Страница 33 из 75
Сегодня Никон Саган выглядел гораздо представительнее. Под добротным теплым распахнутом плащом сразу в глаза бросался камзол – искусно сшитый из добротной шерсти, выкрашенный в темно-зеленый цвет, украшенный черной вышивкой и пуговицами из искусно обработанной кости. Из-под расстёгнутого ворота камзола виднелась тонкая, белоснежная рубашка. Черные сапоги до колена надеты поверх зауженных штанов-кюлот, из той же ткани, что и камзол, плотно облегающих мускулистые ноги. Черные перчатки были щегольски заложены за отворот широкого рукава камзола. Судя по запаху, приехал он верхом, и где-то за забором, ограждающим пустырь, его ждала лошадь.
- Здравствуй, Илария, я рад, что ты пришла.
Молодой привлекательный мужчина добродушно улыбался, и выглядел так, будто действительно рад её приходу. Лара подумала, что такой красавчик, да еще и явно не бедный, является объектом для женских грёз. И что он очень хорошо понимает, как его внешность действует на женщин.
- Прежде чем ты что-то скажешь, прошу прочитай это.
Мужчина передал ей вложенный в конверт лист бумаги. Едва развернув его, Лара еле заглушила всхлип, но не смогла сдержать дрожь в пальцах. Чёткий и аккуратный подчерк отца, Лариса Ходжа, она узнала сразу.
«Я не знаю, кто Вы. Не знаю Вашего имени. Но Иллия оставила эти магкоординаты для послания, если Иларии понадобиться помощь.
Если Вы читаете эти строки, то я уже точно мёртв. Мой поверенный должен отправить это письмо Вам.
Илария не замужем, и мне по сути некого просить стать её опекуном. Прошу Вас только, позаботьтесь о нашей девочке…»
Дальнейшие строчки всё-таки стали расплываться из-за непрошенных слёз. Но сути они уже не меняли. Лара так и представляла, как коробило гордого Лариса Хожда, когда он писал письмо неизвестному любовнику своей покойной жены. Как же было ему тяжело бередить старую рану…
Лара бережно сложила лист пополам и убрала обратно в конверт без надписей, на котором стался только лёгкий магический шлейф. Видимо, на него и были нанесены магкординаты, привязанные к неизвестному «папаше», которые сработали, как только поверенный активировал их. Она подняла глаза на Никона и вопросительно приподняла бровь.
- Что ты знаешь про наше рождение? Про нашего настоящего отца? – ласково спросил он.
- Мой отец, Ларис Ходж, – почти прорычала девушка, – Он вырастил меня. То, что он мне не родной, я узнала уже после его смерти. Мне известно только то, что моя мать изменила ему, а когда мне исполнилось шесть лет, и стала проявляться мояособенность,она просила своего любовника запечатать мои способности. Всё.
Никон помрачнел лицом. Улыбка на его лице погасла.
- Наш отец Илар Саган…
- Илар? – перебила Никона Илария.
Лара была уверена, что её имя соединяет в себе имена родителей, но теперь с горечью поняла, что была назвала в честь своего настоящего отца.
- Да, так его зовут. Илар Саган.
Илария кивнула в знак того, что братец может продолжать.
- Так вот. Как ты понимаешь, он из оборотней. Когда он встретился с Иллией, ему только исполнилось двадцать четыре…
Лара не сдержала удивленного возгласа. Когда Иллии родила их, ей уже исполнилось сорок восемь. Слишком большая разница в возрасте.
