Страница 20 из 63
— Это не… — но она не заканчивает свою мысль, то ли потому, что не хочет меня обидеть, то ли потому, что не может. — Нам нужно сохранять профессиональный подход ради группы.
Группа. Черт, что я наделал?
— Я могу отойти от дел, — говорю я, но Элоиз тут же приближается ко мне, вторгаясь в мое личное пространство.
— Нет, — она качает головой. — Ты нужен парням. Ты нужен мне.
Она поднимает руку, словно собираясь протянуть ее, но останавливается.
— Просто будет лучше, если мы не будем… — она опускает подбородок. — Это привело бы к беспорядку.
Я киваю, понимая, что она права. Я все это знал с самого начала, и все равно поступил как безрассудный дурак. Теперь я работаю в группе, и отношения с ней могут закончиться гребаной катастрофой.
Она приподнимает подбородок и смотрит мне в глаза. С такого близкого расстояния мне кажется, что я до сих пор вижу в них золотистые искорки. Я почти чувствую, как расцветает сад, которым является ее сердце.
Но я должен это игнорировать, потому что она права. Мы не можем этого допустить.
— Прости, — хмурится она.
Мои руки умоляют меня потянуться к ней. Обнять ее. Забрать то, что тяготит ее. Но я сопротивляюсь.
— Не надо. Ты права.
Я не понимаю, почему она выглядит разочарованной моими словами, но ее губы слегка опускаются.
— Я хочу этого для тебя, Эл, — я прячу руки в карманы, чтобы они не болтались. — Я хочу, чтобы у тебя было все, о чем ты когда-либо мечтала. И я сделаю все, что в моих силах, чтобы это произошло.
Обещание, которое я чувствую каждой клеточкой своего тела.
Потому что я хочу ее поцеловать.
Обнять ее.
Заберать ее.
Но я хочу для нее большего, чем быть эгоистом во всем этом.
Обернувшись, я начинаю уходить, понимая, что дистанция, которую мне нужно создать, — это нечто большее, чем просто физическая дистанция, и что именно с этого мне нужно начать.
— Эдриан, — окликает она, и я оглядываюсь через плечо. — Спасибо тебе за все и за то, что не ушел. Мне — группе — ты нужен.
— Я с вами, — говорю я и выхожу из комнаты, прежде чем она заметит, как больно это говорить.
Выйдя на улицу, я крепко сжимаю карман, где лежат жетоны Сэм, и даю себе обещание. Если Элоиз нужен друг, менеджер группы, я им стану. Ни больше, ни меньше. Я буду тем человеком, которым так и не смог стать, ради тех, кого потерял.
Как бы больно это ни было.
Куплет второй
"Не лги сегодня,
этого было достаточно для одной жизни».
Глава 12
Элоиз
Шесть лет спустя
Закрывая глаза, я вдыхаю свежий ночной воздух. Предвкушение лета всегда было моим любимым сезоном. Холод зимы медленно тает в моих костях. Добавьте к этому открытый стадион и тысячи фанатов, и я почти снова чувствую биение своего сердца.
Я открываю глаза и смотрю на них.
Отчаяние.
Слезы.
Преданность.
Выйдя на сцену, я позволила себе насладиться моментом. Я делаю то, что умею лучше всего: я становлюсь Элоиз Кейн, принцессой рока. Сильная и уверенная в себе, могущественная настолько, что, если бы они могли заглянуть внутрь меня, они бы поняли, что это ложь.
Но в этот момент, находясь рядом с ними, я чувствую частичку того, что они видели во мне последние шесть лет: неудержимость.
Мои пальцы болят от того, что я сегодня играла от всей души. Энергия группы на сцене пульсирует так же, как и в самом начале.
Это должно вселять уверенность. В конце концов, ребята наконец-то оказались по другую сторону славы, и, думаю, впервые за долгое время у нас появился шанс в этом мире. Себастьян остепенился с Кэсси. Ноа бросил наркотики и наконец убедил Мэри дать им шанс. Даже если Ром по-прежнему такой же безрассудный, как и раньше, меня должно утешать то, что большинство участников группы наконец-то на моем уровне.
