Страница 33 из 62
Глава 7. Цена чужой власти
Лиана перечитала строку трижды.
Слова не менялись.
Они лежали на бумаге неровно, будто человек писал быстро и не за столом, а где-то на
колене, в темноте, оглядываясь через плечо. Чернила местами легли гуще, на последней букве
хвост сорвался вниз, словно рука дрогнула.
Ваш муж.
Не лорд Вельт.
Не канцлер.
Не Эйран.
Ваш муж.
Тот, кто писал, знал, куда ударить.
Лиана стояла посреди узкой гостевой комнаты, босая, в помятом платье, с догоревшей свечой
на столике и с брачной меткой, которая тихо тлела под кожей. За дверью не было ни звука. Ни
шагов. Ни дыхания. Только снизу, из конторы, доносился отдалённый скрип дерева, будто старый
дом Ровена Кайра тоже не спал.
Она не сразу позвала.
Сначала подошла к двери и прислушалась. Потом опустилась на колени и посмотрела в щель у
пола. Тёмный коридор. Пусто. Конверт протолкнули и ушли.
Или всё ещё стояли там, где их не видно.
Лиана сжала письмо в руке.
Её первая мысль была странной.
Не о том, что это ловушка.
Не о том, что кто-то проник в дом поверенного.
А о том, что Эйран, возможно, сейчас тоже не спит.
Где он? В доме Вельтов? В Палате? В своём кабинете, где на стенах висят карты брачных
линий, а на столе лежат документы, которыми он привык распоряжаться как судьбами? Или у
Селины? Нет. После суда он не поехал бы к ней. Слишком много трещин, слишком много
свидетелей, слишком много вопросов.
«Он следующая жертва».
Лиана разозлилась на себя.
Письмо не должно было вызывать тревогу за него. Не после Палаты. Не после городской
развалины на Малой Свечной. Не после его подписи под подтверждением записи. Не после того,
как он привёл Селину и предложил Лиане уйти без имени.
Но тревога всё равно пришла.
Ненавистная. Живая. Слишком быстрая.
Лиана ударила кулаком в дверь.
Три коротких стука.
Один длинный.
Как велела Неста.
Ответ пришёл почти сразу. В коридоре что-то шевельнулось, и голос помощницы прозвучал тихо:
— Леди Лиана?
— Это я. Откройте.
— Отойдите от двери.
Лиана отошла.
Замок щёлкнул не обычным ключом, а сухой короткой магией. Дверь открылась, и Неста вошла
первой — в сером халате поверх ночного платья, с тонким ножом для вскрытия писем в руке. За
ней появился Ровен.
Он выглядел так, будто не спал вообще. Рубашка расстёгнута у ворота, жилет накинут кое-как,
волосы растрёпаны, но глаза ясные и злые.
— Кто? — спросил он.
— Не знаю.
Лиана протянула письмо.
Ровен не взял его пальцами. Неста быстро подала ему плоские щипцы из кармана халата, будто
такие вещи всегда носила с собой ночью. Он подхватил лист, поднёс к свече, потом к
маленькому круглому зеркалу, которое достал из внутреннего кармана.
— Без печати, — сказал он.
— Я вижу.
— Без родового запаха.
— У писем есть запах рода?
— У тех, что пишут идиоты из высших домов, — да. Они любят дорогую бумагу, родовые чернила,
магические оттиски и прочие способы сказать следователю: «Это я, поймайте меня». Здесь
ничего.
Неста присела у порога и провела пальцами по полу.
— Бумага сухая. Пыль у щели нарушена, но следа обуви нет.
— Значит, маленький посыльный? — спросила Лиана.
— Или человек, который умеет не оставлять следов, — ответила Неста. — Это хуже.
Ровен перечитал строку.
— «Ваш муж не главный враг. Он следующая жертва». Какая заботливая неизвестность. Всегда
мечтал получать угрозы с семейными уточнениями.
— Это угроза? — спросила Лиана.
— Это попытка заставить вас сделать глупость.
— Например?
— Побежать к Вельту посреди ночи. Предупредить. Показать письмо. Дать ему возможность
решить, что вы всё ещё реагируете на слово «муж» быстрее, чем на слово «суд».
Лиана сжала пальцы.
— Я не собиралась к нему бежать.
Ровен посмотрел на неё.
Молчаливо.
Неприятно.
— Не собиралась, — повторила она жёстче.
— Хорошо, — сказал он. — Тогда думайте. Кому выгодно, чтобы вы начали сомневаться в его
виновности именно сейчас?
— Селине.
— Слишком очевидно.
— Или тому, кто хочет, чтобы я считала это работой Селины.
— Уже лучше.
Неста поднялась.
— Есть ещё вариант. Кто-то действительно предупреждает.
Ровен поморщился.
— Неста, прошу, не порть ночь оптимизмом.
— В этом доме оптимизм давно умер. Я говорю про расчёт. Если Эйран Вельт следующая жертва,
его падение может уничтожить часть доказательств. Или сделать его удобным виновником.
Лиана медленно повернулась к ней.
— Удобным виновником.
Неста кивнула.
— Сейчас всё ведёт к нему. Его печать. Его должность. Его подтверждение три дня назад. Его
попытка развода. Его невеста с доступом к вашему делу. Если он завтра окажется полностью
виновным, суду будет проще закрыть дело на нём.
— И не искать систему, — сказал Ровен.
Лиана вспомнила слова Эйрана в коридоре суда:
«В закрытом архиве Палаты есть не только запись о твоём имени. Есть протоколы по другим
бракам, где проявлялись серые узлы».
Пять. Может быть, шесть.
Если Эйран станет единственным виновным, эти женщины снова исчезнут.
Их имена останутся в закрытых протоколах, аккуратно подписанных чужой рукой.
— Он говорил о других делах, — произнесла она. — О женщинах с серыми узлами. До нашего
брака. В первые годы его службы.
Ровен перестал смотреть на письмо.
— Он сказал это прямо?
— Да. Пять или шесть случаев. Их закрывали как ошибки клятвенного плетения. Женщины
подписывали отказ, семьи выплачивали компенсации, Палата закрывала протоколы.
Неста быстро выдохнула.
— Вот оно.
— Что?
— Мотив молчать всем. Если это не одно дело, а серия, то замешана не только семья Вельтов.
Палата. Хранители. Судьи. Рода, которые получили выгоду от исчезновения жён.
Ровен положил письмо на стол.
— И род Арвелл, который внезапно ведёт свою красавицу к креслу канцлера через новый брак.
Лиана подняла взгляд.
— К креслу канцлера?
— Вы правда думаете, Селина хочет просто мужа?
Ровен произнёс это без насмешки.
И оттого вопрос прозвучал страшнее.