Страница 34 из 48
В три часа ночи они позвонили в дверь к папе. Выбежала мачеха с притворными возгласами: «Ах, доченьки мои!» Нина шёпотом сообщила папе причину их прихода. Папа уложил дочек на тахту, жену — на узкий диван, а сам устроился рядом на полу. Сестрёнка сразу уснула, а к Нине сон не шёл. Стоило ей закрыть веки, как перед глазами возникал труп отчима. Чтобы отогнать это страшное видение, она мысленно продолжила препирательство с ним: «Ты обещал мне жёлтую жизнь, а сам окочурился!» Нина размечталась о том, что теперь папа сможет вернуться и они заживут как прежде.
Дочь слышала, как папа шёпотом рассказывает мачехе, что произошло. Та в ответ: «Пусть поживут! Какой разговор!» — а сама со страхом подумала, что теперь муж может вернуться обратно в семью. Мачеха подозревала, что он по-настоящему любит не её, провинциалку, а жену Валю.
Папа дочек тоже не мог уснуть. Он думал, что теперь, может быть, его Валечка примет его назад. Он так измучился, тоскуя по ней.
Мама закрыла дверь, где лежал покойник, и позвонила подруге. Та обещала утром приехать. Мама легла на постель Нины и решила, что никогда не простит дочери, что она оставила её наедине с трупом.
А труп лежал ничком на тахте и не думал ни о чём. Пусть люди думают. Квартирный вопрос решился сам собой…
Невеста
Женитьба — дело серьёзное!
Всё уже произошло — только что Рома представил меня своим родителям как будущую жену. Отец его обрадовался, а мама расплакалась — наверное, из-за моего не соответствующего торжественности момента наряда: ситцевый халатик и шлёпанцы.
Как же это случилось? Как я этого добилась? Сама не пойму!
Я люблю Рому уже полгода, и он тоже меня любит. Я чувствую это, я знаю. Но Рома очень робок, наверное, поэтому он и не решается сделать мне предложение. Только позавчера мы вернулись с ним из Домбая, переполненные впечатлениями: снежные горы, солнце, любовь! Вернулись в Москву каждый к своим родителям.
Я звоню Роме на другой день на работу, спрашиваю, когда вечером встретимся, а он как-то холодно мне отвечает, что некогда и вообще много работы, и вешает трубку. У меня от этих слов и, главное, тона голова закружилась, я стала задыхаться, сердце чуть не выскочило. Выпила валерьянки. Вот бы заплакать, но слёз не было. У меня в голове не укладывается, как такое можно говорить после всего, что с нами было!
Я позвонила приятелю Денису, который уже год безуспешно добивается моей руки, и предложила ему встретиться. «Когда?» — спросил он. «Прямо сейчас!» — ответила я.
Денис сорвался с работы. Мы встретились в кафе. Там я ему сообщила, что согласна стать его женой. Будто бес в меня вселился. Сама предложила немедленно поехать к нему на квартиру. Вошли, я осмотрелась — хорошая двушка в новом доме обставлена стильной мебелью, обои, картины, покрывало, всё в пастельных тонах, только шторы в дикую красную полоску. Я решительно направилась в спальню. Огляделась. Попросила Дениса выйти.
Разделась догола, села на широкий подоконник, поставила на колени телефон (благо провод дотянулся). Позвала Дениса. Тот вошёл и обомлел. Я сказала, что это всё очень серьёзно. Набрала номер, попросила пригласить Романа. Он взял трубку. Я вдохнула, выдохнула и отчеканила:
— Роман, я сижу совершенно голая на подоконнике в квартире Дениса. Выхожу за него замуж. Вечером я познакомлю его с предками. Всё, прощай! — и опустила трубку. Глядя в окно на облака, сказала: — Денис, выйди, пожалуйста! Мне надо одеться!
Я медленно, трясущимися руками, с трудом попадая в трусы, колготки, рукава, оделась. Вышла на кухню и, глядя в упор на испуганного и потрясённого Дениса, сказала:
— Теперь ты понимаешь, что я серьёзно! Обратной дороги нет! — Помедлила и выпалила: — Очень есть хочу! Нет, чаю!
Выпила три чашки чаю и съела полбанки вишнёвого варенья.
Вечером мы с Денисом с тортиком, бутылкой вина и цветами приехали на дачу к моим предкам — бабушке с дедом. Они радовались. Мы сидели за столом, ели тортик и пили красное вино за наше счастье.
Я случайно опрокинула рюмку и залила своё шикарное английское бирюзовое платье. Пришлось переодеться в халат и пойти в кухню отстирывать пятно. В это время раздался звонок в калитку. Я открыла дверь в сад и увидела на пороге разъярённого Романа.
— Надо поговорить! — почти прорычал он.
— Поздно! — ответила я.
— Прошу тебя, молю! — произнёс Рома нежным шёпотом. Я не смогла противиться.
Мы вышли, взялись за руки, и он повёз меня на автобусе к своим родителям знакомиться. Переодеться он мне не дал, наверное, боялся, что опомнюсь и передумаю. Вот почему я предстала перед его родителями в таком чудном виде — в халате и шлёпанцах. Вошли в квартиру. Роман вывел меня на середину комнаты и объявил:
— Это моя невеста!
Моё появление оказалось полной неожиданностью.
Потом мы поехали обратно ко мне, чтобы познакомить моих предков с Романом. Приехали, а там Денис чуть не плачет, а мои родные его утешают. Я про Дениса совсем забыла. Извинилась, сказала, что передумала, и закрыла за ним дверь.
Бабушка с дедом на меня смотрели как на больную. Бабушка плакала, ей очень понравился Денис — выгодная партия, начальник отдела министерства. Дед ничего не мог понять.
Мы теперь уже с Романом посидели с моими предками за столом, доели тортик, выпили вина за наше счастье и объявили, что завтра утром подадим заявление в ЗАГС. Я проводила Романа до двери. Мы обнялись. Я его невеста!
Пришла к себе в комнату, легла на кровать и не могу понять: как всё случилось?
Я стала другой! Я теперь ничего не понимаю: это всё сон или не сон?
Вспомнила сегодняшнее утро.
Как я встала счастливая, что позвоню на работу Роману, как мы пойдём с ним в наше кафе «Тюльпан», как он придёт с цветами и сделает мне предложение.
Накануне на вокзале у поезда после отпуска в горах, когда мы с ним прощались, он с такой любовью на меня смотрел и сказал, что завтра меня ждёт сюрприз.
Я с десяти утра стала ему звонить. Отвечали, что он то ещё не пришёл, то вышел, то на совещании. И вот, когда наконец я дозвонилась, я услышала чужой, холодный, отстранённый голос. Я не могла этого вынести! Я поняла, что могу его потерять! Надо действовать! Но как? Будто бес в меня вселился. Позвонила знакомому Вове, не застала, потом Саше — тот в командировке. Позвонила Денису. Он взял трубку…
Как говорится, кто не спрятался — я не виновата!
Женитьба — дело серьёзное! Я невеста!