Страница 13 из 72
— Твоё потерянное состояние после развода — абсолютно нормально, — успокаивает она. — Артёму ты очень понравилась. Ренат мне шепнул на ушко по секрету. И он действительно может помочь со всем, что нужно вам с отцом.
— Я не представляю, как о таком вообще просят.
— Легко, Наин, — отмахивается Таня. — Ренат сразу обозначил, чего он ждёт от женщины, которая будет рядом с ним. Я эти правила приняла, потому что устала от нищеты и несправедливости. А потом уже пришли чувства. Влюбленность, доверие. Думаю, Артём из той же породы и не ходит вокруг да около. В общем, не упусти. Я пойму твой отказ только в одном случае — если ты вдруг решишь написать Филатову в соцсетях.
Меня никто не предупреждал о необходимости конфиденциальности. Ни устно, ни письменно. Но для врача это само собой разумеется. О том, что Дима — мой клиент, я не скажу даже лучшей подруге. Даже под давлением.
Я направляюсь к гардеробной, когда часы показывают половину девятого, что весьма опрометчиво, учитывая, что мне ещё предстоит добираться за город.
Прогревая автомобиль, зажатый на парковке между двумя мощными внедорожниками, я несколько раз набираю сообщение Диме о том, что, скорее всего, немного опоздаю. Но в окно стучат, и мне приходится отвлечься.
Я опускаю стекло, совершенно не удивляясь тому, что это Артём. Он выглядит слегка запыхавшимся, потому что, когда я прощалась с основной частью гостей, его место как раз пустовало.
— Уже уезжаете? — спрашивает очевидное.
— Да, пора.
— Работа. Я помню, — кивает Астахов и проводит рукой по светлым волосам. — Наина, как насчёт поужинать на следующей неделе? У меня намечена командировка, но потом я буду в городе и с удовольствием пригласил бы вас в ресторан.
Да или нет — этот вопрос уже не звенит в голове, а бьет в виски, как набат. На его место тут же приходит следующий: готова ли я? Так, как Таня?
— Пока не могу сказать, какие у меня планы на следующей неделе, — отвечаю поспешно. — Ещё не видела график.
— Я напишу вам в следующий понедельник?
— Попробуйте, — пожимаю плечами.
— Не оставите номер телефона? — Артём чуть приподнимает бровь.
— Думаю, для вас не составит труда найти его и без моего участия.
Я разучилась флиртовать и делаю это топорно, но мой ответ всё равно выходит вызовом, который я бросаю мужчине.
Он принимает его с азартом. Об этом говорит улыбка, которую я впервые за вечер вижу на его лице. Я знаю, что Артём найдёт. Знаю, что напишет и пригласит. И к тому моменту мне нужно будет чётче понимать, чего я хочу или не хочу — от этих отношений и от самого Астахова.
19
Я подъезжаю к дому Филатова, когда часы показывают половину десятого. Всё из-за чертовой тянучки, что образовалась за городом после крупной аварии. Пришлось буквально ползти. Километр за километром.
Это сделало меня нервной, потому что опаздывать — мне совершенно несвойственно. Я обожаю пунктуальность и ценю её в других. Особенно когда речь о работе или о чём-то действительно ответственном.
Как бы там ни было, за Диму мне хорошо платят. В три раза больше, чем обычно. В целом, я не могу похвастаться высоким доходом. У папы в центре премии не выдают уже несколько месяцев. Особенно заметен контраст с Даниилом, который берёт восемь тысяч долларов за один нос. Конечно, он не забирает всю сумму себе. У него есть команда, процент клинике и прочие обязательные расходы, но даже после всех вычетов его доходы несопоставимы с тем, что получаю я.
Резко подтянув сумку, я распахиваю дверь и выхожу на улицу. Колючий ветер мгновенно пробирается под пальто и выметает из головы всё лишнее. Артёма, бывшего мужа и тревоги о будущем. Остается только концентрация на том, кто ждёт внутри дома.
Ворота разъезжаются.
