Моя - чужая Месть

– Ты хотел от меня из-з-звинений, С-С-СЕРДЦЕ МОЁ? Ну что-ж, ИЗ-З-ЗВИНИ! Извини за то, что не позволила вздорному, избалованному женским вниманием юнцу безнаказанно оскорблять себя. Прости за то, что на агрессию и хамство с твоей стороны посмела ответить той-же монетой, а также за то, что не прониклась твоей похотью! И предупреждаю: впредь держись от меня подальше. Я не ваши распущенные, избалованные, утончённые и холёные эльфийские дамочки – я могу постоять за себя. И не советую искушать судьбу, проверяя выдержку и терпение золотого дракона. – раздраженно прошипела я ему в лицо и, резко отпустив явно потерявшего весь свой пыл, вместе со способностью говорить, да и дышать эльфа, поспешила вернуться в зал.

Я была так раздражена на него, что с трудом вернула себе нормальный вид, задержавшись на пару минут у прикрытой двери балкона, заодно судорожно поправляя свою одежду и причёску. Полностью готовая предстать перед толпой гостей, я вдруг услышала звук падения. Обернувшись, с недоумением поняла, что это племянник владыки рухнул на колени, закрыв трясущимися ладонями лицо, да так и застыл. Не испытывая ни капли жалости к посрамлённому нахалу, я выдохнула, нацепила на лицо дежурную улыбку и вышла на свет божий. (Стараясь забыть о той буре чувств, которые вызвал во мне этот наглый, трусливый эльф).

9

Сезон балов, к моей радости, наконец закончился. Я никогда не думала, что можно так устать меньше чем за месяц ОТДЫХА И ВЕСЕЛЬЯ! На последний из балов я собиралась как на голгофу… тем более, что Константин, так и не оставил попыток выяснить у меня: что же произошло у нас с его племянником. Конечно, я молчала как рыба об лед: его племянничек, вот пусть с ним и разбирается. А раз уж сам Кондригодиил не стал ему ничего рассказывать, то и я оставлю за собой право, не свидетельствовать против себя, любимой… вот что-то мне подсказывало, что правда, если она всплывет, выйдет именно мне боком…

Последний зимний бал оказался тоже примечательным событием: на нем выбирали Королеву зимы, которая должна была царствовать, в течении текущего года, и переизбраться только следующей зимой. В её обязанности входило: открывать все сезонные балы года, и быть эталоном красоты, грации и стиля всё это время…

Как объяснил Константин: «критерии отбора просты: она должна быть красива и не замужем. Кроме того, за её кандидатуру голосуют только мужчины, и при этом – тайно». Голосование проходило весь сезон зимних балов, а результат оглашался в самом начале завершающего сезон бала. По итогу – весь последний зимний бал был посвящён чествованию Королевы зимы, которая, по сути, становилась и королевой всех остальных сезонов.

В этот раз, случился казус: с ошеломляющим перевесом голосов, Королевой зимы выбрали меня! «Вот неожиданная радость! Но… я ведь пока НЕ ЭЛЬФ – обряд то я ещё не прошла». И хотя Владыка и объяснял мне, что подобного пункта в правилах нет, не было, и теперь уже точно не будет, я упрямилась, напрочь отказываясь надевать корону, как меня не уговаривали. «Тем более, что второе место заняла… Кто бы вы думали? Ни за что не догадаетесь! И так, БРАРАБАННАЯ БРОБЬ: БАМ-БАРА-БАМ – СИЛИНА!!!»

Вы представить себе не можете, какими глазами она на меня, осчастливленную смотрела: акула на свою жертву смотрит с гораздо большим сочувствием и гораздо меньшим гастрономическим интересом!

Но, как бы я не отнекивалась, корону на меня всё-таки напялили, заставив, со «счастливой» улыбкой на окаменевшем лице, благодарить всех облагодетельствовавших меня, и подарить каждому желающему по танцу. Надо ли говорить, что с устроившим всё это Владыкой я не разговаривала почти неделю и проигнорила бы его ещё дольше, но… этот подхалим, подарил мне совершенно потрясающий чехол для моей нагайки! Разве я могла устоя? Тем более, что и так уже не злилась, и сама искала повод к примирению – уж очень скучно оказалось обижаться…

Где-то через неделю, после того бала, мы с Владыкой, сидели в правительственной ложе, на премьерном спектакле, от посещения которого отказаться было невозможно. Я блистала в алом платье, из тяжёлого шёлка, «узкого настолько, что стакан воды не выпить» с длинной и очень узкая юбка, расклешённой только от колен (типа стиль Годэ). А в сочетании со шпильками 20 см – настоящее орудие пыток… «Нет, шикарное орудие пыток», я смотрелась убийственно! Волосы были стянуты в очень высокий хвост, а голые плечи и руки, прикрывали невесомые кружева, такого же матового оттенка (в смысле покрытого мной неоднократно), красного.

