Страница 23 из 222
И я поняла, что врать бесполезно. Этот человек сломал своими зигзагами систему, он мыслит категориями, недоступными обычным людям. Он почувствовал во мне что-то своё, такое же ненормальное. И он не отстанет.
Я глубоко вздохнула и посмотрела ему прямо в глаза.
— Я слышу мысли, Александр. Не всегда. Но иногда, когда человек очень сильно что-то задумал, особенно что-то плохое… это до меня доходит. Как радиопомеха. Тот человек думал об «устранении». Очень чётко. Я это услышала.
Я ждала смеха, недоверия, чего угодно. Но он лишь медленно кивнул, как еще раз будто подтвердил свою догадку.
— Экстрасенсорика, — произнёс он без тени иронии. — Я тебе и тогда говорил, что слышал о таких и не удивлен. Думаю, что это бред. видел пару раз чудесные вещи.Но после случая с дядей Васей из Киева, который карты на столе видел сквозь рубашку… перестал удивляться. Значит, ты не просто наблюдательная. Ты — ресурс. Уникальный.
Это слово — «ресурс» — прозвучало холодно и страшно.
— Я не хочу быть ничьим ресурсом, — сказала я твёрдо.
— В этом мире всё — ресурс, — парировал он. — Твоя голова, мои схемы, нефть в земле, лояльность милиционера. Вопрос в том, кто и как этим ресурсом распорядится. Я могу им распорядиться хорошо. А могут найти другие. Те, что послали того человека в синем свитере. Или просто ушлые ребята из горкома, которые тоже много чиге видели. Ты представляешь, что с тобой сделают, если узнают? Лаборатории, опыты, психушки… или просто использование в тёмную, пока не сломаешься.
Он говорил правду. Ту самую правду, от которой я бежала все эти недели.
— Что вы хотите? — спросила я, и голос мой дрогнул.
— Во-первых, не «вы». Саша. Во-вторых, я хочу предложить тебе сделку. Не работу. Сотрудничество. Ты остаёшься школьницей. Живёшь своей жизнью. Но иногда… очень редко… если я попадаю в ситуацию, где не могу понять, кто друг, а кто враг, или что замышляет человек напротив… ты мне помогаешь. За одно такое «подслушивание» — хорошие деньги. И моя защита. Полная. Никто не будет тебя искать, кроме меня. И даже я — только в крайнем случае.
Он вытащил из бардачка конверт, положил его мне на колени.
— Это аванс. За прошлый раз. За спасённую жизнь. Без обязательств. Подумай. Мой номер у тебя есть. Когда будешь готова ответить — позвони. Или не звони. Но знай: моё предложение — это самый безопасный вариант для такой, как ты, в этом городе, в это время. Потому что я единственный, кто пока что знает, что ты есть. И я предпочитаю уникальные ресурсы не ломать, а беречь.
Он завёл машину, развернулся и поехал обратно. Я сидела, сжимая в руках толстый конверт. В нём не пахло деньгами. Пахло пропуском в другую реальность. Реальность, где я была уже не просто Леной Соколовой, а активом, за которым охотятся.Мы подъехали к тому же переулку. Игорь стоял на том же месте, согреваясь курением. Увидев машину, он резко выпрямился.
Александр остановился.
— Твой пёс верен. Цени это. И подумай над моими словами, Лена. Мир не делится на чёрное и белое. Он делится на умных и глупых. Выбирай, с кем ты.
Я вышла из машины. Дверь захлопнулась, и «девятка» бесшумно растворилась в вечерних сумерках.
Игорь подбежал.
— Всё нормально? Что он хотел?
— Всё нормально, — ответила я, суя конверт в глубину сумки. Мои пальцы дрожали. — Он просто… предложил работу. На удалёнке, — усмехнулась я
Игорь посмотрел на меня, понял, что это не вся правда, но не стал давить.
— Пошли домой, — сказал он просто. — Темнеет.
Мы пошли. А у меня в голове гудели его слова: «Уникальный ресурс». «Самый безопасный вариант». И где-то в глубине души, в той части, что принадлежала Елене Викторовне, холодный, аналитический ум уже начинал просчитывать варианты, взвешивать риски. Игра в прятки только что закончилась. Начиналась новая игра. И правила к ней диктовал мастер зигзагов.
Пока…