Я быстро шагаю по вымощенной камнем дорожке, рассматриваю светящиеся окна и примерно прикидываю, где сейчас Дима. Но его присутствие в гостиной, за столом, с открытым ноутбуком — всё равно заставляет сердце ускориться от внутреннего толчка, когда наши взгляды встречаются.
— Можно воды? — спрашиваю бодро и, получив короткий кивок, прохожу через комнату в сторону кухни. — И прости за опоздание. Я не специально.
Дима переплетает пальцы и закидывает руки за голову, продолжая смотреть на меня. В животе тут же закручивается лёгкий, щекочущий вихрь, который я упорно стараюсь не замечать. Даже напрочь отрицать его существование, чтобы не думать о том, о чём думать сейчас не стоит.
То, на чём я стараюсь сосредоточиться — это во сколько мне удастся закончить сегодняшний рабочий день. В лучшем случае в одиннадцать. В лучшем! Если прибавить сюда дорогу в город, на сон останется ещё меньше времени. А полноценный, крепкий сон — мой главный ресурс. Каждый недоспанный час бьёт по нему слишком безжалостно.
— Мы могли перенести занятие, если у тебя что-то намечалось, — говорит Дима, пока я возвращаюсь в гостиную со стаканом воды. — Я бы не стал применять штрафные санкции.
— Интересно, на основании чего ты решил, что у меня хоть что-то намечалось? — сразу бросаю вопрос.
— Я могу озвучить любые варианты? — уточняет он, прежде чем продолжить.
— Давай.
Не опустить глаза, когда мы схлёстываемся в словесной схватке, — удается лишь благодаря моему упрямству.
Дышать ровно. Держать плечи расправленными. Подбородок чуть приподнятым.
Особенно в тот момент, когда взгляд напротив полыхает и бесстыдно гуляет по вырезу моего платья, золотистым пуговицам и чёрным рюшам по подолу.
— Не знаю, насколько криво у меня работает логика, но если ты приехала с опозданием и в довольно блядском наряде, то, скорее всего, перед этим была на свидании, — делает заключение Дима.
— Если ты решил, что стал причиной несостоявшегося секса, то, боюсь, переоцениваешь своё влияние.
— Судя по тому, как ты взвилась, — тебя давненько не трахали.
— Это тоже из твоей логики?
— Это уже из опыта.
Я вскидываю бровь, давая понять, что наш негласный договор о субординации никуда не делся. Но Филатов, похоже, либо не считывает эти намёки, либо намеренно их отметает.
Он терпеливо ждёт ответа, опускаясь в кресле чуть ниже, пока я размышляю, раскатать его сейчас или оставить это на тренировку, потому что язык так и чешется сделать это немедленно.
— Допустим, логика у тебя все-таки кривая. Опыт — слишком ограниченный, — произношу, перемещая стакан из руки в руку. — Потому что если бы я шла на свидание, выбрала бы куда более блядский наряд. А это — так, скромная версия, в которой я была на дне рождения мужчины моей подруги. Где, кстати, один из гостей клюнул на это платье и на следующей неделе позовёт меня в ресторан. И если я когда-нибудь прогуляю занятия по этой причине, то буду весьма благодарна за отсутствие санкций, о которых ты так любезно упомянул.
— Не вижу проблемы, — протягивает Филатов с усмешкой, выслушав мой спич до конца.
— Предлагаю завершить разговор о личном и перейти к работе. Я переодеваюсь и жду тебя в спортзале.
Залпом допив воду, я иду в одну из знакомых спален и переодеваюсь в удобную одежду. Меня всё ещё покачивает, а под ребрами тлеют угли, но мне удаётся слегка их приглушить.
Механикой. Холодной водой в ванной. Движениями, которыми я стираю остатки помады и пудры с лица. Не потому, что меня хоть как-то задела характеристика моего образа, данная Димой, а потому что я хочу вернуть формат врач-пациент, который почему-то трещит по швам каждый раз, как он открывает свой рот.
С сексом, положим, он попал метко. Я судорожно пытаюсь вспомнить, когда в последний раз им занималась, но чем яростнее отматываю плёнку воспоминаний, тем яснее понимаю, что давно.