Пробуждение

— Простите, — поспешила я к ней, и она подняла на нас глаза. — Джеральдина Грас у вас?

— О, да, она здесь. За ночь она прошла полный процесс восстановления и только что пришла в себя. Она еще немного слаба, её травмы были весьма серьезными, — с грустью в голосе ответила целительница.

— Что с ней случилось? — тихо спросила я, чувствуя, как сердце неприятно заныло в груди.

Женщина осторожно огляделась по сторонам:

— Я не имею права об этом говорить. Я связана клятвой о неразглашении медицинской тайны.

— Мы можем её навестить? — спросила Тори. Целительница нерешительно перевела взгляд с одной из нас на другую.

— Вообще-то мне строго-настрого запрещено кого-либо пускать до того, как с ней поговорят сотрудники Фейского Бюро Расследований. — Она снова оглянулась через наше плечо, а затем наклонилась чуть ближе, слегка отвернув лацкан своей мантии: под ним красовался блестящий значок Ж.О.П.А. — Её подруга вручила мне это сегодня утром. Понимаю, что сейчас не время, но... для меня огромная честь познакомиться с вами обеими лично. — Она почтительно склонила голову, а мы с Тори неловко переглянулись. — Буквально на пару минут, — шепнула целительница с заговорщической улыбкой, приоткрывая дверь в палату.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я, заходя внутрь. Хоть в чем-то статус Наследниц Вега наконец-то принес пользу.

В комнате царил полумрак, а воздух был пропитан приторно-сладким ароматом благовоний. С одной стороны палаты в камине за решеткой потрескивал огонь; его ощутимый жар, казалось, мгновенно проникал под кожу. Плотные шторы были наглухо задернуты, и вся обстановка больше подошла бы персонажу исторической драмы, нежели пострадавшей студентке.

Джеральдина глухо застонала, ворочаясь под багровыми простынями, а её рука безвольно свесилась с края кровати.

— Привет, Джеральдина, — тихо произнесла я, подкатывая деревянный стул поближе к ней.

Тори примостилась на краю матраса, одарив подругу сочувственной улыбкой.

Джеральдина повернулась в нашу сторону, и среди вороха простыней показалось её бледное лицо.

— Святые крыжовники! — ахнула она. — Что вы здесь делаете, Ваши Величества? Неужели вы пришли навестить меня?

— Ну конечно, — твердо отозвалась Тори, ласково похлопав её по запястью.

— О-о-о-ох! — завыла Джеральдина. — Я чувствую себя такой разбитой.

Я нахмурилась, и в груди болезненно защемило, пока я всматривалась в неё:

— Ты как? Помнишь, что вообще произошло?

Она кивнула, приподнимаясь на постели и демонстрируя старомодную белую ночную рубашку. Я мимоходом подумала, принадлежит ли эта вещь ей самой или лазарету, и интуиция подсказывала, что скорее первое.

— Я решила срезать путь через переулок к бару «Одиссея» — решила, что вы наверняка направились именно туда. И пока я шла, до меня донесся этот ужасный звук. Какое-то всасывающее, хрипящее, клокочущее скрежетание. Я так сильно перепугалась, что выронила из рук все свои значки. Я опустилась на колени, принялась собирать их, как вдруг на меня упала жуткая темная тень. — Она содрогнулась, переводя взгляд с одной из нас на другую, а мой желудок от чувства вины завязался в тугие узлы. Мы ведь бросили её одну. Джеральдина сделала глубокий вдох, прикрыв глаза на секунду. — А затем мне что-то вонзилось прямо между лопаток. Похоже на нож или... или на вилы, я точно не уверена. Но боль была просто невыносимой. После этого в глазах потемнело, надо мной кто-то склонился, а моя магия начала стремительно утекать, словно её подчистую высасывали из моих вен. И единственное, что я помню — это запах... корицы.

Она растерянно покачала головой, словно сама сомневалась в своей вменяемости, но мое сердце застучало всё сильнее и сильнее. Я посмотрела на Тори; её брови хмуро сошлись, безмолвно задавая вопрос.

— Мы оставим тебя отдыхать, Джеральдина, — мягко произнесла Тори, поднимаясь на ноги.

— Да, пожалуй. И когда я поправлюсь, мы ведь скоро снова позавтракаем вместе? — крикнула она нам вслед, пока мы двигались к выходу.

Я оглянулась на неё, уверенно кивнув:

— Обязательно.

Она восторженно пискнула и помахала рукой на прощание, когда мы перешагнули порог. В коридоре стояла тишина. Тори мгновенно повернулась ко мне, высоко вскинув брови:

— Что такое?

— Это Орион, — прошипела я. — От него пахнет именно так. — При мысли о том, откуда я знаю эту деталь, шею обдало жаром, но сейчас было не время тушеваться от смущения. — И если она почувствовала себя обесточенной... что, если это он её укусил?

— Он же сам сказал, что помог Джеральдине, — шепнула Тори, но на её лице явственно читалось глубокое сомнение.

— А если он соврал? И что насчет Дариуса? Они ведь вдвоем ушли из бара аккурат перед этим. К тому же тот, кто это сделал, изначально охотился за нами в переулке. Мы слышали точно такой же жуткий хрип.

— Как мы можем быть уверены? — спросила Тори, запуская пятерню в волосы.

— Мы прижмем их к стене, — ответила я, и мой тон прозвучал неожиданно свирепо. — При первой же встрече. — Сердце бешено заколотило безумный марш от одной мысли о том, что я собираюсь высказать нечто подобное Ориону. Но ради Джеральдины я была готова на это пойти. Мы подставили её, оставив одну в ту ночь, и я была полна решимости всё исправить. Даже если ради этого придется столкнуться с моим профессором Кардинальной магии в его самом скверном расположении духа.