Страница 68 из 90
В стороне от обочины лежал человек в форме охраны Академии. Лежал на спине, с широко раскрытыми глазами, с катализатором в кобуре и, на первый взгляд, целый и невредимый.
Но светлячки, перемещаясь, то и дело заставляли переливаться бордово-алым цветом растёкшуюся у мужчины под головой лужу.
— Мёртв, — констатировал Громов сухо, закончив озираться в ожидании нападения. Впрочем, беззвучно появившаяся подле него стальная махина размером с башенный щит так и продолжала следовать за ним. — Недавно убит.
Виктор сглотнул, но заставил себя подойти поближе. Вновь мазнул взглядом по трупу, прежде чем сойти с обочины и углубиться в парк. Его светлячки замелькали среди деревьев, но вызвали одновременно разочарование и облегчение — Мариэллы поблизости не было, ни мёртвой, ни живой.
Пока Шталь рыскал по округе, Громов успел запустить в небо долгоиграющий и пульсирующий жёлтыми всполохами сигнальный огонь — ему такая материализация была хорошо знакома.
— Его со спины закололи, — глухо прозвучал голос Димы, поднявшись с корточек. — Чем-то узким. Но нападения он не ждал — катализатор в кобуре, тело аккуратно тут уложили…
— Свой ударил? — предположил Виктор, нервно озираясь. — Дим, надо что-то делать…
— Мы там просто сдохнем, — ответил брюнет, поджав губы. — Если полезем туда одни — умрём. Кто бы это ни сделал, а опытного военного он устранил. Вик…
— Да?
— Бегом в центральное крыло, — приказал Дима тоном, не терпящим возражений. — Найди охрану, гвардейцев, хоть чёрта лысого. Всех поднимай, кого сможешь. Я останусь здесь на случай, если охрана сюда прибудет раньше, чем ты добежишь.
— Но… — начал было Виктор, но Громов не дал ему продолжить.
— Живо! — рявкнул он, и блондин, сжав зубы, кивнул.
Виктор развернулся и побежал к центральному крылу так быстро, как только мог. Вот только не успел он удалиться и на полсотни метров, как в стороне, между центральным и женским крыльями, внезапно полыхнуло.
Ослепительная вспышка озарила кроны деревьев, а спустя мгновение до них докатился и звук — глухой, утробный грохот взрыва, смешанный с отвратительным скрежетом рвущегося на куски металла.
— Лекс, твою-то…
Громов, грязно выругавшись, сорвался на бег.