Страница 47 из 75
Никон тихо похрапывал на своей скамье, и Лара не смогла сдержать улыбки. Её жизнь делала очередной виток, и Лара уже не понимала, кем она будет: запасной наследницей или кем-то еще.
Дальнейший путь был без происшествий. Две ночи провели на постоялых дворах. Днем они либо отсыпались в карете, либо носились по лесу. В эту зиму Лара неожиданно для себя открыла, что любит спать. Она и раньше слышала, что оборотни-медведи любили поспать зимой, как и их звериные собратья, но раньше у неё не было такой возможности. В этой же поездке девушке казалось, что она выспалась на годы вперед.
Как бы она не готовилась морально к приезду в новый дом, но всё равно то, что они достигли конечной цели своего путешествия, оказалось для неё внезапностью.
Она проснулась от того, что карета остановилась. Никон кивнул в сторону дверки.
- Вот и наш дом.
Видимо он дал указания кучеру остановиться, чтобы Лара могла полюбоваться новым «домом» с расстояния. И Лара это оценила.
Лара вышла из кареты. Они давно миновали лес, и теперь их путь лежал через заснеженные поля. Лара впала с ступор, уставившись на зимний средневековый замок, который словно застывший мираж, возвышался над заснеженной равниной. Каменные стены, потемневшие от времени, были укрыты толстым слоем искрящегося снега, превращаясь в подобие гигантского сахарного замка. Толстые башни, увенчанные остроконечными крышами, стремились в свинцовое небо. Воспользовавшись возможностями своего звериного зрения, Лара рассмотрела заснеженный двор, где глубокие следы выдают редких путников, осмелившихся бросить вызов зимней стуже. В узких окнах, защищенных ажурными решетками, мерцал тусклый свет, обещая тепло и приют. Дым из труб поднимается в морозный воздух, расплываясь призрачными облаками.
- Ну что, готова встретиться с новой роднёй и отдохнуть с дороги? – спросил Никон. – Уверен, тебе уже подготовили покои и ванну.
Лара невольно улыбнулась. Нет, она не была готова к встрече, но вот в ванную хотелось очень. Подумать только, и полгода не прошло, как она мылась в ледяной воде, и прошли считанные дни, когда обтереться влажной тряпицей казалось неземным счастьем. А тут она уже ванны принимает…
Девушка легко запрыгнула в карету, и уселась с прямой спиной, стараясь настроиться на встречу с высоким сословием. Карета скользила по примятому снегу, но Лара совсем не хотела смотреть в окно. Сейчас она вспоминала, чему её учили леди Неймия Саган с дочерями. Когда тело качнуло от остановки, Лара уже была спокойна. Она даже вспомнила, что не стоит выпрыгивать из кареты, а надо протянуть руку вышедшему Никону и чинно выйти, выдерживая самый надменный вид. Хотя надменный вид явно не удался, судя по удивленному взгляду братца, поэтому Лара просто убрала все эмоции с лица.
На широком крыльце их уже ждали двое слуг и молодая прехорошенькая девушка, кутающаяся в соболиную шубку. Невысокий рост делал её совсем кукольной. Округлое личико с милыми ямочками на щеках, проявившимися сразу от искренней улыбки. Волосы скрыты под соболиным капором. Сияющие голубые глаза с уже такими знакомыми карими ободками вокруг радужки. Её пухлые щечки раскраснелись. Она всплеснула руками, едва виднеющимися из-под длинных рукавов и, придерживая полы шубы, побежала вниз по ступенькам. Никон сделал несколько шагов вперед и поймал буквально бросившуюся в его объятья девушку, подняв её над землёй. Она весело рассмеялась и обняла брата за шею, поцеловав его в щеку.
- Ник, братик, как же я соскучилась! – эмоционально воскликнула девушка.
Не успел Никон поставить её на снег и заверить, что он тоже рад, как девушка уже повернулась в сторону Лары и с такой же резвой прытью рванула к ней.
- Илария! Наконец-то ты дома! – закричала девушка и сжала в объятиях замершую Лару.
Тут же Ноэлья отстранилась, будто смутившись, но тут наконец-то заговорил Никон.
