Страница 29 из 75
Особенно трудно было не оглядываться, слыша, как жалостливо поскуливают малыши, сдерживаемые мамой. Лара стала медведем и рванула со всей мочи в указанную сторону. В человеческую форму она не обращалась потом где-то два дня. Спала и питалась в медвежьем облике. Всё это время она бежала по звериным тропам. В облике огромной медведицы, её никто не трогал. Звери, даже хищные, обходили её стороной, да и теплее так было. Но, почувствовав близость одомашненных животных, пришлось вернуть человеческий вид. Медведицей она была слишком большой, а запах хищника мог напугать животных и выдать её.
Аккуратно и бесшумно перемещаясь сквозь зеленые заросли, Лара почувствовала такой привычный запах немытых мужских тел. Лара решила забраться на одно из деревьев и посмотреть сверху, что за сущи предстали перед ней.
В том что на поляне, открывшейся её взору, пировали разбойники, не возникало никаких сомнений. В центре полыхал большой костёр, вокруг которого расположились пять мужчин самого лихого и бесшабашного вида. Глядя на них, у Лары не осталось сомнений, что недобрые сущи здесь пируют. Чуть поодаль паслась старенькая лошадка, привязанная к такой же старенькой телеге. На телеге находился ворох какого-то барахла. Складывалось впечатление, что там находится их добыча.
До девушки доносились, как они хвалились, кто из них больше душ загубил. Сначала Лара думала дождать темноты и вырубить их, но после того, как они стали хвастаться, сколько женщин снасильничали, Лара решительно спрыгнула вниз.
- О, баба! – только и успел сказать один из них…
…Магические атаки этих магов-недоучек для неё были подобны комариным укусам. Неприятно и несколько противно. И всё. Лара же била быстро и с первого удара насмерть. Хорошо, что недалеко был ручей. Не пришлось кровь с рук оттирать травой. Тела не убирала. Пусть зверье лесное попирует. Перебрав еду, выбрала самое пригодное для пищи и утолила голод. Странно, еще не так давно она делила сырую трапезу с медведями, а теперь привередничает жаренным мясом. Утолив голод, стала перебирать нехитрый скарб на телеге. На самом деле, подходящего было мало. Казалось, обобрали какого-то путника. Лара отобрала неплохую, и, наверное, новую мужскую одежду почти подходящего для неё размера. Пояс утянул свободную в талии ткань, а перчатки должны были скрыть коротковатые для неё рукава. Оставалась загвоздка с обувью… Лара поверяла найденные в телеге сапоги. Потом не побрезговала пересмотреть обувку на покойниках. Оказалось, за почти три года Лара настолько отвыкла от обуви, что ногам было неудобно в любых сапогах. В итоге она порвала одну из чистых рубах на лоскуты и перебинтовала ими ступни на манер портянок. Сапоги на ногах осязались так инородно, что Ларе практически пришлось заново учиться в них ходить.
Ранее, покидая гостеприимную медвежью семью, Лара думала, что будет бежать до человеческого жилья в зверином виде. А сейчас поняла, что лучше появиться верхом на лошадке. Кобылка была уже в том конском возрасте, когда силы еще есть, но ей уже всё равно было, кто рядом, оборотень или человек.
Седла Лара не нашла. Скорее всего, звкрюшку впрягали ранее в телегу. Да и, если бы нашла, вряд ли сумела бы правильно закрепить на лошадке. Ранее она никогда этого не делала, только видела, как делают другие. Но вот уздечка была в наличии. И её девушка уж кое-как, под укоризненным взглядом серой лошадки, закрепила её на недовольной морде. Потом привязала к поясу два кошеля с монетами и флягу с водой, и решительно взобралась на коняшку.
Казалось, лошадка закатила глаза… Но без понуканий пошла вперед, словно сама знала куда надо идти.
Ларе было слишком непривычно сидеть так, поэтому, когда спустя пару километру лошадь вывела их на дорогу, девушка всё-таки спешилась. Она чертыхнулась в слух, когда по ступням прошла судорога. Захотелось тут же трансформировать их в звериные лапы. Но нельзя – надо было привыкать к обуви.
