Страница 12 из 55
— Сколько?
— Дней на десять, если варить по двенадцать в день.
Тамира помолчала. Прикусила губу, думая.
— Десять дней. Сто двадцать пузырьков. Шестьдесят медяков, если по полмеди. Минус бесплатные образцы — допустим, сорок пять медяков чистыми. Хватит, чтобы купить ещё виталиса?
— Виталис контролирует Орден, — сказал Артём.
— Орден контролирует легальные источники. — Тамира посмотрела на него так, как смотрят на ребёнка, который думает, что молоко берётся из магазина. — Есть другие. Не спрашивай пока — я узнаю. Дай мне пару дней.
Артём кивнул. Пара дней. Сто двадцать пузырьков. Сорок пять медяков. И Тамира, которая знала Нижний город так, как он знал периодическую таблицу.
Он встал. Ноги затекли — он просидел на каменных ступеньках три часа и не заметил.
— Тамира.
Она обернулась. Уже на ногах, уже уходя — быстрая, несмотря на хромоту. Как будто хромота была не ограничением, а частью её ритма.
— Зелье на ноге продержится до утра. Потом боль вернётся.
— Знаю. — Она не остановилась. — Поэтому мне нужен постоянный поставщик. А тебе — постоянный продавец. Видишь, как это работает?
Она исчезла в переулке. Артём стоял в темноте, с пустой сумкой и горстью медяков в кармане, и улыбался. Впервые за четыре дня в этом мире.
Не потому что заработал деньги. Не потому что нашёл партнёра.
А потому что бабка Сойга разогнула пальцы. И прачка выпрямилась. И парень перестал морщиться.
Шестнадцать лет в фармацевтике — и ни разу он не видел, как его работа меняет чужое лицо. Здесь увидел. За один вечер.
Он пошёл обратно, к мельнице на холме. Город засыпал — фонари на левом берегу тускнели, дозорные на мосту зевали в кулак. Артём шёл по тёмным улицам и не боялся. Не потому что стал храбрым — потому что впервые за четыре дня знал, что делать завтра.
В голове уже считались формулы: сколько виталиса нужно на партию, как оптимизировать процесс микронизации, можно ли сократить время варки с часа до сорока минут. Двенадцать пузырьков в день — потолок для одного. С помощником — двадцать. С двумя перегонными кубами — тридцать. Масштабирование. Стандартизация. Контроль качества. Всё то, чем он занимался шестнадцать лет в институте, только теперь — без института, без лицензии, без страховки, без юридического отдела.
И без бюрократии, которая хоронила каждую хорошую идею под четырьмя годами рассмотрения прошений.
Фармхимик работал. Человек — впервые за долгое время — чувствовал.