Профессор Эйч зашёл в комнату, прикрыл за собой дверь и уставился на меня каким-то странным взглядом. Он явно хотел что-то сказать, но так и не сказал.

— А мы только вас и ждали, — заявила Люта. — Думали, когда же профессор Эйч принесёт нам новости.

— Принёс, — как то совсем безрадостно ответил он, — но не те, которые хотелось бы. Тара, нам нужно поговорить… наедине.

— А у нас комендантский час, — задумчиво протянула Люта, намекая на то, что уйти из комнаты и оставить нас одних она ну никак не может.

— Идём, поговорим у меня, — тут же предложил Эйч, и подруга надулась, поняв, что послушать наш разговор у неё всё же не получится.

А я закусила губу, медля с ответом. Оставаться с ним наедине было как-то неловко и, чего уж там, страшновато. А с другой стороны, грызло любопытство — что же он такое хочет мне поведать наедине, учитывая, что Люта уже в курсе всего.

— Тара, у нас, к сожалению, не так много времени, как хотелось бы, — отводя взгляд в сторону, поторопил профессор.

Я в панике посмотрела на подругу, в надежде, что она подскажет — что делать. Она и подсказала! Да так, что у меня щёки мгновенно вспыхнули.

— Идите уже, — махнула рукой Люта, покосилась на Эйча, убедилась, что он на неё не смотрит и добавила одними губами — Дерзай.

А потом ещё и поцелуйчики губами изобразила, задорно подмигивая. Ну Люта! Я и так места себе рядом с Эйчем не нахожу, а она ещё и подливает масла в огонь. Но она права, надо идти. И я обречённо направилась к двери.

— Не забывай про сон, Тарусик, — напутствовала меня подруга.