Страница 47 из 63
— Этот мужчина просто одержим, — шепчет мне Кэсси на ухо. — Эдриан не перестает смотреть на тебя на протяжении всей песни.
Я не могу скрыть румянец, который разливается по моим щекам от ее замечания, и я украдкой бросаю на него взгляд.
— Одержимость — слишком сильное слово, — я улыбаюсь, не в силах сдержаться.
— Мм-хм, — напевает она. — И точное.
Я отмахиваюсь от этого, но мне нравится то чувство, которое это вызывает. Знание того, что я имею над ним такую власть. Тысячи людей здесь, и его глаза постоянно смотрят на меня.
— Он выглядит счастливым, — Кэсси наклоняется ближе, ее плечо касается моего. — И клянусь, я не думала, что это возможно.
— Ситуацию усугубляло то, что мой брат в тот момент его сильно раздражал, а ты оказалась в самом центре событий.
— Верно, — улыбается она.
Эдриан был не в восторге, когда Себастьян взял с собой в тур девушку, фигурировавшую в скандале с его секс-видео. Не то чтобы я считала это хорошей идеей. Но чем больше я видела брата с Кэсси, тем больше понимала его. И я рада, что Эдриан в конце концов тоже это понял.
— Кстати, об одержимости, — мой взгляд скользит по брату, который стоит рядом с Эдрианом. Он разговаривает с группой людей, но не может оторвать взгляд от Кэсси. — Никогда не думал, что увижу своего брата настолько помешанным на ком-то.
— Я от него тоже без ума, — она расплывается в улыбке.
Возможно, именно поэтому я ее люблю. Не только потому, что она делает моего брата счастливым, но и потому, что она искренняя. В мире, где я видела, как женщины берут и берут у него, она отдает. Они равны в своей любви друг к другу, и это редкость.
— Должна сказать, я думала, что он уже должен был встать на одно колено, — я подмигиваю.
Кэсси смеется:
— О, он бы так и сделал, если бы я его не остановила.
— Ты его остановила?
— Ты же знаешь Себастьяна, — Кэсси улыбается, и ее глаза сияют. — Он начал говорить о женитьбе через месяц после начала тура. Мои родители едва смирились с мыслью, что я встречаюсь с ним, поэтому я еще немного избавлю их от сердечных приступов. Я сказала ему, чтобы он даже не думал об этом, пока тур не закончится.
— Все почти закончилось, — я вопросительно поднимаю бровь.
Она легонько толкает меня плечом.
— Он мне об этом постоянно напоминает.
Меня это смешит, потому что, зная моего брата, он в мгновение ока встанет на колени, как только этот тур закончится. Я мысленно отмечаю, что спрошу его об этом позже, потому что у него, вероятно, уже есть план.
Выступление Мэри закончилось, и мы вскакиваем на ноги, чтобы поприветствовать ее. Судя по реакции толпы, у Эдриана скоро будет очень много дел в карьере. Я не уверена, что это значит для нас, но меня вдруг одновременно охватывает тревога и волнение.
Мои сомнения прерываются, когда кто-то скользит рядом со мной, и я поднимаю глаза, чтобы увидеть Эдриана, возвышающегося надо мной с ухмылкой. Он вкладывает свою руку в мою, и это словно держать в руках теплую чашку кофе посреди зимы. Согревает меня там, где это кажется невозможным.
— Понравилось представление?
Я киваю. Мой голос застревает в горле, потому что есть что-то особенное в том, как воздух покидает пространство вокруг меня, как только Эдриан входит в него. Запах специй и лакрицы затуманивает мне голову.
На сцену выходит другая группа, я их не узнаю, но Себастьян протягивает руку и толкает Эдриана в плечо.
— Это та самая группа, о которой я тебе рассказывал. Они добьются успеха. Поверь мне.
— Они уже подписали контракт? — спрашивает Эдриан.
Себастьян качает головой.
— Они собирались работать с «Magnum», но в последнюю секунду передумали. Но я тебе говорю, они добьются больших успехов.
Солистка открывает рот, и я слышу голос, о котором говорил Себастьян. Он невероятный, пронзает весь день и захватывает меня целиком.
— Ух ты, — выдыхаю я.
