Страница 51 из 82
«Я влюбилась в нее с первой минуты, как только ее увидела», — наконец сказала она.
«Когда это было?»
«Прошлым летом. Она приехала сюда в поисках жилья. Увидела объявление о сдаче верхней квартиры, которое я вывесила в местном магазине. Она была похожа на беспризорницу... одинокая, тревожная, напуганная».
«Чего она боялась?»
«Мужчины, конечно!» Эдди скривила губы. «Он избивал ее, заставлял ее выйти замуж против ее воли. Я приютила ее, заботилась о ней, помогла ей обустроиться. А потом эти другие существа начали ее донимать».
«Существа?»
«Парни из колледжа. Она мне о них рассказывала. Там был один бородатый художник, она называла его Поппа Барни. Он постоянно лез в ее жизнь, читал ей нотации, командовал ею. Я пытался убедить ее от него отделаться, но она всегда говорила: «Но, Эдди, он хочет как лучше, и он такой добрый». Добрый!» Еще один безрадостный хохот. «Он ее еще и бил, ты знал об этом?»
«Я знаю, что он ударил ее однажды, прямо перед тем, как ее убили. У него больше не было возможности с ней поговорить, и он никогда себе этого не простит. «Она рассказала тебе, из-за чего была ссора?»
«Рассказала!» Слабая, саркастическая улыбка смягчила суровые черты лица Эдди. «Мы хорошо посмеялись над этим, как только она оправилась от шока. «По крайней мере, — сказал я ей, — он больше не будет тебя беспокоить, теперь, когда он думает, что у тебя будет мой ребенок. «Теперь тебе осталось только избавиться от этого мерзкого типа по средам и начать строить свою собственную жизнь».
«Кто был этот мерзкий тип по средам?»
«Ее босс — Шерголд, так его зовут. Она уговорила его разрешить ей посещать уроки рисования… за определенное вознаграждение, конечно». Эдди изобразил приступ тошноты. «Это тот самый Барни вбил ей в голову идею преподавания. «Иронично, не правда ли?»
«И Шерголд приходил к ней регулярно?»
«Как я уже сказал, каждую среду днем. Не знаю, как она это терпела, но она говорила, что чувствовала себя обязанной. Она была такой». Эдди улыбнулся с нежностью и грустью. «Мягкая, как швабра. «Он такой подавленный, Эдди», — сказала она мне после первого раза. «Мне было так жаль его». Жаль! Я бы ему яйца размозжил!»
Сибил тихонько цыкнула и вздрогнула, словно только что обнаружила неприятного насекомого на одном из своих цветов. Мелисса нахмурилась, покачала головой и приложила палец к губам, но Эдди, похоже, этого не заметил.
«Ты когда-нибудь встречался с кем-нибудь из этих мужчин?» — спросила Мелисса.
«Я никогда не встречался с Барни, но другого я однажды мельком видел, он бегал по двору, как нервный кролик. Выглядел как настоящий мелкий придурок!» Эдди скривил губы. «Он привык тайком ускользать из колледжа, надев запасную куртку, чтобы никто не заметил его отсутствия. Каждую среду днем он мчался сюда, зажимал Энджи и мчался обратно. Она это ненавидела, я знаю, что ненавидела». Каждое слово было покрыто грубой коркой отвращения. «Она просто не могла заставить себя сказать ему, чтобы он отвалил».
Так вот, подумала Мелисса в озарении, это и имела в виду Глория, когда назвала Шерголда «человеком с двумя куртками». На этой вешалке когда-то висела запасная куртка — но где она теперь?
«Да, это вполне соответствует всему, что я слышала о ней», — сказала она Эдди. После паузы она добавила: «И ты надеялась, что однажды она совсем перестанет встречаться с мужчинами и заведет с тобой серьезные отношения?»
«А что в этом плохого?» Эдди сердито посмотрела на нее и сжала кулаки. «Она уже была на полпути… и я бы о ней позаботилась».
Мелисса импульсивно наклонилась и положила руку на опущенное плечо. «Да, я уверена, что ты бы позаботилась», — сказала она мягко.
Этот жест сочувствия оказался для Эдди почти невыносимым. Ее лицо исказилось, и она прикрыла глаза рукой. «Я была уверена, что в конце концов она полюбит меня, если я только проявлю терпение», — прошептала она.
Сибил становилась все более и более заметно беспокойной, а Мелисса начинала раздражаться; ей не следовало так явно демонстрировать свое неодобрение. Возможно, было бы лучше уйти, пока не возникли открытые неприятности, но ей не хотелось уходить сейчас. У нее было ощущение, что если ей удастся заставить Эдди говорить достаточно долго, есть шанс, что всплывет что-то важное. Она знала, что это было совершенно иррационально; здравый смысл постоянно напоминал ей, что Эдди, наверное, уже тщательно допросили в полиции.
Однако был один момент, который, возможно, не был затронут. «Энджи когда-нибудь упоминала женщину по имени Делия Форбс?» — спросила она.
Эдди с грохотом поставила пустую кружку на стол и уставилась на нее. «Кто такая Делия Форбс?» — потребовала она.
«Одна из ее студенток», — ответила Мелисса. «Мы думаем, что Энджи, возможно, пригласила ее к себе домой в прошлый вторник. Миссис Блисс подслушала, как она давала ей этот адрес».
«Я в это не верю! Она никогда не связывалась с другой женщиной!» Эдди сжала челюсти и вцепилась руками в край стола. Ее дыхание стало прерывистым.
Сибил наконец обрела дар речи. «Тебе не о чем беспокоиться», — сказала она свысока. «Делия Форбс — порядочная замужняя женщина, не такая, как ты!»
«И что, черт возьми, это должно означать?»
Сибил вздрогнула от агрессии в манере Эдди, но не сдалась. «Я имею в виду, что она не способна на…» — ее губы скривились в гримасе отвращения, — «твои… противоестественные занятия».
«Ты лицемерная корова!» — Эдди вскочила на ноги, наклонившись через стол с поднятой рукой. Ее лицо было багровым. «Думаешь, ты такая чертовски высокомерная только потому, что случайно оказалась натуралкой!»
Сибил вскочила со стула, и тот опрокинулся на бок и упал на пол. «Не смей меня трогать!» — прошипела она. «Ты идешь, Мелисса? Я здесь ни минуты больше не останусь!»
«Ты абсолютно права!» Эдди пошла к двери и резко ее распахнула. «Вот и выход… вали отсюда!»
Словно на ее пути лежала мертвая кошка, Сибил вышла из комнаты, стараясь держаться как можно дальше от Эдди. Отгораживаясь юбкой, с грустью подумала Мелисса. Она просто не может справиться с такими вещами.
Эдди стояла, держась за дверную ручку, ее лицо исказилось в свирепом выражении. «Чего ты ждешь?» — прорычала она на Мелиссу.
«Пожалуйста, позволь мне остаться еще на минуту-другую», — тихо сказала Мелисса. Снаружи они услышали, как туфли Сибил стучат по каменным ступеням. «Она на самом деле очень добрый человек, но она вела совершенно защищенную жизнь и...»