Страница 4 из 68
Но потом она уехала вслед за группой по стране, оставив меня снова одну. Она всегда перерастала любую среду, в которую попадала, а я просто чувствовала себя комфортно.
— Тебе следовало быть на сцене и получать диплом вместе со мной.
— Это говорят и ты, и мои родители, — хмурится Мэри. — Но это не имеет значения. Сегодняшний день посвящен тебе. Горячая выпускница колледжа, которая ищет приключений. Какой может быть лучший способ продемонстрировать свою «я — женщина, которая делает то, что мне нравится», кроме как кататься голышом с Себастьяном Кейном?
— Сначала это было знакомство, а теперь мы занимаемся сексом?
Я прищуриваюсь, пытаясь скрыть тот факт, что мои интимные места умоляют меня воспользоваться этим.
Прошло три недели с тех пор, как мы с Брайаном расстались. Три недели без даже посредственного секса. Если бы я позволяла своим ощущениям внутри меня влиять на мои решения, я бы набросилась на Себастьяна, как только он вошел в бар, а это на меня совсем не похоже.
Я хорошая девочка.
— Только если ты этого хочешь, — Мэри улыбается мне, потому что знает, что я этого хочу, даже если говорю обратное. — Уверена, он согласится. Не могу сказать, что когда-либо видела, чтобы Себастьян отказывался от секса.
— Этот аргумент не производит того эффекта, на который ты рассчитываешь, — я склоняю бокал в ее сторону.
— Он — рок-звезда, — пожимает она плечами. — У него много секса. И еще больше минета. Это факты, и я не собираюсь тебе врать.
— Благодарю. Кажется? — Итак, ты позволишь себе немного расслабиться?
Я ухмыляюсь, и мой взгляд скользит туда, где Мэри наблюдает за Ноа, который откидывает с лица свои светлые волосы до плеч, пока женщина садится ему на колени. Он слегка сжимает ее ягодицы, но затем заставляет ее встать.
Изысканно.
— Фу, мерзость. Ни за что, — она морщится. — Но это только потому, что я слишком близко к кругу оргий, поэтому я достаточно умна, чтобы не связываться с участниками группы.
— Теперь это оргия?
— Иногда, — она легонько толкает меня локтем. — Не то, чтобы я думала, что ты готова к бурному пробуждению после окончания колледжа. Я просто говорю, что Себастьян Кейн был твоим кумиром с тех пор, как «Enemy Muse» появились на сцене, а сейчас он сидит менее чем в десяти футах от тебя.
— Принято к сведению.
— «Electric Hearts» — это твой рингтон, Кэсси.
— Потому что это хорошая песня.
— Отличная песня. Ее исполняет сексуальный мужчина. Мужчина сидит на другом конце барной стойки. Переспать с ним или нет — не мое дело, но позвольте хотя бы представить вас… о.
Я поднимаю глаза и вижу, что его стул теперь пуст. Элоиз подошла к столу с остальными участниками группы и болтает с какой-то девушкой, сидящей на коленях у Рома, но Себастьяна нигде нет.
— Он вернется, и когда это произойдет, ты поздороваешься с ним, — говорит Мэри, кивая.
Я бы поспорила, но меня отвлекает рука, свисающая со спинки ее стула.
— Мерседес, — говорит Ноа, окинув Мэри взглядом своих бледно-голубых глаз.
Она ненавидит, когда ее называют полным именем, и по забавному выражению лица Ноя он это знает.
Он снял зеленую кожаную куртку, в которой вошел, и в тонкой белой футболке демонстрирует каждую рельефную мышцу на руках и груди. Ноа накручивает на палец прядь окрашенных волос Мэри, но она отталкивает его руку.
— Мне нравится фиолетовый цвет, — усмехнулся он.
— Ноа, — безэмоционально отвечает она. — Разве у тебя нет на примете сисек, которые можно было бы развлекать?
— Я бы предпочел развлечь твои, — подмигивает он.
В ответ он получает шлепок по груди, который, однако, игнорирует, смеясь.
— Кто твой подруга? — его взгляд скользит в мою сторону.