- Ну что за жизнь! Сидеть неудобно, идти неудобно…
Собственный голос заставил Лару вздрогнуть. Она замолчала и впервые задумалась, а что будет, когда она выйдет к людям. Мысли, как зарабатывать, перескакивали с одной идеи на другую. Стать наёмницей? Только просто так не берут ни в теневую гильдию, ни в армию. Она всё еще незамужняя женщина до сорока лет. Нет, варианты лекального заработка отпадали сразу. У неё нет документов. Если обратиться к стряпчему за их восстановлением, была большая вероятность, что её вернут брату. Надо искать какую-либо работу там, где документы не спрашивают. От версии про дом утех Лару в прямом смысле замутило. Оставалось только самой податься в разбой… Но прямо перед глазами сразу стало недовольное лицо Лариса Ходжа. Ну уж нет, дочь стража не посрамит память отца.
А ведь скоро осень… Денег в кошелях хватит, наверное, максимум на месяц, если снимать самое непритязательное жильё.
Интересно, какой сейчас месяц. Скорее всего, сентябрь… А ведь её день рождения в сентябре… Первого сентября. Обычно в этот день стояла всегда по-летнему жаркая погода. Как будто лето хотело порадовать разумных существ напоследок.
Справа среди деревьев промелькнула какая-то яркая птичка, и Лару озарило: орден Феникса дает пристанище таким женщинам, как она. Одиноким, нуждающимся в защите. Только туда обычно попадают женщины, которым не удалось найти опекунов… Но, возможно, Ларе сделают исключение…
Воодушевленная поставленной целью, девушка более уверено зашагала вперед, не обращая внимание на тяжело вздохнувшую серую лошадку.
К ночи с дороги пришлось сойти. Наверное, даже хорошо, что им не встретились разумные существа. Ларе пока тяжело было представить, каково это, находиться среди сущей. Ночевали в лесу. Лара обернулась медведицей, чем здорово перепугала привязанную лошадь. Но зато девушка легла спать на сытый желудок. Кобыла, которую Лара нарекла «Старушкой», довольствовалась травкой. Кстати, Старушка даже не отреагировала внимания, когда Лара обернулась медведицей. Только грустно вздохнула, смиряясь со своей участью.
Дальнейший день путешествия пошел легче. Она вышла на тракт. Большой и наезженный, он был уже не такой пустой, как дорога, по которой они ехали ранее. Сделали перерыв только раз – коняшке надо было отдохнуть и подкрепиться. К вечеру Лара уже, забравшись на Старушку (так она обозвала лошадь), въезжала в город, в котором провела двадцать два года своей жизни… Стражники на входе лениво проводили её взглядами, и Лара только поблагодарила Богов, что среди них не были ни одного оборотня. Те, скорее всего подозрительно отнеслись к одинокой медведице. Сулим часто ей рассказывал, что медведи очень трепетно относятся к своим женщинам, и одинокая оборотница в любом случае привлекла бы внимание.
Скрыть свою принадлежность «прекрасному» полу Лара бы не смогла. За годы в пещерах она сильно похудела, но вот грудь осталась на месте. Утром Лара сделала из шарфа кушак, за которым спряла кошели с деньгами, но при этом слишком подчеркнула талию. Камзол хорошо сидел на широких для женщины плечах, но совсем не скрывал прелести её фигуры.
Лара ехала по заполненным улочкам города, который когда-то был родным. Девушка была намерена добраться до недорогой гостиницы, и снять там комнату, а уже утром решить, что делать дальше. Она сама не понимала, как так направила Старушку по знакомым местам. Лара не знала, почему она хотела приехать туда, где прошла почти вся её жизнь. Может быть, она хотела плюнуть в рожу братика, а может сломать ему что-то. А может думала, что запугает его и будет управлять, как опекуном…
Увидеть пепелище на месте отчего дома оказалось слишком тоскливо. Сгоревший деревянный дом представлял собой грустное зрелище. От него остались лишь обгорелые остатки стен, обугленные балки и пепел. Крыши не было, а окна зияли черными проемами. Лара даже не сомневалась, что внутри уже ничего не осталось. Только если обугленная мебель, да почерневшие останки стен. Участок вокруг уже колосился запущенной порослью самых разнообразных насаждений. Земля вокруг усыпана обгорелыми досками и щепками.