- Иллия Ходж работала гувернанткой у родственницы батюшки, – спокойно продолжил Никон, – Он как раз в то время гостил у своей родни. Оказалось, что наша мать была его истиной. Когда это обнаружилось, они сначала хотели прервать их связь, но влечение оказалось непреодолимым, и они всё-таки возлегли. Мы, оборотни, переживаем истинность не как драконы или наги. Вначале мы чувствуем срывающее все разумные ограничения влечение. Разум совсем затуманивается. Но потом, когда волна влечения сходит на нет, разум уже находит доводы и приводит оборотня в чувства. Батюшка говорил, что Иллия очень нравилась ему, но она была категорически против развода. Она всё-таки любила своего мужа, несмотря ни на что, да и разница в возрасте была очень существенной. Батюшка и Иллия приняли решения о принудительном прекращении связи, – Никон сделал паузу, словно собираясь с мыслями, и Лара его не торопила, – Боги благосклонны к оборотням. В отличие от драконов, в случае обоюдного добровольной разрыва связи, они часто посылают нам вторых истинных. Второй шанс. Когда наши родители пришли к жрецу с просьбой провести обряд разрыва, выяснилось, что обряд нельзя провести, так как Иллия уже беременна. Батюшка тогда упросил не прерывать беременность, а отдать ребенка ему. Оборотни очень ревностно относятся к своим детям, даже бастардам. Они с матерью договорились на крупную сумму отступных. Да и, на сколько я знаю, его доверенные сущи скупали потом за хорошие деньги картины Лариса Ходжа, чтобы помочь материально. На сколько я знаю, наши родители виделись по мере необходимости только для того, чтобы отца не корёжило от отсутствия связи с истинной. Наша матушка переносила всё намного проще. Наверное, из-за беременности. Или потому, что была человеком… Отец не присутствовал на родах, но нанятая повитуха пристала прислугу за ним, когда Иллия разрешилась бременем. Батюшка рассказывал, что ему вынесли меня, завернутого в одеяльце, и он тут же отправился домой, где ждали лекарь и кормилица. Через неделю они встретились и провели нужный обряд. Я не знаю, почему выбор Иллии пал на меня… Может, я родился первым… О твоём существовании батюшка узнал на твоё шестилетие.
Никон выжидательно смотрел на Лару, но она только скрестила руки на груди и хмуро смотрела на вновь приобретённого братца. Мужчина тяжело вздохнул и снова заговорил:
- На сколько я знаю, Иллия категорически отказалась отдавать тебя. И лучше о том, почему батюшка согласился, ты спросишь у него… Эти три года я искал тебя. Но смог только узнать, что твоим опекуном всё-таки стал твой сводный брат, и, что тебя продали… но вот кому и куда, я так и не смог узнать. Опекун твой погиб в пожаре, а больше никто не знал где ты. Я нанял магов, чтобы выследили тебя по крови, по моей крови, мы же близнецы. Но они не смогли тебя найти. Только сейчас получилось. А тогда, единственное, что они выяснили, что ты жива и в Верении. Но ты словно под землю провалилась…
Лара нервно расхохоталась. Смех был злым, громким и нес в себе оттенки безумия. Никон замолчал, не зная, как реагировать на её поведение.
- Ты даже не представляешь, на сколько ты прав. Юртан продал меня в бордель, но там случился мой оборот, и я загрызла клиента насмерть. А потом меня перепродали организаторам подпольных боёв без правил, которые проводились в закрытых торгиевых пещерах.
Когда Лара подняла глаза на Никона, увидела выражение полнейшего ужала на холёном лице, сменившийся жалостью. Он сделал шаг вперед и вытянул руки, будто хотел обнять её. Это разозлило Лару, и она сделала несколько шагов назад.
- Так зачем ты меня искал,братец? – в последнее слово она вложила как можно больше издевки.
- Как зачем, ты же мне сестра …
- А что, больше братьев и сестёр нет? – Лара скривила губы в усмешке.
- Есть. Когда мне было пять, батюшка женился. Встретил свою вторую истинную. У меня… у нас с тобой две сестры и брат.
Видимо что-то отразилось в глазах Лары, что заставило оборотня замолчать.
- Да брось,братец. Ни за что не поверю, что нужна вам без каких-то условий, просто так, ради воссоединения семьи.
- Придется поверить. Батюшка думал всё это время, что ты счастлива, что у тебя семья, поэтому не хотел врываться в твою жизнь… Подумай до завтра. А завтра я приду с поверенным и магом, который подтвердит родство. И мы оформим на тебя опекунство.
- Я подумаю.
Лара больше ничего не сказала, только развернулась и быстрыми скачками бросилась в сторону таверны. Перемахнув через забор, девушка чуть не столкнулась с поджидающим её Лаусом.