Что же это за тревожный шепот, доносящийся изнутри?
Их ощущение покоя лишь усиливает мой хаос.
Возможно, дело в том, что я привыкла быть надежной в группе, а теперь нет. В конце концов, шесть лет я была центром тяжести, пока они кружились на месте. Сначала женщины, потом вечеринки, потом наркотики. Постепенно все нарастало, пока не достигло кульминации в разврате. И на протяжении всего этого времени я, Элоиз Кейн, держала палец на вращающемся колесе, которым была наша семья. Я поддерживала нас. Никогда не колебалась, боясь причинить вред.
Но сейчас я начинаю сдавать позиции. По мере того, как они встают на свои места, неровные осколки меня самой становятся все более очевидными. Кусочки, которые я тщательно прятала, начинают проглядывать.
Один неверный шаг.
Один неверный шаг.
Все увидят твою правду.
Толпа кричит, и я понимаю, что снова погружаюсь в свои мысли. Я оглядываюсь и вижу Рома, лежащего на сцене и яростно играющего на гитаре. Себастьян стоит неподалеку, беспомощно извиваясь, и каждая женщина здесь заворожена.
Мне приходится прилагать все усилия, чтобы отбросить все, что бушует в моей голове, пока я иду к краю сцены и делаю вид, что ничего больше не существует. Я позволяю себе насладиться пульсирующим ритмом зала и окунуться в крики.
Я позволяю их любви помочь мне снова собраться с силами.
В их глазах я цельная личность — пусть даже это и несбыточная мечта.
Песня обрывается, и Себастьян показывает средний палец публике, что знаменует конец сегодняшнего выступления.
Осталось еще четыре недели до завершения нашего седьмого тура, и я до сих пор не могу поверить, как мы дошли до этого момента. Как мир еще не насытился нами и не отбросил нас в сторону.
Сняв бас-гитару с себя, я поднимаю ее и натягиваю на лицо застывшую улыбку. Давая нашим фанатам еще раз почувствовать, что им нужно, прежде чем уйти со сцены. Я ценю, что здесь я могу быть тем, что они ищут в себе.
Себастьян, Ноа и Ром всегда видели лишь море женщин, готовых им угодить, но у меня всегда было другое видение. Наши поклонники могут пускать слюни, глядя на невероятные прессы и улыбки наших парней, но они приходят на наши концерты не поэтому.
Им нужна музыка.
Они хотят заполучить наши души.
Они хотят погрузиться в текст песни, впитать его в себя, чтобы понять, откуда мы его взяли.
Сходя со сцены, я чувствую непреодолимую тяжесть, которая давила на меня последние восемь месяцев. С тех пор, как я жила в доме Эдриана, пока мы писали наш последний альбом.
С тех пор, как на пороге появилась первая роза.
— Вы были просто потрясающие, — говорит Кэсси, бросаясь в объятия Себастьяна.
Они так хорошо подходят друг другу, что это немного смешно. Честно говоря, я никогда не думала, что мой брат остепенится, тем более с такой хорошей девушкой, как Кэсси. Но что-то в ее розовых волосах и милом, как сахар, характере его привлекло, и я никогда не видела его таким счастливым.
Он отстраняется и откидывает волосы с ее лица.
— Спасибо, дорогая.
У меня где-то глубоко внутри сжимается сердце, и я задаюсь вопросом, когда это началось. Годы одиночества меня не беспокоили. Так проще. Но когда Себастьян обнимает Кэсси, а Мэри обнимает Ноа, я тоскую по тому, о чем давно перестала думать.
— Нам нужно выехать через час, — говорит Эдриан, подходя ко мне.
Я вздрагиваю, потому что не слышала, как он подошел, и надеюсь, он этого не заметил. И так достаточно раздражает то, что мой организм не может справиться с химической реакцией на его присутствие. Мне совсем не нужно, чтобы он об этом знал.