Страница 3 из 68
Глава 2
Кэсси
— Рок-звезды, — говорит Мэри, закатывая глаза.
Я следую за ее взглядом, наблюдая, как участники «Enemy Muse» врываются в бар с большей охраной, чем здесь уместится. Половина группы прячется за солнцезащитными очками, хотя на дворе середина ночи. Для любого другого человека на планете это выглядело бы довольно нелепо. Прически, кожа, татуировки, пирсинг.
Но они такие, какие они есть, не просто так. И они это признают.
— Ты же на них работаешь, — напоминаю я ей, осматривая группу в поисках одного конкретного лица, даже если это делает меня очередной никчемной фанаткой.
С тех пор как группа «Enemy Muse» произвела фурор, я немного помешана на этом мрачном и загадочном Себастьяне Кейне. И после сегодняшнего вечера у меня нет никаких сомнений, что он самый сексуальный мужчина, которого я когда-либо видела. Загадочный, великолепный и попросту опасный.
А еще у него такой голос. Электрический.
Он воплощает в себе все, о чем предупреждал меня мой брат.
Себастьян устраивается за барной стойкой рядом с Элоиз и начинает допивать первый же напиток, который бармен ставит перед ним. Он ослепительно красив, но в его глазах таится что-то более темное, что я не могу точно определить.
— Да, я работаю на них. А это значит, что я их знаю, — закатывает глаза Мэри. — И, как я уже сказала, они настоящие рок-звезды.
— Это говорит девушка, которая хочет ею стать? — замечаю я.
Мэри машет мне рукой и откидывает свои волнистые темно-каштановые волосы за плечи. Изнанку она покрасила в ярко-фиолетовый цвет, и это единственный яркий акцент в ее образе. Темная подводка для глаз, черные серьги-пирсинги в ушах, приглушенно-серый топ, подчеркивающий ее многочисленные татуировки, и черные рваные джинсы. Она демонстрирует свой дерзкий стиль так, словно сошла со страниц журнала «Девушка мечты» рок-звезды.
Мэри выглядит как девушка, которая может находиться в одном кругу с рок-звездами. Начиная от ее одежды и заканчивая уверенностью в себе — ей здесь самое место.
В отличие от меня, с моими светлыми волосами — кончики покрашены в ярко-розовый цвет — и почти без макияжа. Если бы я слишком долго находилась рядом с такой группой, как «Enemy Muse», я не сомневаюсь, что они бы меня заживо съели. И это нормально, потому что для меня вечер на одном из их концертов — это уже перебор.
Честно говоря, я не понимаю, в чем привлекательность их образа жизни. Поздние концерты, еще более поздние вечеринки, поездки в разные города чуть ли не каждый день. Со стороны это может выглядеть заманчиво — получать все, что хочешь, и чтобы весь мир тобой восхищался, — но я знаю людей, которые слишком близки к такому образу жизни, чтобы думать, что на этом все и заканчивается.
Я прекрасно понимаю, что не все так радужно и роскошно.
Вот Мэри, которая бросила колледж семь месяцев назад, чтобы присоединиться к группе «Enemy Muse». Она сказала, что сделала это, чтобы когда-нибудь осуществить свою мечту стать певицей, но сейчас от этого у нее только постоянная головная боль, пока она выполняет грязную работу группы и убирает за ними беспорядок.
А еще есть мой брат, который раньше был одним из техников «Enemy Muse». Он наслаждался каждой секундой жизни в дороге. Но хотя в его рассказах описывался разгульный образ жизни и веселье с остатками группы, я прекрасно понимаю, что он наслаждался этим слишком сильно. Он слишком много гулял. И я видела, чем это закончилось.
Итак, хотя другие могут смотреть на жизнь группы с восхищением, я знаю правду. Подлетишь слишком близко к солнцу — обожжешься.
— Перестань зацикливаться на своих мыслях и выпей этот шот, — говорит Мэри, словно читая мои мысли.
