Страница 35 из 48
Почему королева не вернётся в Коктебель
По несчастью или к счастью, истина проста.
Никогда не возвращайтесь в прежние места… Геннадий Шпаликов
В советской московской семье родилась принцесса, но не просто принцесса, а самая настоящая сказочная принцесса. Родители об этом не знали, бабушка догадывалась, а сама девочка была уверена в своём царственном происхождении. Она никогда и никому не рассказывала, кто она на самом деле. Принцесса окончила школу, институт, поступила на работу и вышла замуж по любви. Для того чтобы заработать на первый взнос за кооперативную квартиру, молодожены на год поехали в командировку в Киргизию, на строительство Токтогульской ГЭС.
Всегда и везде, что бы она ни делала: стирала, готовила, мыла посуду или полы, шила, стояла в очереди, перебирала тухлые помидоры, картошку, лук на овощной базе вместе с другими инженерами и учёными, — всегда и везде принцесса ощущала на своей голове корону. Эту корону, кроме неё, конечно, никто не видел, но принцессе это было неважно. Главное — она верила, что когда-нибудь сияние её короны заметит истинный принц или король, и он позовёт её в своё волшебное королевство.
Спустя два года после командировки в Киргизию принцесса с мужем отправились в Крым провести очередной отпуск. У автобусной остановки посёлка Коктебель их подобрала хозяйка и привела на постой в сарайчик без окна, с сетчатой дверью. На земляном полу стояли две железные кровати с одеялами и подушками, а между ними стул. Вода из колонки и туалет во дворе.
Принцесса попросила хозяйку:
— Пожалуйста, поставьте в комнату тазик и кувшин для воды.
На что хозяйка ворчливо ответила:
— Тоже мне прынцесса!
Но тазик и кувшин принесла. Всё это счастье стоило им два рубля в сутки. Супруги оставили чемодан и побежали на море купаться.
На пляже их неожиданно окликнул знакомый, с которым они встречались в Киргизии. Он работал журналистом и внештатным фотокорреспондентом журнала «Юный натуралист». Журналист прибыл сюда на день раньше и уже освоился. Он немного старше и опытнее их. Супруги оставили рядом с ним вещи и с восторгом бухнулись в море. Принцесса плавала наперегонки с мужем, ныряла или покачивалась на спине на волнах, как морская звезда. Она дышала и не могла надышаться морем. На пляже, лёжа на тонком одеяле, принцесса ощущала тепло и округлость гальки, смотрела на волшебные световые танцы облаков и воображала себя среди них. Почти неслышно накатывали волны, вскрикивали чайки, где-то далеко плакал ребёнок, смеялись женщины, нетрезвая компания распевала песни под гитару. Пахло водорослями, рыбой, дымом далёкого костра. Эту негу нарушил громкий возглас журналиста:
— Сегодня купаемся и отдыхаем, а завтра — на Кара-Даг!
Он театрально указал на скалы, угрожающе высокие, похожие на грозные неприступные башни готического замка. Казалось, что его островерхие крыши обиты листами поржавевшего железа и плавятся в закатных лучах солнца. Журналист пафосно сообщил, что купил путеводитель по Кара-Дагу, развернул его и начал вслух читать, каким маршрутом они завтра пойдут в горы. Принцесса слушала вполуха. Вдруг она услышала: Сердоликовая бухта, ущелье Гяур-Бах, Золотые ворота, Хоба-Тепе, Иван-разбойник, Чёртов палец, Чёртов камин. Эти слова она восприняла как магические заклинания, которые откроют ей вход в волшебное королевство.
И чудо произошло! Утром принцесса со своими подданными (мужем и журналистом, которые не подозревали, что они её подданные) торжественно взошла по тропе в свою сказочную горную страну Кара-Даг. Впереди шёл журналист, за ним принцесса, а замыкал шествие муж. Мечтая, как и почти все москвичи, загореть до шоколадного оттенка кожи, наши герои, покинув посёлок, убрали в сумки сарафан, джинсы и рубашки. На принцессе остались только купальник и широкополая соломенная шляпа с синей лентой, а на мужчинах — плавки, кепки и сумки с фотоаппаратами через плечо.
Они миновали старинные развалины и оказались на поляне. Узкая тропа прорезала густые заросли пышно цветущей дикой мальвы, чьи высокие стебли, усеянные крупными бело-розовыми цветами, приветствовали принцессу подобно почётному караулу. Шествие сопровождал многоголосый хор шмелей и птиц. Порхали стаи разноцветных бабочек. Высоко в зените парил сокол. Пьянил жаркий воздух. Лёгкий ветерок приносил то нежные ароматы цветов, то терпко-горькие запахи чабреца. На залитую солнцем траву из-за камней выскальзывали и прятались прыткие ящерицы.
Принцесса ощутила мощный прилив энергии и невероятную лёгкость во всём теле. Ей казалось, что она не идёт, а летит над тропой. Её, всегда осторожную, охватило неведомое чувство отваги и бесстрашия.
Тропа заколдованного царства словно заманивала принцессу вглубь, открывая всё новые, один другого величественнее, пейзажи: мрачные провалы пещер — и нежная трава в расселинах камней; раскалённые осыпи — и хороводы тенистых рощиц; таящие смертельную опасность обрывы скал — и ласковый плеск волн у их подножия.
Принцесса со спутниками поднялась к скалам хребта Хоба-Тепе, где миллионы лет назад застывшая лава изваяла огромные статуи. Король с Королевой в коронах и в ниспадающих до земли мантиях будто вечно торжественно шествуют к массивному Трону, воздвигнутому над морем; а там тесно сгрудилась Свита, почтительно, на некотором расстоянии следующая за «царственной четой». Здесь принцесса торжественно произнесла клятву верности царству Кара-Даг и отправилась с благоговением выполнять обряд посвящения в королевы. Для этого она совершила опасный спуск в Разбойничью бухту и проплыла под Золотыми воротами.
Новоиспечённая королева внимательно исследовала своё наконец обретённое королевство. Она исходила почти все его тропы. Королева не только любовалась и наслаждалась Кара-Дагом, но и прочувствовала его: ступнями, потеющими от страха и скользящими по осыпи; ладонями рук, цепляющимися за шероховатый камень; кожей лица и шеи, влажными от стекающего пота; ноздрями, вдыхающими запахи нагретых трав и морской соли. Самыми опасными оказались не подъёмы, а спуски по крутизне, когда не видишь, куда ставить ногу. Королева оплывала Кара-Даг морем и даже заплывала в чёрное жерло Ревущего грота, где преодолела страх оказаться в мрачном подземном царстве.