- Илария, этот метеор в юбке – наша сестра, Ноэлья Саган. Девочки, пойдемте скорее в дом, не будем мерзнуть.
Точно, Ноэлья. Никон же столько рассказывал про новую семью. Лара совсем не мёрзла, но пошла за Никоном и Ноэльей. Лара шла медленно, стараясь не оконфузиться, запнувшись о низ шубы. На верхних ступеньках девушка, скорее по привычке, выработанной годами, обернулась, оценивая обстановку. Никон нетерпеливо окликнул её, и Лара поспешила вслед за ним.
Обстановка холла удивила её своей простотой. Но девушка вовремя вспомнила, что медведи не любят кичиться своим достатком. Хотя нет, как она могла не увидеть, что везде в интерьере присутствовали вставки из вархари. Высокий сводчатый потолок, украшенный резными деревянными вставками, уже не казался таким уж и простым, когда Лара прикинула, сколько стоит эта сосна. Лучи бледного солнца, проникавшие сквозь огромные арочные окна, рассыпались по мраморному полу, создавая причудливые узоры света и тени на мраморных плитах. На стенах, облицованные дорогим камнем, также были вставки из дивной сосны. Вдоль стен были расставлены удобные диваны и кресла, обитые бархатом и шелком. А с правой стороны поднималась вверх широкая лестница, перила которой были украшены коваными узорами и позолоченными элементами.
Именно по этой лестнице, быстро спускалась маленькая процессия: женщина около сорока лет, девочка лет десяти и мальчуган лет пяти. Новая семья: мачеха и сводные сестра и брат. Ноэлья очень походила на свою мать. Она как раз скинула капор и шубку на руки подошедшему слуги, поэтому Лара увидела, что отличие было лишь в цвете глаз и волос. Видимо, русый цвет волос и голубые глаза со светло-коричневой окантовкой они унаследовали он лорда Илара. Леди Алегрия была обладательницей тёмной копны волос, заплетенной в толстую косу, уложенную короной вокруг округлого лица, и светло-карих глаз. Да и наряд её был более взрослый, статусный: горчичного цвета платье с белой вышивкой по высокому вороту, длинным рукавам и подолу. На Ноэлье было бледно-розовое платье с белыми вставками и сиреневой вышивкой, подчеркивающее её нежный возраст. Девушка кивнула матери и стала быстро подниматься по лестнице.
Никон порывисто обнял мачеху, вызвав у неё добрую улыбку. Видно было, что женщина относилась к нему с любовью и нежностью. Потом Никон, подхватил на руки детей и обоих закружил их по фойе. Помещение тут же наполнилось счастливым заливистым детским смехом.
После того, как обняла Никона, леди Алергия с вежливой улыбкой и небольшой тревогой в глазах медленно подошла к Ларе. Леди явно старалась быть доброжелательной,
- Илария, дорогая, как я рада, что ты приехала! Я – Алегрия, твоя мачеха. Надеюсь, дорога не была утомительной? – сказала леди Алегрия, протягивая руки для объятий.
Лара позволила себя обнять, суть нагнувшись из-за разницы в росте. Объятия были быстрыми, и казались скорее обязательными светскими, чем родственными. Обе еще не были готовы к чему-то большему.
- Позволь мне взглянуть на тебя. Вы с Никоном так похожи, даже удивительно. Хотя, что за глупость я говорю, вы же близнецы, – леди Алегрия жадно, словно стараясь запомнить каждую черточку во внешности Лары, осмотрела её. Ее взгляд был полон сочувствия и желания наладить контакт.
- Леди Алегрия, я рада наконец-то с вами познакомиться. Никон мне много рассказывал про вас. Надеюсь, мы станем как минимум добрыми подругами, – Лара старалась говорить вежливо, надеясь, что не несёт ахинею.
В это время к ней подошел лакей в ливрее коричневого цвета с желтой окантовкой и помог снять шубку и капор. Как только Лара повернулась в мачехе, она увидела, что Никон уже подошёл к ним. На сгибе его рук сидели брат с сестрой, обнимая старшего брата за шею. Он присел, опуская их на пол.
- Илария, это наши брат с сестрой, Картер и Таймис, – представил он детей, чуть подтолкнув их в спины.