Страница 200 из 222
Глава 70
В ЦУМе
Я стояла на балконе, развешивая белье и думала, что экзамены как-то пролетели незаметно. Раз — и вот уже позади сочинение, математика, физика, биология. Остался только английский. Последний. Самый волнительный для многих, но только не для меня.
Я не боялась этого языка. Елена Викторовна, моя прошлая жизнь, знала его неплохо. А за долгую жизнь, почти семьдесят лет, я успела поездить по разным странам. Была в Англии, в Америке, в Канаде, в Австралии. Говорила с американцами, с британцами, с канадцами. Практиковала язык везде, где только можно. Конечно, сейчас, в теле семнадцатилетней девчонки, некоторые слова вылетали из головы, и акцент иногда давал о себе знать, но в целом я чувствовала себя уверенно. Я могла поддержать разговор на любую тему, понимала идиомы и сленг, читала английские книги в оригинале, всё это осталось со мной из прошлой жизни.
А вот Игорь переживал. Он был технарём до мозга костей, и языки ему давались хуже точных наук. Английская грамматика с её временами и исключениями казалась ему каким-то бессмысленным набором правил, которые невозможно запомнить. Мы вместе готовились, я диктовала слова, он писал, я проверяла, он переписывал. Читали тексты, переводили, разбирали грамматику. Иногда я злилась, когда он путал Present Perfect с Past Simple, но потом брала себя в руки и объясняла снова и снова.
— Всё будет хорошо, — сказала я ему за день до экзамена. — Ты всё знаешь. Главное, это не волноваться.
— Легко тебе говорить, — усмехнулся он. — Ты язык знаешь как родной. Я иногда думаю, что ты на нём даже думаешь.
— Не как родной, но знаю, — ответила я, не вдаваясь в подробности. — И ты знаешь. Просто не веришь в себя.
Он вздохнул, но кивнул. Я видела, как он старается, и это придавало мне уверенности.
Но кроме экзаменов, меня волновало ещё кое-что. Выпускной.
Я говорила себе, что всё это уже видела и проходила. В моей прошлой жизни у меня был выпускной, потом институт, потом работа, потом свадьба, потом пенсия. Всё это было. И всё равно я волновалась. Волнение одноклассниц, их шёпот, их споры о платьях, о причёсках, о том, кто с кем пойдёт, всё это передавалось и мне.
В школе перед и после консультаций только и разговоров было что о выпускном. Богатенькие Машка, Виолетта и Лариска собирались в кружок и взахлёб описывали свои наряды.
— Я по немецкому каталогу заказала, — хвасталась Машка, поправляя и без того идеальную причёску. — Там такое платье! Атласное, с открытой спиной. Оно пришло ко мне в конце мая, я уже оплатила и померила. Моя мама знакома с женщиной, которая работает с сделает прическу и накрасит.
— А я по чешскому, — подхватила Виолетта. — У них там сейчас мода на пышные юбки. Мне мама сказала, что хоть на выпускной я должна выглядеть как принцесса. Представляете, у меня будет целых три слоя фатина под юбкой!
— А у меня платье из «Берёзки» по чекам, папа достал, — скромно сказала Лариска, но в её голосе слышалась гордость. — Там такой фасон, что ни у кого больше не будет. Ткань французская, кружево ручной работы. Мама полгода копила, но оно того стоит.
— Ой, какая прелесть, — заахали девочки. — А покажешь? А какого оно цвета? А вдруг у вас двоих одинаковые будут?
— Нет, что вы, — засмеялась Машка. — У каждой своё. Я в голубом, Виолетта в розовом, а Лариска в белом. Все разные.
Я слушала их дома и смотрела на своё голубое платье, которое мама купила мне ещё в начале апреля года. Оно было красивым, скромным, но после рассказов о французских кружевах и чешских пышных юбках казалось каким-то… обычным. Дома я снова достала его из шкафа, разложила на кровати, отошла подальше, прищурилась. Голубое. Простое. С коротким рукавом и скромным воротничком. Хорошо, но не празднично.
В тот вечер я долго стояла перед зеркалом, критически разглядывая себя. Голубое платье висело на плечиках, и я вертелась перед ним, примеряя, представляя, как буду выглядеть в нём на выпускном. С кем я буду танцевать? С Игорем, конечно. Будет музыка, цветы, улыбки. А в этом платье я буду как все. Не хуже, но и не лучше.
— Нет, — сказала я самой себе, снимая платье с плечиков и убирая обратно в шкаф. — Я заслуживаю чего-то получше.
На следующий день я поделилась с Игорем.
— Понимаешь, — сказала я, когда мы сидели в сквере после школы, — я хочу красивое платье. Не такое, как у всех. Чтобы я в нём чувствовала себя… ну, особенной.
— А разве ты и так не особенная? — улыбнулся он. — Для меня ты всегда особенная.
— Ты меня не понял, — покачала я головой. — Я хочу, чтобы в этот день всё было особенным. И платье тоже. Чтобы я смотрела в зеркало и видела не просто Лену Соколову, а… не знаю… принцессу, что ли.
— Хорошо, — кивнул он. — Тогда поедем искать.
Мы решили действовать по плану. Сначала заехать в ГУМ, потом в ЦУМ, потом дойти до Детского мира вдруг и там что-тс будет приличное. Визит к Жорику оставляли на крайний случай, он мог предложить что-то дорогое и эксклюзивное, но лучше было сначала поискать легальные варианты. Тем более что у нас ещё оставались деньги от Саши, и мы могли позволить себе что-то получше, чем обычно.
ГУМ встретил нас прохладой и многоголосым гулом. Красная площадь сверкала на солнце, а внутри магазина было людно, как всегда. Мы вошли через главный вход и сразу попали в водоворот людей, запахов и звуков.
ГУМ в тысяча девятьсот восемьдесят восьмом году был не просто магазином. Это было место, куда приходили не только за покупками, но и просто посмотреть, погулять, встретиться с друзьями. Высоченные потолки, стеклянные крыши, через которые лился солнечный свет, мраморные полы, натёртые до блеска. Очереди у прилавков, продавщицы в белых халатах, покупатели с авоськами и кошёлками. Где-то играла музыка, где-то громко разговаривали, где-то плакал ребёнок.
Мы прошли в отдел одежды. Я смотрела на платья, висящие на плечиках, и пыталась представить себя в них. Но всё было не то. Либо фасон старомодный, со слишком широкими плечами, что совсем не шло к моей фигуре, либо ткань дешёвая, полиэстер, который в жару не продохнуть, либо цвет не мой, слишком яркий или слишком блёклый. Я вертелась у вешалок, перебирала вещи, но ничего не цепляло.
— Смотри, какое симпатичное, — с надеждой показал Игорь на платье нежно-розового цвета с кружевным воротничком.
— Слишком просто, — покачала я головой. — Не для выпускного. В таком можно пойти на семейный праздник.
— А это? — он указал на синее, с блёстками.
— Это для дискотеки, — отмахнулась я. — Не хочу быть как ёлка.
— А это?
— Это для моей бабушки, — фыркнула я.