Страница 55 из 62
Леди Арвелл чуть улыбнулась.
— Те, кто понимает устройство дома.
— То есть те, кто его построил.
— Те, кто удерживал его веками.
— На чьих именах?
Улыбка исчезла.
Ровен едва заметно склонил голову, будто оценил удар.
Старший лорд из рода Рейн поднялся.
— Леди Тарс-Вельт, вы должны понимать: открытое дело против брачного Совета подорвёт не
только виновных. Пострадают семьи, дети, наследования, союзы. Вы можете получить
справедливость для себя без того, чтобы втягивать в разрушение весь драконий порядок.
Лиана повернулась к нему.
— Ваш род фигурирует в деле Марины Эшр.
Он застыл.
— Обстоятельства того развода были законными.
Марина подняла руку.
Неуверенно.
Но подняла.
— Моя магия исчезла после вашего законного развода, лорд Рейн.
Он не посмотрел на неё.
И это было ответом.
Лиана почувствовала, как внутри поднимается та самая холодная сила, но теперь она была не
только её. За ней стояли женские голоса. Кто-то говорил дрожащими губами, кто-то молчал с
застывшим лицом, кто-то вовсе исчез. Но все они были здесь.
Даже пустой стул Эльзы.
— Я отказываюсь от сделки, — сказала Лиана.
Судья Саэрн посмотрел на неё внимательно.
— Вы уверены?
— Нет.
По залу прошёл шёпот.
Лиана подняла голову.
— Я боюсь. Я устала. Я понимаю, что после этого половина семей в этом зале будет считать
меня угрозой. Но я отказываюсь.
Она повернулась к леди Арвелл.
— Потому что вы предлагаете мне не справедливость. Вы предлагаете мне стать самой дорогой
из замолчавших женщин.
Тишина стала острой.
Ровен тихо сказал:
— Формулировку стоит сохранить.
— Суд переходит к доказательствам, — произнёс Саэрн.
И тогда Лиана вышла в круг.
Не Ровен.
Она.
Он мог говорить лучше, резче, точнее. Мог разрезать любую фразу противника, мог сделать из
свидетеля пепел, не повышая голоса. Но это дело началось с её имени.
И сейчас оно должно было прозвучать её голосом.
— Ваша честь, — сказала Лиана, — утром меня привели в Палату брачных клятв, чтобы я
подписала развод. Без уведомления. Без поверенного. При свидетелях. В документах был пункт,
согласно которому три года назад я якобы добровольно отказалась от самостоятельного имени,
подписи и права владения.
Она подняла запястье.
Печать хранительницы не вспыхнула во всю силу, но бело-золотой круг проявился над кожей.
— Брачная метка не погасла. Она заявила: «Клятва не расторгнута. Сторона подменена». Позже
суд установил: моё имя удержано насильно. Развод был невозможен, потому что сторона, которую
заставляли подписать отказ, уже была лишена свободной воли в реестре.
Ровен положил на судебный стол первую пластину.
— Карта обращений к делу Лианы Тарс-Вельт, подтверждение закрытого изменения три года назад
и повторное подтверждение три дня назад личной печатью Эйрана Вельта.
В зале повернулись к Эйрану.
Он не шелохнулся.
— Далее, — продолжила Лиана, — было установлено, что мой брачный договор имеет первичную
закрытую версию. В ней я признана старшей стороной клятвы, распорядительницей брачной
прибыли и хранительницей спорной клятвы при долгах дома Вельтов. Этот договор был подменён в
открытой копии.
Иллара передала судебную копию настоящего договора.
Серебряные линии суда приняли её. Над столом появились золотые строки.
Имя Лианы стояло первым.
По залу прошёл другой шёпот.
Не возмущение.
Страх.
Многие только сейчас поняли, что дело не просто о разводе. Не о скандале с любовницей. Не о
бывшей жене, которая отказалась уходить.
О праве женщины оказаться выше дракона в документе, который все считали мужским по сути.
— Затем, — Лиана взяла браслет и положила его на белую судебную ткань, — обнаружено, что
браслет, изготовленный мастером Риорном по моему заказу как дар Палате, был выдан Селине
Арвелл по доверенности дома Вельтов при участии неизвестного хранителя Палаты. Браслет
использовался для попытки подменить меня как сторону клятвы. Попытка была активирована в
закрытом архиве и отклонена настоящим договором.
Селина сидела неподвижно.
Но её мать смотрела уже не на Лиану.
На браслет.
На миг в её лице мелькнула досада.
Не страх.
И это было страшнее.
— Также, — сказала Лиана, — найдены пять дел женщин, у которых после развода исчезли имена,
магия, имущество, дети или репутация. Их дела были оформлены как добровольные отказы, ошибки
плетения или нестабильность клятвы. В каждом случае фигурировали серые узлы и сходные коды
доступа.
Неста, стоявшая у края зала, передала Ровену папки.
Он назвал имена.
— Тавия Сорн.
Тавия встала.
— У меня забрали сына, потому что после отказа от имени я стала «недостаточно родовой
матерью».
— Марина Эшр.
Марина поднялась.
— Мою магию передали в род мужа как часть компенсации.
— Орина Веллар.
Орина встала, сжимая письмо.
— Меня заставили молчать угрозой будущему моей сестры.
— Сайна Морв.
Сайна подняла коробку.
— Меня объявили нестабильной, когда я сказала, что не подписывала отказ добровольно.
— Эльза Тарнелл, — произнёс Ровен.
Пустой стул остался пустым.
— Местонахождение неизвестно. В деле указано, что она уехала добровольно. Подтверждения
нет.
Лиана посмотрела на судей.
— Я прошу суд признать: это не ошибки. Это система.
Старшая леди Арвелл поднялась.
— Это обвинение без прямого доказательства участия Совета равновесия.
— Нет, — сказала Иллара.
Все повернулись к судье.
Она положила на стол папку, найденную в архиве.
— В закрытом судебном хранилище обнаружено дело о подготовке изъятия имени Эйрана Вельта.
Оно содержало план использования брачного скандала, финансового нарушения и злоупотребления
печатью для отстранения канцлера. В деле указана возможность передачи доступа к закрытым
протоколам через подготовленную брачную линию С. Арвелл.
Селина закрыла глаза.
Её мать не изменилась в лице.
Ни на миг.
— Подделка, — сказала она.
— Возможно, — ответила Иллара. — Поэтому мы проверили следы доступа.