Может, он и не Себастьян, но это не мешает мне восхищаться его очаровательными ямочками на щеках и тем, как его взгляд скользит по мне с головы до ног одним движением.
— Кэсси, познакомься с Ноа, самым отъявленной рок-звездой, — говорит Мэри, посасывая соломинку. — Можешь смело его игнорировать. Я обычно так и делаю.
— Приятно познакомиться, Кэсси, — он берет мою руку и целует ее тыльную сторону, в ответ получая закатывание глаз от Мэри. — Ты присоединишься к нам на вечеринке после мероприятия?
— Я думала, на этом все.
Ноа запрокидывает голову и смеется так, будто это самая смешная вещь, которую он слышал за весь день. Когда он снова встречается со мной взглядом, улыбка на его лице выбивает меня из колеи. Я, конечно, хорошо знаю, что он плохой парень, бабник и все такое прочее. Но его детское личико и широкая улыбка обезоруживают.
— После этого мы вернемся в номер Рома. Только избранные.
Он все еще держит меня за руку и улыбается мне.
— Вообще-то… — я отдергиваю руку и тянусь за курткой. — Думаю, я пойду.
— Отличная работа, Ромео, — говорит Мэри, сердито глядя на Ноя.
— Нет, все в порядке, — говорю я, сползая со стула у барной стойки. — Ночь была долгая, и, кажется, я достигла предела.
Увидев выражение моего лица, Мэри удержалась от спора. Сегодняшний вечер был именно тем, что мне было нужно — захватывающим и освобождающим. Но музыка вернула слишком много воспоминаний, и я на пределе своих возможностей.
— Ты ведь завтра все еще в городе, верно? — спрашиваю я Мэри.
Она качает головой.
— Нет, первым делом утром отправлюсь в Портленд. Потом на Восточное побережье.
— Ладно, тогда повеселись. И напиши мне.
Я обнимаю ее за плечи, и она крепко прижимает меня к себе.
Даже если из-за плотного гастрольного графика группы я больше не вижусь с Мэри так часто, как хотелось бы, приятно пообщаться, когда она проезжает через Сиэтл.
Когда я отстраняюсь, она не отрывает рук от моих предплечий и крепко сжимает их.
— Береги себя.
— Было приятно познакомиться, — говорит Ноа с улыбкой. Он определенно знает свое дело, потому что от его улыбки у кого угодно может затрепетать сердце.
— И мне тоже, — говорю я, отворачиваясь.
Мэри поворачивается к нему лицом в своем стуле и хмурится, наблюдая, как их разговор переходит в нечто среднее между беседой и спором. Я всегда предполагала, что Мэри ненавидит Ноа, судя по тому, как она отзывалась о нем по телефону. Но теперь, увидев их общение впервые, кажется, что дело не только в этом.
Выйдя из бара, я впервые за этот вечер чувствую, что могу снова дышать. Звезды ярко сияют на темном небе, воздух свежий. Прохладно, и мне приходится застегивать куртку, проходя через парковку.
Но когда я подхожу к своей машине, я останавливаюсь и замечаю фигуру, прислонившуюся к ней. Мужчина — но не просто какой-то мужчина.
Себастьян Кейн. Единственный и неповторимый.
Он стоит там в рваных джинсах и черной кожаной куртке, которая изрядно поношена и идеально на нем сидит. Кольца и браслеты украшают его пальцы и руки. Его густые темно-русые волосы ниспадают до бровей и выглядят растрепанными, словно по ним провели пальцы во время марафона бурного секса.
Он меня не замечает, затягивается косяком и долго задерживает дыхание. Я наблюдаю, как он задерживает выдох, прежде чем медленно выпустить пар из своих губ в ночь.
Все в порядке, Вселенная, я тебя слышу.
Я делаю еще один шаг ближе, и это движение привлекает его внимание. Он поворачивается и… эти глаза.
Черт возьми, эти глаза!
Темные, они смотрят прямо на меня. Этого почти достаточно, чтобы заставить меня бежать обратно в бар, но мне действительно нужно домой.
— Это моя машина, — говорю я, указывая на синий Хендэ, к которому он прислонился.