Пробуждение

Я откинула красное одеяло и протерла заспанные глаза, осматривая свою комнату. Пройдет немало времени, прежде чем я начну считать это место домом. И еще больше — прежде чем я отвыкну видеть улыбающееся лицо Дарси первым делом с утра.

Ну, по крайней мере, мне не приходится терпеть весь этот ее утренний позитив чертового жаворонка, пока я выползаю из своей сонной комы.

Правда, стоило мне об этом подумать, как я поймала себя на мысли, что мне не хватает её бесконечной утренней болтовни и насвистывания. Ладно, насвистывания — точно нет. Но я определенно скучала по кружке кофе, которой она вечно выманивала меня из моей берлоги.

Телефон снова зазвенел, и я отыскала Атлас, быстро проведя пальцем по экрану, чтобы вырубить будильник. Нет, эта мелодия тут точно не останется. Мне нужно что-то гораздо более низкое по тональности, чтобы разбудить меня. Особенно если мне теперь полагается просыпаться в... я проверила время... в шесть тридцать утра?!

— Вы что, серьезно, блин?! — выругалась я. Такое время суток я видела только в тех случаях, когда до сих пор не ложилась с вечера. Я никогда в жизни не выползала из постели раньше восьми, и то это было огромным одолжением. Девять — вот это больше в моем вкусе. Десять — идеальный вариант. Одиннадцать — роскошь, которую я позволяла себе по выходным... Ну и дерьмо.

Вчера я слишком сильно устала, чтобы проверять время, когда зазвонил будильник, но теперь всё встало на свои места.

Я поднялась со своей односпальной кровати, которая, как я быстро сообразила, была самой удобной постелью из всех, где мне доводилось спать, и запустила пальцы в свои длинные волосы, пытаясь распутать самые кошмарные колтуны.

Босые ноги коснулись великолепной, теплой плитки — пол здесь был с подогревом. Всё в Доме Игнис поддерживалось в тепле благодаря огню, давшему ему имя, и уж против этого я точно ничего не имела. В нашей старой квартире, которую мы оставили в одном из самых паршивых районов Чикаго, отопления не было вообще, зато было окно, из которого тянуло холодом так, что зуб на зуб не попадал.

Я всегда с ужасом ждала зимы в той дыре, так что даже если единственным плюсом всей этой истории с магической академией окажется эта спальня, ради неё одной уже стоило здесь остаться.

Клетчатая пижама, которая на мне была, категорически мне не нравилась. Я брезгливо потеребила эту фланелевую ткань, мысленно пополняя свой стремительно растущий список покупок. Бикини, пижама, ботинки, особенно нижнее бельё — куплю любое, кроме этих панталон в стиле Бриджит Джонс, которые мне выдали вместе с утягивающими топами, якобы выполняющими роль бюстгальтера. И ладно бы дизайн этого белья был просто убогим, так они еще и выбрали для него телесный цвет. Серьезно, в мире вообще существует хоть одна живая женщина, чья кожа имеет этот кошмарный оттенок анемичного персика? Потому что с моей бронзовой кожей этот ужас не имел вообще ничего общего, и смотрелось это на теле, откровенно говоря, просто мерзко.

Надо будет срочно поговорить с кем-нибудь насчет обещанной стипендии и как можно скорее смотаться в местный торговый центр. Не то чтобы я планировала в ближайшее время щеголять перед кем-то в нижнем белье, но никогда ведь не знаешь, когда на горизонте появится симпатичный парень. И если он не будет принадлежать к породе этих зажравшихся, самовлюбленных, садистских и умопомрачительно привлекательных Наследников, то я вполне могу поддаться искушению.

К счастью, тот, кто собирал для меня средства гигиены, не обладал столь извращенным вкусом, как закупщик трусов, которым, судя по всему, была семидесятилетняя девственная монахиня. Мне даже выделили косметичку, забитую таким количеством косметики, какое я в жизни не смогла бы себе позволить до приезда сюда. Не то чтобы моя прежняя коллекция была скромной — косметику проще всего было «прихватить со скидкой в сто процентов» в любом супермаркете. Но получить набор, за который кто-то реально заплатил деньги, было приятным разнообразием.

