Страница 21 из 65
— Какая плотность… И стыковка узлов добротная, — пробормотал ветеран. В интонации бывалого воина слышалось откровенное почтение. — Пожалуй, этот барьер сейчас надежнее, чем главные врата нашей базы.
Он круто развернулся на каблуках. Сгорбленный книжник Хао мирно стоял в тени у стены с опорой на суковатую палку. Ученый деликатно покашливал в кулак, всем своим поникшим видом сигнализируя о крайней степени физического истощения.
Кровь разом покинула щеки мастера Цяня. Двойной подбородок аристократа затрясся, пока потные пальцы судорожно сгребали края дорогого халата. Бродячие ремесленники сзади ошарашенно переглядывались.
Мин оторвал лопатки от стены. Хитро щурясь, он перевел взгляд с обновленного барьера на бледного толстяка.
— Кхм-кхм… — прокашлялся начертатель в повисшей над тоннелем звенящей тишине. — Мастер Цянь. Моя память нынче слаба, да и концентрация подводит. Но, помнится, перед тем как меня отправили на этот сквозняк, здесь прозвучало весьма интригующее публичное обещание.
Цянь нервно отшатнулся.
— Я… Это просто оборот речи! Метафора! — заверещал богач. Лицо его покрылось блестящей испариной. — Мы же цивилизованные практики, мы не обязаны воспринимать подобный юмор буквально!
— На пути Дао, — оборвал этот визг тяжелый, царапающий бас воина Железной Лозы, — публичная клятва имеет вес. Тот, кто швыряется обещаниями впустую, вообще не должен открывать рот.
Офицер опустил ладонь на эфес широкого клинка. Аура пика Формирования Потока ударила по узкому перекрытию, обрушив весь свой локальный вес на одного конкретного болтуна. Цяня вдавило в землю. Колени с отчетливым стуком приложились к камню.
— Строю обещали зрелище, ремесленник. Исполняй своё обещание, или не получишь ни камня за свою работу.
Спешно отпрянувшая толпа оставила Цяня корчиться на полу в полном одиночестве. Сбоку изумленный Горн во все глаза таращился на доходягу-ученого, который одной тихой репликой заставил ветерана Формирования Потока работать своим личным вышибалой.
Сам же Мин лишь мельком взглянул на Горна, отметив, что тот еще больше раздался в плечах, а его руки украшали грубые обмотки из толстой конопляной веревки. Колючая серая пенька плотно ложилась виток к витку, стягивая ладони в монолитные узловатые кулаки. Сам Горн, конечно же, узнать Мина не мог.
Толстяк тем временем дрожал. Издав тихий, унизительный скулеж, он выудил из складок одежды инструмент ручной работы из лунного дерева и соболиной шерсти. Такая кисть стоила баснословных денег.
Все смотрели на него в ожидании, и никто явно не собирался заступаться за богача, так небрежно бросившего столь глупое обещание.
Аристократ надломил лакированный черенок. Тихие, ехидные смешки коллег ударили по его самомнению больнее клинка. Давясь слезами, мужчина с отвращением засунул лохматый пучок в рот и принялся остервенело жевать эту сухую дрянь. Острые волоски царапали нёбо, вызывая рвотные спазмы, а на подбородке смешалась кровь из поврежденных десен со слюной. Хваленая гордость столичного гостя крошилась прямо в труху около измазанных пеплом сапог ученого.
Юноша наблюдал за трапезой с полнейшим равнодушием.
«Слабак, — пронеслась в уме спокойная мысль. — Даже собственную гордость толком проглотить не может».
Установленный в ущелье барьер гудел, перемалывая хаос, а безграничный авторитет болезненного «мастера Хао» отныне железно закрепился среди местного командования. И начертатель прекрасно осознавал: нужный ему пропуск во внутренний двор Обители Серого Пика практически лежал у него в кармане.
* * *
Под гулкими сводами главного зала форпоста Железной Пасти чадили редкие факелы, однако их тусклый свет не мог разогнать сгустившийся полумрак.
Выжившие ученики Обители Серого Пика жались друг к другу в неровной шеренге, а Мастер Обители мерно вышагивал перед строем. Его тяжелая аура давила на израненных юнцов с жестокостью падающей скалы. Практик скользил по ученикам равнодушным взглядом рыночного торговца, прикидывающего убытки от партии бракованного мяса, потому что любая слабость на пути культивации закономерно вызывает лишь глухое раздражение.
— Ущелья кишат тварями! — голос Мастера Обители хлестнул по рядам. — И пока начертатели латают дыры в куполе, мы должны зачистить территорию. Провал Мертвых Костей пульсирует темной ци, так что если мы не отправим туда разведку прямо сейчас, к полуночи оттуда хлынет волна и попросту сметет наши южные ворота!
Шеренга ответила судорожным вздохом, ведь даже бывалые наемники старались не произносить название Провала Мертвых Костей вслух. Отправить туда измотанных первогодок означало добровольно засунуть кусок мяса в пасть демону исключительно ради выигрыша времени. Верная смерть!
Мастер остановился и ткнул обтянутым кожаной перчаткой пальцем в двух едва державшихся на ногах учеников.
— Ты. И ты.
Затесавшийся в тень колонны среди остальных ремесленников Мин сузил глаза. Указующий жест уперся точно в Горна, чье левое плечо стягивала пропитанная свежей кровью тряпка, а затем переместился на бледного Дэ Шена, побелевшие пальцы которого намертво вцепились в рукоять меча ради сохранения равновесия.
— Вы двое отправитесь в Провал, — безапелляционно отрезал Мастер Обители. — Прочесать ущелье на тысячу шагов, после чего вернуться с докладом, а отказ приравнивается к измене секте.
Широкие плечи Горна дернулись. Верзила до хруста сжал здоровый кулак, в то время как Дэ Шен лишь медленно прикрыл глаза, покорно опуская голову. Парни прекрасно поняли, что их только что списали в расход ради остальной группы.
В повисшей над залом тишине вдруг раздался булькающий кашель. Сгорбленная фигура в потертом халате неловко отделилась от жмущихся к стенам начертателей, и книжник Хао медленно вышаркал прямо на середину помещения, тяжело опираясь на свою суковатую палку.
— Кхм… кхм… Почтенный Мастер, — просипел Мин. Его дребезжащий голос заставил присутствующих удивленно обернуться. — Вы уж простите этого ничтожного ученого за дерзость… но боюсь, ваши приказы тут слегка расходятся с моими скромными потребностями.
Практик Обители медленно повернул голову. Аура пика Формирования Потока угрожающе сгустилась над каменными плитами, ведь какой-то бродячий рисовальщик, пусть и доказавший свою временную полезность, посмел прервать его прямо перед строем.
— Что ты сказал? — прорычал он.