Страница 28 из 82
«То есть вы говорите, что Анжелика Кароли была заменой ребенку, которого он потерял?»
«Да».
«Мужчины и раньше убивали своих дочерей, — заметил Харрис. — Точно так же, как любовник убьет неверную любовницу, если дочь, которую он боготворит, упадет с пьедестала...»
«Я в это не верю!»
«Ты не веришь, что Анжелика Кароли была из тех, кто может упасть с пьедестала?»
«Я не верю, что Барни Уиллард способен на убийство. Что касается Энджи, я начинаю верить, что она способна на многое. Она солгала ему о своей семье и...» В последний момент она удержалась от упоминания о возможной беременности Энджи. Ей об этом официально не сообщали, и делу Барни не пошло бы на пользу, если бы полиция узнала, что он знал об этом и ничего им не сказал.
«И?» — спросил Харрис. Мелисса отчаянно пыталась придумать что-нибудь, чтобы заполнить паузу.
«...и Даг Уилсон постоянно бросал намеки», — сказала она, молясь, чтобы это прозвучало убедительно. «Намекал, что Энджи была „не лучше, чем следовало бы“, как они говорили, будто он что-то знал».
«Уилсон? Ах да, учитель английского. Воображает себя настоящим молодым жеребцом, не так ли?»
«Можно и так сказать. Барни приходилось в ярость, когда он намекал, что Энджи, возможно, вела себя нескромно».
«Вы думаете, она вела себя «нескромно»? Харрис, казалось, нашел это слово слегка забавным.
«Меня это не удивило бы». Мелисса была потрясена язвительностью в своем голосе. «Она, безусловно, спала с Риком Лоуренсом... она практически сама мне это сказала. И у нее не было недостатка в поклонниках. Как выразилась Лу, лучшие вишенки всегда попадали ей в рот. У нее было такое легкомысленное, наивное поведение, она была мягкой и податливой. Думаю, она ненавидела конфликты, поэтому всегда говорила или делала то, что было проще всего и вызывало меньше всего хлопот в данный момент».
«Справедливо ли будет сказать, что, несмотря на ваши дружеские отношения, она вам не особо нравилась?»
«Я, конечно, не испытывала к ней неприязни, но не думаю, что доверяла бы ей на все сто», — призналась Мелисса. «В ней было что-то кошачье». Ей вспомнились слова Лу: «Кошки берут то, что хотят, а потом уходят». Что бы ни взяла Энджи на этот раз, кто-то позаботился о том, чтобы она не ушла.
Харрис отложил блокнот в сторону и достал папку из портфеля. «Я подумал, что вам это может быть интересно», — сказал он. Он подошел к небольшому столику, на котором Мелисса хранила журналы. «Можно?» Он освободил место и разложил серию портретов, нарисованных мелками.
«Боже мой, это же я!» — Мелисса взяла один из рисунков и удивленно уставилась на него. На нем была подписана сложная монограмма «AC». «Это работы Энджи? Они очень хороши… но я никогда не позировала ей».
«Похоже, никто из ее моделей не позировал. Все они нарисованы по памяти. Кажется, очень талантливая девушка».
Мелисса пробежала глазами по ряду набросков. «Вот Барни... Родни Шерголд... Даг Уилсон. А это Сибил Блисс, которая ходит на мой писательский семинар. Парень с сережкой, по-моему, один из ее студентов-художников». Харрис кивнул в подтверждение. «Я его не знаю», — добавила она, беря последний набросок.
«Это Эдди Брэди».
«О, так вот как он выглядит». Лицо было гладко выбрито, с высокими скулами и серьезным выражением рта. Прядь прямых волос спадала на высокий, гладкий лоб; нависающие брови придавали лицу задумчивый вид.
Как и раньше, когда упоминалось имя Эдди, Харрис, казалось, собирался что-то сказать, но потом передумал. Он собрал наброски и убрал их.
«Мы нашли их в ее квартире». Он достал вторую папку. «Вот отчет о вскрытии. Зная ваш профессиональный интерес к этим вопросам, я подумал, что вам могут быть интересны все кровавые подробности». Он пробежал глазами по машинописному листу. «Она была убита одним ударом кухонным ножом, нанесенным сверху, примерно во вторник днем или вечером, насколько можно определить. Удар перерезал ей трахею, и непосредственной причиной смерти стала асфиксия. Она задохнулась собственной кровью».
«Как ужасно!» Мелисса приложила ладонь ко рту и с трудом сглотнула.
«По крайней мере, это было быстрее, чем истекать кровью. Патологоанатом оценил время смерти в две минуты, и, конечно, до этого она потеряла бы сознание. Но так как она успела дотянуться до телефона и снять трубку... Не то чтобы это ей сильно помогло, даже если бы ей удалось позвонить в 999. Она бы не смогла говорить».
«Должно быть, там было ужасно много крови».
«Было... и она была разбрызгана повсюду. Мы думаем, что ее ударили ножом на кухне; след ведет оттуда в спальню-гостиную. По пути она, должно быть, упала у двери ванной. На панелях и на ручке есть кровь и ее отпечатки пальцев. Оттуда, похоже, она пошатываясь доползла до кровати, где наконец рухнула».
«Барни сказал, что звонил ей во вторник вечером, но линия была занята».
«Конечно, была, не так ли?»
«Но трубку, должно быть, положили на место за некоторое время до того, как он позвонил в среду вечером, потому что он слышал, как она звонила».
«Если он говорит правду. Он настаивает, что трубка была на месте, когда он пришел в квартиру и нашел ее вчера утром. Он позвонил нам с этого телефона».
«Значит, либо убийца положил трубку, когда Энджи уже была мертва, либо он вернулся позже и сделал это, либо кто-то еще пришел в квартиру и сделал это, но не сообщил о том, что нашел ее тело». Внезапно адреналин начал бурлить. Логическая часть ее мозга взяла верх, как это бывало, когда она придумывала головоломки для Натана Латимера. На мгновение о Барни забыли.
«Дело усложняется, не так ли?» — сказал Харрис с неожиданной улыбкой, напомнившей ей кувшин с изображением Тоби. «Чтобы еще больше усугубить наши проблемы, в том доме нет никакой охраны; входная дверь остается открытой весь день, а последний, кто уходит вечером, запирает ее… если не забудет. В квартирах есть отдельные замки, но, поверите ли, замок на входной двери Энджи неисправен и срабатывает только если дверь захлопнуть очень сильно».
«Значит, любой мог войти и выйти?»
«Именно».
«А как насчет других жильцов? Они ничего не слышали?»
«Здесь нам тоже не повезло. Эдди Брэди живет в подвале и уехал на двухдневный выездной курс для социальных работников. Во вторник он отправился в учебный центр прямо с работы и вернулся только вчера поздно вечером. В доме есть еще две квартиры; одна только что освободилась, а жильцы другой уехали в отпуск. Энджи жила на самом верху, в переоборудованном чердаке».
«И она была в доме совсем одна?»
«Да, если не считать ее убийцу».