Она подталкивает рюмку в мою сторону, я беру ее, опрокидываю и позволяю жидкости обжигать меня от губ до желудка. Если бы только она могла забрать с собой и весь прошедший год.
— Ты права, — говорю я ей, с грохотом опуская стакан и стиснув зубы. — Сегодняшний вечер не о размышлениях. Он о том шоу, потому что, черт возьми, это шоу!
— Невероятно, правда? — усмехается Мэри, и я киваю.
У меня до сих пор голова кружится от того, что я находилась в одной комнате с «Enemy Muse». Прямо напротив моего кумира, Элоиз Кейн. Блестящая автор песен, очаровательная. А еще есть Себастьян. Фотографии не передают всей его красоты.
Он…
Что ж, я понимаю, почему он, вероятно, никогда не спит один.
И каждый раз, когда я открывала глаза во время шоу, клянусь, я ловила его взгляд на себе. Хотя, наверное, именно так он заставляет чувствовать себя всех девушек, ведь он — центр вселенной. Один взгляд — и я превращаюсь в черную дыру, которая сама себя затягивает.
— Это было потрясающе, — говорю я, все еще представляя, как они играют у меня в голове, и делаю еще один глоток.
Я фанат «Enemy Muse» уже много лет, с тех пор как мой брат познакомил меня с их музыкой. У нас с ним было мало общего. Большую часть времени казалось, что мы живем настолько по-разному, что могли бы говорить на разных языках, но музыка была тем, что нас объединяло. Это было наше общее пространство. И с того момента, как я впервые услышал «Enemy Muse», они стали моими любимыми. Что-то в голосе Себастьяна и в сочетании текстов песен — я чувствовала их музыку всем своим существом.
А сегодня вечером было нечто совершенно иное. Хотя я и видела группу много раз на больших площадках, это первый раз, когда я была так близко к ним. По-настоящему их слышала.
Это было нечто возвышенное. Неземное. Мой брат мог бы сидеть прямо там, рядом со мной.
Я все почувствовала.
— Они лучшие не просто так.
Взгляд Мэри падает мне через плечо, и я следую за ее взглядом. Перед столиком, за которым расположились Ром и Ноа, стоит женщина и приподнимает рубашку, чтобы показать им свою грудь.
Мэри стонет.
— Даже если они раздражают и ведут себя по-детски.
Она тянется за своим напитком, а я отвожу взгляд, понимая, что для нее все это не является чем-то необычным. Я не сомневаюсь, что Мэри видела всякое, и она не из тех девушек, которых легко вывести из себя.
— Он был пьян, правда? — спрашиваю я у Мэри.
— Себастьян?
Я киваю.
— Всегда, — говорит Мэри. — Говорят, раньше он таким не был. Но я не могу в это поверить. Я видела Себастьяна трезвым, может быть, пару раз с тех пор, как начала у них работать. Он выводит свой образ жизни на совершенно другой уровень.
Я почти уверена, что это должно было бы стать огромным тревожным сигналом. Но, наблюдая за Себастьяном, разговаривающим со своей сестрой через барную стойку, я не пугаюсь. Потому что я не вижу пьяного угара. Он просто выглядит грустным.
— Если бы только он не был таким красивым, — я поворачиваюсь к Мэри. — Это вообще законно? Так хорошо звучать и при этом так выглядеть?
— Я могла бы вас познакомить, — Мэри многозначительно поднимает брови, глядя на меня.
— Ни за что. Я никто, — я взмахиваю рукой. — К тому же, я почти уверена, что видела, как он расписывался на груди размера «D», когда уходил с концерта. Я бы не привлекла его внимания, пьян он или нет.
— Давай, мы празднуем! Ты только что закончила колледж. Это огромное событие!
Мы с Мэри познакомились в колледже, и, несмотря на то что мы очень разные люди, мы мгновенно сблизились. Ее бунтарский характер давал ей уникальную возможность вытаскивать меня из моей тихой и замкнутой скорлупы. И даже если временами я была уверена, что ее выходки приведут к тому, что нас обеих выгонят из университета, рядом с ней мир казался больше — казалось, что все возможно.