По взаимному согласию

И в чём-то он оказался прав.

Я чувствую вину и беспомощность, потому что не знаю, как помочь отцу, но и оставаться в стороне тоже не могу. Слишком многое держит меня здесь. Связывает по рукам и ногам.

По правде говоря, меня пытались переманить сразу несколько клиник. И каждая получила отказ, потому что чувство долга неизменно перевешивало амбиции.

Я слишком глубоко втянута в наш семейный проект, чтобы развернуться и уйти. Даже если иногда — очень хочется.

По графику у меня пять пациентов, а между ними я успеваю провести прямой эфир для подписчиков, чтобы рассказать три истории восстановления, от которых у меня до сих пор бегут мурашки. Это многодетная мать после инсульта, ребёнок после ДТП, где погибли родители, и одинокий пенсионер, которого привезли неравнодушные соседи.

Таня подсказала, что личные темы цепляют куда сильнее, чем сухая теория. Люди любят истории. Особенно те, где есть боль, движение вперёд и счастливый финал.

Как в фильмах или книгах.

В прошлый раз это подтвердилось цифрами. Эфир досмотрели почти вдвое больше людей, чем обычно. Для меня это достаточно важный индикатор.

Где-то на середине занятия с последней пациенткой в дверь кабинета стучит Влада и появляется с интригующей улыбкой:

— Тебе кое-что доставили. Нести сюда или сама потом заберёшь?

Удерживая колено девушки и подбадривая её продолжать, я киваю администратору:

— Заберу сама. Позже, хорошо?

Мозг перегружен настолько, что я до последнего не понимаю, о чём она говорит. Может, сегодня годовщина моей работы в центре? Слава всё-таки заехал? Или какой-то благодарный пациент решил оставить подарок?

Но всё оказывается куда проще, чем я предполагала.

За стойкой ресепшена стоит корзина с цветами, а Влада фотографирует её, осторожно касаясь кончиками пальцев нежно-розовых лепестков.

— Ты не против, Наин? — спрашивает она, встрепенувшись. — Хочу немного подразнить бывшего.

— Да пожалуйста.

Я дожидаюсь, пока Влада закончит фотографировать, и забираю букет. Он оказывается увесистым, а еще пахнет так, что кружится голова.

Захлопнув за собой дверь, первым делом замечаю записку от Артёма Астахова:

«Я возвращаюсь в город уже на днях. Моё предложение в силе. Буду рад твоему положительному ответу, Наина».

22

«Не уверена, что сегодня получится позаниматься. Если что, воспользуюсь твоим предложением и возьму внеплановый выходной», — пишу Диме, бегая по квартире в поисках капроновых колготок.

У меня даже промелькнула мысль надеть чулки, но для первого свидания с мужчиной это перебор. Всё перебор.

Я уже перебрала всю гардеробную от и до. Перемерила с десяток платьев и в конце концов остановилась на бежевом платье с запахом и асимметричным подолом. Оно не выглядит блядским, но подчёркивает талию и аккуратно обрисовывает бёдра.

Несмотря на то что у меня было время обдумать, чего я хочу или не хочу от Артёма Астахова, формулировки, которые крутятся в голове, остаются туманными. Не похожими на решения взрослой женщины. Скорее, на подростковые рассуждения «нравится — не нравится», где слишком много и за, и против, чтобы занять хоть какую-то устойчивую позицию.

Я оставляю в квартире хаос и выбегаю на лестничную площадку. Последнее, что успеваю увидеть перед тем, как захлопнуть дверь — разбросанную косметику на полке и несколько пар обуви, которая так и не подошла.

Даниил бы удивился, потому что беспорядок — совсем не в моем характере. По крайней мере, не у той версии меня, к которой он привык.

Эта квартира досталась нам в подарок от родителей в день свадьбы. Просторная двушка с двумя балконами. Половина принадлежит мне, вторая — бывшему мужу. Когда Даниил уходил, он сказал, что найдёт где жить, и, насколько я знаю, арендовал студию поближе к работе.