В какой-то момент, естественно, я захотела пи-пи… о чём, смущаясь, и сообщила Владыке. Он объяснил, как туда добраться, и я пошла… то есть – ПОСЕМЕНИЛА. «Никогда не думала, что поход в туалет, в таком узком платье, это так сложно и долго». Уже выходя из женской комнаты, я наткнулась, на поджидавших явно меня, троих подвыпивших нахалов:

– О, смотри какая куколка… Ты ведь нас хочешь? Ну признайся, что хочешь… И получишь, я обещаю, – заплетающимся языком проговорил один из них.

– Ага, даже если не хочешь, – гоготнул самый крупный, чьё телосложение говорило о хорошей такой доле примеси орчьих кровей. «Интересно, а орком бал папа или мама?» – пронеслось у меня в голове, видимо от волнения.

– Нет, тем более, если не хочешь, – просипел, похихикивая, третий нарывающийся на неприятности идиот, сексуально, по его мнению, облизывая губы: «От вида того, как этот дебил, с пухлыми, по-бабски губами, слюнявит их своим языком, меня чуть не стошнило».

Они обступали меня откровенно глумясь, и пытаясь облапать, а я, в очередной раз, проклиная узкую юбку, каблуки, и отсутствие меча, ухмыляясь (а как без этого) просчитывала варианты отступления. Так как, выйти победителем, из стычки с аж тремя мудоэльфами, без посторонней помощи или, хотя бы, частичного оборота, что в моём варианте не вариант (так как второй раз могло и не повезти), нереально.

В это время, самый наглый из троицы, с силой ухватил меня за подбородок, «больно, блин»: – Чего лыбишься, дура? Не поняла ещё, что твоя смазливая мордашка нас не проведёт, безродное отрепье! Залезла в штаны к Владыке, и думаешь стала ровней Пресветлым эльфам? – злобно выговаривал он, заплёвывая своей слюной все вокруг.

Тут я немного расслабилась: «не знают, стал быть, мудоэльфы, с кем имеют дело? Вот и славненько, туз в рукаве, а точнее дракон, у меня есть, а значит – прорвёмся!» И, видно, на радостях, меня, как обычно, понесло, не остановишь! «Да и некому тут было меня останавливать».

В общем, я расхохоталась, громко так, задорно: – А кто, ты что ли им ровня – полуорк недоделанный? Или подожди, я ошиблась – ты переделанный недоэльф?

Двое из нарывавшихся козлоэльфов тоже начали ржать.

Тут, этот недоэльф, без предупреждения, зарычав как лев на заставке мультиков Диснея, ударил меня своей ручищей, наотмашь по лицу. (А чего я ждала, откровенно нарываясь? Правильно, именно этого). Увернувшись от его лапищи, проскользнувшей в миллиметре от моего лица, я сделала вид что оступилась, словно падая и выхватила у него из ножен, болтающихся на талии, ножичек. У опешивших от моей наглости идиотов, смех разом прекратился, вытаращив глаза, они, чуть отступив, принялись перешёптываться. Воспользовавшись этим, я не стала терять время зря, и одним движением отрезала мешавший подол юбки, разорвав оставшееся почти до талии. От такого моего фортеля, у напавших на меня козлоэльфов глаза полезли на лоб, а на рожах появились похотливые ухмылочки…

Довольная произведённым эффектом, одним движением, я сняла с талии пояс, сделанный из широких золотых пластин (читайте – СЛИТКОВ), из-за которого мы долго спорили с Владыкой, так как я на отрез отказывалась надевать на свою талию почти два килограмма очень красивого, но невероятно не удобного украшения. Завязав узлом конец оторванного от платья куска, предварительно обмотав им пояс, я примерилась – покрутив данную конструкцию перед собой, и оставшись довольной, стала избивать импровизированным кистенём опешивших от такой бесстрашной меня нахалов.