Я по-быстрому нанесла боевой раскрас, готовая встретить любые сюрпризы сегодняшнего дня, вооружившись надежной броней в виде жирного слоя подводки для глаз и сливовой помады.

Атлас коротко пискнул, и на экране вспыхнуло сообщение:

«Твой ежедневный гороскоп готов, Тори!»

Ну конечно, именно то, о чем я мечтала — набор туманных фраз, которые можно притянуть за уши к любому твоему дню, если хорошенько извратить смысл под любые случайные события.

«Доброе утро, Близнецы!

Звезды готовы рассказать о твоем дне.

Сегодня ты можешь оказаться на курсе столкновения со Стрельцом. И хотя эта стычка на какое-то время принесет тебе душевное спокойствие, постарайся не забывать об истинных препятствиях на твоем пути.

Этот день вполне может закружить тебя в вихре самых разных дорог, так что убедись, что каждое принятое решение — это то, чего ты действительно хочешь. Любая позиция, которую ты займешь сегодня, бросит игральные кости и лишит тебя контроля над ситуацией».

Я закатила глаза и небрежно отшвырнула Атлас в сторону, но он тут же затянул свою веселую утреннюю трель по новой. Я схватила его, вслепую тыкая в экран в попытке заткнуть этот гаджет раз и навсегда. Сказать твердое «нет» твоему звенящему утреннему бреду. Мои усилия увенчались успехом — он затих, но я при этом умудрилась как-то случайно открыть приложение Фейбук.

Я еще не успела толком изучить это приложение, если не считать того беглого взгляда, когда Диего только рассказал нам о нем. Активность в соцсетях обычно подразумевала, что у пользователя есть личная жизнь, а в Академии Зодиак я пока ничем подобным похвастаться не могла. Если не считать Дарси, я успела более-менее нормально пообщаться всего с парой студентов, и мы точно еще не дошли до той стадии отношений, когда вместе надувают губы на камеру и делают селфи. Не то чтобы я вообще когда-то была любительницей подобного дерьма.

Я лениво крутанула новостную ленту, и мое сердце испуганно подпрыгнуло, когда я наткнулась на фотографию своей голой задницы в самом центре гостиной во время своеобразной инициации, придуманной Дариусом. Наверное, было бы слишком глупо надеяться, что никто не додумается сделать снимок, пока я стою там в чем мать родила. Но я каждую секунду с того момента пыталась притвориться, будто этого никогда не было, и повторная встреча с этим позором заставила мой пульс бешено забиться.

Под постом красовались триста четырнадцать реакций и девяносто пять комментариев, притом что запись появилась всего час назад. Я глянула на имя студента, который её выложил. Милтон Хьюберт. Мне это имя ни о чем не говорило. Мой палец завис над вкладкой комментариев. Глубоко внутри я понимала, что открывать её не стоит. Лучше не знать. Просто закрыть страницу и забыть, что она вообще существует. Я ткнула в экран. Идиотка.

Милтон Хьюберт: На посвящении у Игнис стало жарррко! #ябывдул

Комментарии:

Маргарет Хелебор: Похоже, незваным Наследницам указали на их место на самом дне пищевой цепочки. #выбритымшлюхамтутнеместо

Дэмиан Эверджайл: Маргарет, ты это и про себя сейчас или намекаешь, что у тебя под плиссированной юбкой целые заросли прячутся?

Маргарет Хелебор: Как будто тебя туда кто-то пустит проверять, Дэмиан Дебилджайл.

Дэмиан Эверджайл: Ну значит не шлюха, ок. Просто носишь свитер для вагины. #мохнатка

Маргарет Хелебор: Завали хлебало, Дэмиан! #убогийкозел