— Видишь? — Себастьян подмигивает мне. — Я не знаю, что случилось с «Magnum», но тому, кто с ними подпишет контракт, повезет. Черт, если бы я был продюсером, я бы прямо сейчас пошел туда с этими бумагами.
Его лицо мрачнеет, и мне кажется, что ему только что пришла в голову какая-то мысль, но он больше ничего об этом не говорит, наблюдая за их выступлением.
Себастьян притягивает Кэсси к одеялу, обнимает ее сзади и покачивается в такт песне.
— Привет, — Эдриан поворачивает мой подбородок в свою сторону большим и указательным пальцами. — Мне нужно проведать Мэри, с тобой все будет в порядке?
— Иди, — я встаю на цыпочки и быстро целую его. — Если кто-нибудь приблизится ко мне, дурной характер моего брата точно их отпугнет.
— Эй, — Себастьян шлепает меня по ноге. — Я чертовски обаятельный, правда, детка?
Он смотрит на Кэсси, которая просто смеется.
— Но серьезно, иди. Со мной все в порядке. Повсюду охрана.
Я стараюсь говорить расслабленно ради него, хотя и знаю, что это ни к чему хорошему не приводит. Эдриан никак не сможет расслабиться на этой неделе, если мы не будем лежать голыми в постели.
— Оставайся со своим братом и Кэсси, — Эдриан прищуривается, и я не понимаю, почему он думает, что я попытаюсь сбежать.
Как бы я ни делала вид, что меня ничего не волнует, я прекрасно понимаю, что мы ни на шаг не приблизились к разгадке того, кто меня преследует. Этот фестиваль, может, и дает мне чувство свободы, но я не настолько глупа, чтобы думать, что я в безопасности.
— Иди, — я хлопаю его по груди и сажусь.
Не успеваю я коснуться попой земли, как Адриан подхватывает меня на руки и притягивает к себе для собственнического поцелуя. Его лихорадочные губы накрывают мои, он прикусывает мою нижнюю губу. Его ладони впиваются мне в поясницу, пока я обвиваю руками его шею, и мои ноги отрываются от земли, когда он сильнее прижимает меня к себе.
— Фу, — перебивает нас Себастьян.
Эдриан прерывает поцелуй и сверлит взглядом моего брата.
— Отвали.
Себастьян вскидывает руки, когда Эдриан опускает меня на пол, и быстро целует меня еще раз.
— Я найду тебя чуть позже, — его взгляд скользит по моему летнему платью, после чего он поворачивается и уходит.
Опустившись на одеяло рядом с братом, я не упускаю из виду улыбку Кэсси, которая на меня посмотрела.
— Что? — я сдерживаю улыбку.
— Мне не хватает той ненавидящей мужчин Элоизы, которая не целовалась с моим лучшим другом, — хмурится лицо Себастьяна.
— Во-первых, я никогда не питала ненависти к мужчинам, — я сверлю его взглядом. — Во-вторых, ты заслуживаешь того, чтобы стать свидетелем этого и даже большего, после того, что мне пришлось пережить.
Мой взгляд падает на руку Себастьяна, лежащую под краем рубашки Кэсси, где он поглаживает ее живот.
— Она права, дорогой, — Кэсси улыбается ему.
Он вздыхает.
— Вполне справедливо. Но все равно отвратительно.
Я качаю головой и смеюсь. Мне, честно говоря, все равно, чем Себастьян будет расплачиваться за свои выходки на протяжении этих лет, но если это даст мне шанс подколоть его, я им воспользуюсь. Просто приятно, когда рядом есть кто-то. Это чувство товарищества, которое группа, фанаты и друзья никогда не смогли бы восполнить. Эдриан смотрит на меня по-другому.
Он никогда не смотрел на меня как на знаменитость. Даже когда он наблюдает со стороны, я не думаю, что он видит Элоиз Кейн так же, как все остальные. У меня могла бы быть вся слава мира или ничего, и это не имело бы значения.
Он видит девушку, которая раньше прятала свою сумочку в его комнате, когда он устраивал вечеринки. Он видит девушку, которую забрал из дома ее матери, когда у нее все пошло наперекосяк. Он видит девушку, которая ночевала у него в гостевой комнате, пока мы записывали альбом.