«На первое время», — бросил он тогда, всё ещё надеясь, что я рано или поздно одумаюсь. Но это «первое время» растянулось до самого развода.

Сделав два круга вокруг гостиницы, где находится ресторан, в который пригласил меня Артём, я всё-таки нахожу парковочное место и вставляю машину, как пазл в свободную ячейку. Плотно-плотно.

Ресторан расположен на одиннадцатом этаже. Я не бывала здесь раньше и, просматривая бумажное меню по пути в лифте, замечаю, что в нём представлена европейская и азиатская кухня.

— Добрый вечер, меня ожидают, — говорю администратору, подходя к стойке. — Бронирование на Артёма.

Девушка помогает мне снять пальто и проводит к столику у окна, за которым уже сидит Астахов. Он успевает подняться и отодвинуть стул, но прежде — провести по мне быстрым, точечным взглядом. По тому, как резче проступают его скулы, я понимаю, что он оценивает меня и мой образ. И оценивает высоко.

Артём добыл мой номер в тот же вечер, когда мы познакомились. Об этом мне рассказала Таня. Она же и сообщила, что его командировка закончилась только вчера, и первым делом, вернувшись в город, он назначил мне свидание. По мнению подруги, это прямая демонстрация заинтересованности.

— Здесь вкусно готовят, — произносит Астахов, складывая перед собой руки. — Если любишь азию, у них отличный том-кха и поке. Если хочешь что-то привычнее, то советую пасту с трюфельным соусом или утку конфи.

— Часто бываешь в этом заведении? — спрашиваю его.

— Пару раз бывал. Удобная локация, и я знаком с шефом.

Отсканировав меню телефоном, я бегло прохожусь глазами по основным блюдам и останавливаюсь на том, что он посоветовал, чтобы не выглядеть упрямой там, где это совершенно неуместно.

— Кстати, спасибо за цветы, — улыбаюсь Артёму, заказав официанту чай и пасту. — Они восхитительны и до сих пор стоят, как новые. Но у меня есть просьба. Не отправляй подарки на адрес центра.

— Прости. Не подумал, что тебе это может доставить неудобства.

Я кручу в руке бокал с водой, глядя на него через стол.

Астахов не выглядит ни расстроенным, ни озадаченным. Наоборот, принимает мои слова с лёгкой усмешкой, будто ему интересно, какие именно рамки я собираюсь обозначить.

— Я развелась всего два месяца назад, — спокойно поясняю. — Коллектив это перемалывал без остановки. Сплетен было достаточно, и я не хочу давать повод для новых.

Артём кивает, постукивая пальцами по столу. На запястье у него блестят дорогие часы, рядом лежит новейший айфон. А свежий загар подсказывает, что его командировка не ограничивалась совещаниями.

— Если вопрос некорректен — можно не отвечать, — предупреждает Астахов. — Наина, почему вы развелись?

— Почему же, вопрос вполне корректен. Мы оба слишком долго притворялись, что всё хорошо. Но сложно жить вместе, когда каждый счастлив только по отдельности.

— Понимаю.

— У тебя похожая история? — слегка выгибаю бровь, давая понять, что кое-что тоже знаю о его биографии.

Во время короткой паузы официант приносит блюда и комплимент от шефа — хрустящий крекер с кремом из авокадо и креветки.

— Нет, причина была другая, — проговаривает он з заметной осторожностью. — Я слишком многое позволял и слишком мало получал взамен. С тех пор у меня есть свои правила, которых я строго придерживаюсь в отношениях.

— Как любопытно. Я могу их услышать?

Мне действительно интересно. Мало ли, Артём относится к тем, кто заводится, когда девушка мочится на него перед сексом.

Манера разговора у него — неспешная. Не потому, что он боится сказать лишнее, а потому что внимательно изучает собеседника. Мимику, жесты, реакции. Если бы я не знала, что Астахов работает в минздраве, то решила бы, что передо мной сотрудник службы безопасности.

Я накручиваю пасту на вилку, когда он откидывается на спинку стула и чуть склоняет голову набок: